Роберт Маселло – Зеркало Медузы (страница 75)

— Ладно, — сказал он, закрывая капот, — полезай в машину.

Эрнст велел ей сесть за руль, затем устроился на пассажирском сиденье и направил на нее оружие.

— А ведь этого можно было избежать, — сказал он.

— Если бы мы позволили вам украсть сумку в поезде?

Он одарил ее холодной улыбкой.

— Приятно знать, что девушка запомнила меня.

Открыв отделение для перчаток, он порылся внутри.

— Когда вернутся твои друзья? Я имею в виду Дэвида и водителя?

Чтобы побудить ее к откровенности, Эшер жестко ткнул стволом в ее щеку.

— Убери эту гадость от моего лица, — с сердитым рычанием ответила она.

Он должен был отдать ей должное. Девчонка была не только хорошенькая, но и с характером.

— Когда они придут? — повторил он вопрос, осматривая приборную панель.

Там было столько всяких датчиков, кнопок и светящихся шкал, что он даже не нашел часы.

— А кто вы такой? — спросила она. — У вас швейцарский акцент.

— Я бывший швейцарский гвардеец, охранявший покой Ватикана, — ответил Эрнст, по-прежнему гордясь своей службой, с которой его, между прочим, уволили с большим позором.

Оливия фыркнула.

— Надеюсь, сегодня ночью вы работаете не на папу римского?

— Все это в прошлом, — согласился он. — Сейчас я работаю на себя.

Она забарабанила пальцами по рулю, словно ожидала, когда закончится плохое свидание. Эшер решил переехать с открытого места подальше в лес. Он уже придумал план. Когда Дэвид и водитель вернутся к «мазерати», они поднимутся на этот пригорок, и он застанет их врасплох.

— Знаешь, детка, мы подождем твоих друзей в другом месте, — произнес Эшер. — Заводи мотор и езжай вперед. Только медленно. Если ты нажмешь на клаксон, я убью тебя, не задумываясь.

Оливия не возражала, хотя мысли бешено метались у нее в голове. Она завела машину, и в салоне раздался мелодичный перезвон, предупреждавший пассажиров о необходимости закрепить ремни безопасности. Она застегнула пряжку и посмотрела на швейцарского гвардейца.

— Если вы не пристегнетесь ремнем, это чертова штука сведет нас с ума.

В ее уме созрел дерзкий план. Но она еще не знала, удастся ли выполнить его. Эшер не спускал с нее глаз. Он протянул ремень поверх груди и защелкнул пряжку. Оливия повернулась к нему спиной, притворяясь, что не может найти переключатель фар. Машина стояла передом к дороге — она развернула ее, как сказал Асканио. Используя паузу, она незаметно нажала кнопку на рукоятке сиденья и опустила боковое стекло, затем нажала другую, блокируя замки всех дверей.

— Перестань вертеться, — сказал Эшер, ткнув пистолет в ее бок.

— Дайте подумать, — возмущенным тоном ответила она. — Я никогда не ездила на таких машинах.

Оливия посмотрела в зеркало заднего вида, немного наклонила его, чтобы получить хороший обзор, и улыбнулась, увидев разгрузочный док. Когда ее ладонь легла на рычаг переключения скоростей, Эшер откинулся на спинку сиденья и опустил оружие.

— Езжай вперед, — сказал он. — К тем деревьям.

Держа ногу на педали тормоза, она переключила рычаг на заднюю скорость. Когда машина медленно двинулась назад, Оливия расстегнула пояс безопасности. В салоне опять зазвучал перезвон.

— Какого черта он включился? — спросил Эрнст.

В ответ Оливия убрала ногу с тормоза и до упора нажала педаль газа. Тело Эшера дернулось вперед. Машина помчалась вниз с пригорка. Оливия едва удерживала руль. «Мазерати» скакал по ухабам, как взбесившаяся лошадь. Раздался приглушенный выстрел, и пуля пробила дыру в приборной панели. Оливия с трудом направила машину на пристань. Прошло еще две секунды, и «мазерати», сорвавшись с края причала, полетел в воду. Оливия ощутила в животе неприятную пустоту.

Раздался плеск. Машина содрогнулась от удара. Ее качнуло, словно на качелях, и вода потоком хлынула в открытое окно. Оливия уже выкарабкивалась через него. Эшер одной рукой старался расстегнуть ремень безопасности, а другой бешено дергал за ручку запертой двери. Оливия почти выбралась, когда он схватил ее за ногу и попытался затащить обратно в салон. В конечном счете у него в руке осталась лишь ее туфелька.

Холод Луары сковывал мышцы и пробирал до костей. Сильное течение уносило «мазерати» все дальше от пристани. Едва Оливия выскользнула из окна, машина медленно пошла ко дну. Ее единственная фара освещала окружавшее пространство. Когда Оливия сбросила с себя плащ и всплыла на поверхность, она увидела искаженное лицо «швейцарского гвардейца». Он все еще не мог отстегнуть ремень безопасности. Задыхаясь и паникуя, Эшер метался за ветровым стеклом, а салон был почти заполнен водой.

Река быстро несла Оливию вниз по течению. К тому времени, когда она выбралась на берег, до пристани было уже несколько сотен метров. Она побежала по острым холодным камням, дрожа и оглядываясь назад на темную воду. Забыв о босой ноге, она с тревогой ожидала, что вот-вот увидит пловца, всплывавшего из глубины. Но ей удалось разглядеть лишь серебристую крышу «мазерати», скользившую в лунном свете под толщей воды, и след пузырьков, оставленных в ее кильватере. Затем машина, как субмарина, исчезла из вида.

Глава 38

Войдя в геральдический зал, Дэвид почувствовал себя в окружении врагов. Вдоль стен, поблескивая в лунном свете, стояли рыцарские доспехи. Они походили на воинов, сжимавших в руках тяжелые пики, мечи и копья. Над большим камином висели скрещенные топоры и булавы. Над дверью был закреплен арбалет с колчаном стрел. Осмотрев экспозицию, Дэвид подумал, что она могла бы соперничать с коллекцией любого известного музея.

Он бесшумно следовал за Асканио, который знал этот замок как свои пять пальцев. Они прокрались в холл с большой мраморной лестницей. Два крыла придавали ей сходство с ангелом. Асканио и Дэвид, одетые в черное, были очень заметны на фоне белых ступеней. Низко пригнувшись, они начали подниматься по правой стороне, и тут на втором этаже послышался стук женских каблуков. Мужчины опустились на корточки, прячась за балюстрадой. Дэвид молил небеса, чтобы женщина выбрала для спуска левое крыло. Иначе им не удалось бы остаться незамеченными. Внезапно шаги оборвались, и они услышали женский голос.

— Мсье Риго? Где вы?

К счастью, она не стала спускаться по ступеням. Какой-то мужчина вышел из комнаты в коридор и ответил ей:

— Здесь, мадам Линц.

Эта пара остановилась неподалеку от лестницы. Дэвид распластался на ступенях, желая слиться с мрамором.

— Как прошли дела в Париже? — спросила женщина. — Вы обо всем позаботились?

— Да, мадам, — ответил мужчина, хотя его голос показался Дэвиду не совсем убедительным. — Я лично уладил все возникшие проблемы.

— Вы уверены в этом? — спросила женщина.

Очевидно, она тоже заметила его смущение.

— Конечно, мадам. Я уже дал мсье Линцу детальный отчет.

Осторожно выглянув из-за балюстрады, Дэвид увидел спину Риго. Волосы мужчины были выкрашены в неестественно светлый цвет. Судя по прямой и крепкой фигуре, он всю жизнь провел на воинской службе.

— Вы можете говорить ему что хотите, — фыркнув, сказала женщина. — Но мне вы лучше не лгите!

Мадам Линц переместилась в сторону, и Дэвид изумился, какой молодой и прелестной она была.

— Вы сделали вечерний обход?

— Так точно, мадам!

— Это был утомительный день. У Августа снова разболелся желудок. Мы собираемся в постель.

— Надеюсь, утром он будет чувствовать себя лучше.

— Вы не могли бы оставить записку для поварихи? Август хочет на завтрак сливки с пророщенной пшеницей.

— Я сообщу ей, мадам.

— Тогда спокойной ночи, — сказала она.

Дэвид снова услышал цокот ее каблуков.

— Приятных снов, мадам, — ответил мужчина.

Когда он ушел в свою комнату, Дэвид понял, что уже некоторое время не дышит. Он перевел дыхание, и Асканио жестом указал ему на верхнюю площадку лестницы. Они увидели свет, пробивавшийся в коридор из-под первой двери. Асканио покачал головой и поманил Дэвида вниз. Они направились к задней лестнице, которая находилась в другом помещении.

Эта часть дома была такой же мрачной, как и все остальные. Комнаты освещались настенными бра с тусклыми лампами. По плинтусам салонов и коридоров тянулись провода и кабели. Казалось, что замок не ремонтировали уже лет шестьдесят. Везде, куда бы ни падал взгляд Дэвида, над старинными кушетками висели старые картины, а в каждом углу стояли античные скульптуры. В некоторых комнатах стили и эпохи смешивались самым странным образом — итальянские фрески, вазы династии Мин, гравюры Дюрера и вставленные в рамки египетские папирусы. Дэвид недоумевал. Кем был этот Август Линц?

Они поднялись в одну из башен и проверили каждую комнату. Этот этаж был нежилым. Узкая лестница привела их в небольшой кабинет. Асканио тихо прикрыл дверь, вытащил фонарик и осветил помещение. Сначала Дэвид ничего не понял. Их отражения повторялись, делились и накладывались друг на друга. Затем он догадался, что стены пятиугольной комнаты зеркальные. С потолка в центре кабинета свисал большой канделябр с хрустальными подвесками. Под ним располагался резной стол, на котором среди беспорядочно разбросанных книг и документов стоял бронзовый бюст Рихарда Вагнера. Асканио направил луч фонарика на деревянную конторку. Там лежал раскрытый дневник с какими-то записями на немецком языке. Почерк был очень неразборчивым. Линц слишком сильно прижимал ручку к бумаге, и от этого текст иногда походил на гравировку.