Роберт Маселло – Зеркало Медузы (страница 37)

— Она не рассказывала вам о своей теории? Или о том, за что ее лишили возможности посещать библиотеку «Лоренциана»?

— Нет, она не говорила об этом.

Директор нахмурился, почувствовав, что сболтнул лишнее. Похоже, ему не хотелось распространять идеи Оливии. Но Дэвид не дал ему увильнуть.

— Вы должны рассказать мне всю правду. Если вы откажетесь, я узнаю все у синьорины Леви. В чем заключаются ее теории?

Валетта тяжело вздохнул. Аккуратно выбирая слова, он приоткрыл завесу тайны.

— Она верит, что мои предшественники, сотрудники библиотеки «Лоренциана», симпатизировали итальянским фашистам и сотрудничали с немецким нацистским режимом.

Дэвид в замешательстве поправил очки.

— И позвольте мне добавить, она никогда не могла предоставить веских доказательств для таких обвинений. Она распространяла сплетни о нас, разбрасывая пустые слова, как конфетти.

Директор нервно взмахнул рукой.

— Ее совершенно не заботит тот факт, что подобные обвинения могут навредить репутации нашего учреждения.

Кое в чем он был прав. Оливию мало волновала чья-то репутация. Хотя Дэвид мог представить побуждения. Будучи итальянской еврейкой, чья семья пострадала от фашистского режима, Оливия действительно могла придумать такую теорию. Разве Муссолини не объединил свою страну с Третьим рейхом? Но Дэвид не имел понятия, как ее теория совмещалась с книгами о черной магии, лежавшими на столе. Он так и не успел расспросить об этом. С дальнего конца читального зала послышался раздраженный голос Оливии.

— Что он там делает? — закричала она. — Не позволяй ему подходить к столу! Пусть убирается в свой офис!

Два или три посетителя посмотрели на нее со своих мест, шокированные подобным нарушением приличий. Вбежав в нишу в распахнутом и развевающемся плаще, девушка взглянула на стол и тут же заметила отсутствие карточек. Ее темные глаза гневно сверкнули, но, заметив смущение на лице Дэвида, она сдержала бушевавшие эмоции.

— Дэвид, я все могу объяснить.

— Это уже сделано, — сухим тоном сообщил доктор Валетта.

— О, я уверена, что вы наговорили на меня с три короба!

Оливия снова повернулась к Дэвиду.

— Этот человек просто администратор, исполнитель. Он ноль без палочки!

Она щелкнула пальцами, показывая, с какой мелочью имеет дело.

— Он — пешка, которая выполняет приказания своих повелителей. Кто знает, на кого он работает?! Спаси нас боже от бюрократов, которые цеплялись за свои кресла, пока гансы грабили город!

— Все ясно! — вскричал доктор Валетта. — Я уже слышал ваш вздор и не намерен терпеть оскорбления. Собирайте свои вещи, синьорина, и убирайтесь прочь из моей библиотеки…

— Вашей библиотеки? — взвизгнула Оливия.

— Отныне вы никогда не получите разрешение на вход в наши залы!

— Но я работаю на синьора Франко, — сказала она, протягивая руки к Дэвиду.

— Меня это не волнует! Пусть вас пошлет сюда даже сам папа! Вы больше не войдете в библиотеку!

Директор отвернулся от Оливии и обратился напрямую к Дэвиду.

— Вы по-прежнему можете использовать наши материалы. Но ваша работа должна быть научным исследованием, а не вздорным выискиванием сомнительных фактов! И с этих пор вы будете работать один.

Дэвид почувствовал раздражение. Никто никогда не подвергал его труд цензуре и административной проверке.

— Что вы имеете в виду? Вы собираетесь одобрять или отвергать мои запросы на книги?

— Абсолютно верно. Я должен знать, чем именно вы занимаетесь. Своими исследованиями или сбором компрометирующих данных для синьорины Леви.

— Это возмутительно!

— Такова необходимость.

— Тогда вы больше меня не увидите, — блефуя, сказал Дэвид.

Фактически он уже решил отправиться во Францию — за магическим зеркалом или его копией. Тем не менее ему хотелось показать характер.

— И я обязательно расскажу миссис Ван Оуэн о вашем поведении. Пусть в следующий раз она направляет свои пожертвования другим библиотекам.

Постояв пару секунд с открытым ртом, доктор Валетта попытался исправить ситуацию.

— Вы зря так волнуетесь. Как я уже говорил, наши санкции касаются только синьорины Леви…

— Мы уйдем через пять минут, — поворачиваясь к нему спиной, ответил Дэвид. — Позвольте нам собрать наши вещи.

Оливия не верила своим ушам. Очевидно, ее тоже удивил такой поворот событий.

— Не будем задерживать синьора директора, — сердито сказал Дэвид, и она начала быстро сгребать в сумку свои карандаши и блокноты.

Чуть позже, пройдя через читальный зал под удивленными взглядами других посетителей и спустившись по ступеням во двор с тенистыми арками, они покинули библиотеку, словно Адам и Ева, с позором изгнанные из Эдема. Оливия повернулась к нему и виновато склонила голову.

— Мне очень жаль, Дэвид. Извини, что так вышло. Когда ты ушел в библиотеку Академии, я заказала несколько книг. Мне хотелось заполнить пробелы в моей прежней научной работе.

— А мои исследования для тебя не важны?

— Пойми, другого шанса у меня уже не будет.

— И что ты пыталась выяснить?

— Я хотела понять, почему нацисты так интересовались Флоренцией. Мне нужно было собрать доказательства.

Тема ее работы выглядела странной. Но, с другой стороны, она объясняла научные изыскания Оливии и связывала вместе отдельные нити ее экстравагантной теории.

— Нацисты грабили не только музеи Флоренции, — рассказывала она, пока они шли через площадь Сан-Марко. — Они расхищали монастыри и библиотеки, разыскивая оккультные книги, которые могли бы добавить им силу и власть.

— Нечто схожее с описанием древнеегипетских ритуалов?

— Не смейся! Гитлер верил в оккультные науки. И весь его генералитет тоже верил. Третий рейх интересовался не только войной, но и мистикой. Давай не будем забывать об этом.

В другое время Дэвид с удовольствием повел бы Оливию в кафе и выслушал ее теорию. Однако сейчас он размышлял над планом дальнейших действий.

— Где ты припарковала машину? — спросил он.

— Я сегодня обхожусь без нее. Бензина нет.

Он поднял руку и помахал проезжавшему мимо такси.

— Куда мы поедем?

— К тебе домой.

Оливия удивленно приподняла брови. Но она не выглядела огорченной.

— Ты должна собрать вещи.

— Зачем? Мы куда-то едем?

— В Париж.

Белый «фиат» пересек три полосы и остановился рядом. Оливия устроилась на заднем сиденье. Дэвид присоединился к ней, и такси направилось к пьяцца делла Република. Из приемника доносилась тихая мелодия «Аббы». Через минуту или две Оливия не утерпела и спросила:

— Зачем нам уезжать в Париж? Что там такого важного?

Такси круто повернуло налево, и Оливия прижалась к его плечу. Дэвид молча открыл сумку и передал ей копии записей из бухгалтерских книг Медичи. Пока его спутница рассматривала ксерокопии, он тихо рассказал ей, как наткнулся на них и почему был так уверен в том, что это след зеркала «Медуза». Темные глаза Оливии радостно вспыхнули. Взглянув на записи, она восторженно кивнула:

— Значит, оно существует!

— Или, по крайней мере, существовало, — ответил Дэвид.