Роберт Маселло – Кровь и лед (страница 6)
Начинают раздавать ее личные вещи… А ведь она все еще здесь. Или не здесь? В каком все-таки мире она пребывает? — гадал Майкл. Возможно ли, что у Кристин осталась частичка сознания — невидимая материя, парящая где-то там, в неведомом информационном поле вселенной?
— Спасибо, я подумаю.
— Только учти: родители продолжают верить, что Кристин когда-нибудь вернется домой и все станет, как прежде.
Майкл кивнул. В вопросе перспективы выздоровления они придерживались единого мнения, хотя обычно и не высказывали его вслух. Обоим был прекрасно известен медицинский диагноз, и оба давно с ним смирились. Более того, Карен однажды увидела результаты сканирования мозга сестры, на котором черным — очень подходящий цвет! — была отображена обширная область, успевшая атрофироваться за время комы. Увиденное она описала Майклу как «погруженную во мрак деревушку со слабо освещенными крохотными оконцами всего в паре-тройке домов». Но и этот свет с каждым днем тускнел. Рано или поздно тьма поглотит все.
Из коридора послышался раскатистый голос отца Кристин, приветствующего медсестер на входе в отделение — он был самым успешным автодилером в Такоме и к каждому относился как к потенциальному клиенту. Майкл встал с кровати и переглянулся с Карен; оба понимали, что сейчас должно произойти, но предотвратить это уже не могли.
Войдя в палату и увидев Майкла возле кровати дочери, мистер Нельсон остановился так внезапно, что сзади на него налетела жена. Карен также поспешила встать, готовясь в случае необходимости оказать Майклу поддержку.
— Я ведь просил тебя больше здесь не появляться! — пошел в атаку отец Кристин.
— Майкл просто зашел попрощаться, — вступилась за него Карен, вставая между ними. — Он уже уходит.
Держа в руках пакет с остатками завтрака, из-за спины мужа выплыла миссис Нельсон. Майкл до сих пор так и не понял, какого мнения она придерживается на его счет. Мистер Нельсон, тут уж Майкл не сомневался, винил в несчастном случае именно его; с другой стороны, отец Кристин косо смотрел на любого, из-за кого дочь волей-неволей отдалялась от семьи. Что касается миссис Нельсон, то ей редко когда удавалось произнести больше трех слов, прежде чем муж обрывал ее и начинал говорить сам, поэтому судить, что думает мать, было трудно.
Единственным его верным союзником, по мнению Майкла, оставалась Карен.
— Он пришел всего несколько минут назад, — сказала она. — Кристин только обрадовалась бы его визиту.
— Никому не известно, чего хочет Крисси…
Майкл отметил, что мистер Нельсон непроизвольно заговорил о дочери в настоящем времени.
— …зато мне известно, чего хочу я, — продолжал отец, — и что хочет мать. Мы хотим, чтобы девочка пребывала в покое и выздоравливала, а не думала о том, что произошло. Подобные переживания только замедлят процесс восстановления.
— Я пришел сюда не для того, чтобы лишний раз вас расстраивать, — осмелился заговорить Майкл, — и мне жаль, что вы так считаете. Я зашел попрощаться и уже ухожу.
Он обернулся бросить взгляд на Кристин — безмолвную и неподвижную, как статуя, — бочком протиснулся мимо ее отца, который, загораживая ему путь к выходу широкими плечами, не удосужился отступить в сторону хотя бы на дюйм. На мгновение Майклу показалось, что в глазах угнетаемой собственным мужем миссис Нельсон он уловил проблеск сочувствия.
На полпути к выходу из отделения он услышал за спиной быстро приближающиеся шаги. Это была Карен — и угораздило ее быть настолько похожей на сестру! Она схватила его за рукав.
— Я знаю, что Кристин уже нет с нами, и ты это прекрасно знаешь, но мои родители все еще верят…
— Я понимаю.
— Если ты правда хочешь забрать те книги…
— Спасибо, подумаю, — ответил он, хотя и был уверен, что не заберет. И еще он был уверен, что, говоря про книги, Карен имела в виду и кое-что другое.
Мимо них, громыхая контейнером для мусора, прошла санитарка.
— Слушай… если все-таки какая-то часть Крисси продолжает жить, — проговорила Карен, — я знаю, что твой визит был ей приятен.
В глазах девушки заблестели наворачивающиеся слезы.
— Я знаю, ты действительно ее любил, и я тоже ее любила, — произнесла она и смущенно добавила: — Ну разве за исключением того случая, когда она стащила у меня коньки и расколола лезвие. — Она хихикнула, отпуская рукав его куртки. — А еще я знаю, что Кристин наверняка попросила бы меня пожелать тебе счастливого пути. Будь осторожен.
Майкл улыбнулся:
— Обещаю.
— Ну а что?! — воскликнула она с жаром в голосе. — Я серьезно. Береги там себя.
Чтобы успокоить Карен, Майкл приобнял ее за плечи.
— Торжественно клянусь ни при каких обстоятельствах не снимать рукавицы и держать уши в тепле.
Она мягко его оттолкнула.
— Если нарушишь обещание, Крисси будет очень тобой недовольна… как и я.
— Мне бы этого не хотелось.
— Вот-вот. Так что смотри!
— Карен! — крикнул мистер Нельсон, высунув голову из двери палаты. — Мама хочет с тобой поговорить.
Девушка прикусила губу.
— Карен, иди сюда немедленно!
Майкл напоследок погладил ее по плечу, повернулся и пошел к выходу. Когда он миновал стол регистрации, медсестры не сказали ему ни слова.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Едва Майкл заметил невысокого рыжеволосого парня, спускающегося по трапу самолета в Сантьяго, как сразу смекнул, что тот ученый. В ученых есть что-то такое, что с головой выдает их принадлежность к миру науки, хотя Майкл и сам не мог толком понять, что же именно. Дело тут вовсе не в очевидных признаках профессии, как, например, запах формальдегида или транспортиры, торчащие из всех карманов, а скорее — в глазах, одновременно отрешенных и пытливых. Майкл много ученых повидал во время подготовки фоторепортажей и статей о природе. Они словно живут параллельно в двух мирах, одновременно и принадлежа и не принадлежа к сообществу людей. Усиленные попытки некоторых из них слиться с толпой к успеху не приводят. Это навело Майкла на мысль о сходстве ученых с большим косяком солнечных окуней, которых он фотографировал под водой на Багамах: все рыбы в целях безопасности пытались сместиться в центр стаи, но отдельных особей по каким-то причинам внутрь не пускали, и они постоянно оставались на периферии.
Естественно, такие рыбы первыми попадают на зуб хищникам.
Чтобы скоротать время перед посадкой на стыковочный рейс до Пуэрто-Вильямса, Майкл, волоча за собой здоровенную дорожную сумку, отправился в переполненное людьми кафе. Рыжеволосый парень сидел в одиночестве за столиком в углу и, наклонившись вперед, всматривался в экран ноутбука. Майкл подошел ближе и увидел, что тот изучает какую-то сложную карту, испещренную цифрами, стрелочками и пересекающимися линиями. На взгляд Майкла, карта имела отношение к топографии. Он успел поглазеть всего пару секунд, прежде чем парень на стуле резко обернулся; у него было узкое лицо с довольно мелкими чертами и светло-рыжие брови под стать волосам. Рыжий смерил Майкла взглядом, затем произнес: