Роберт Маккаммон – Левиафан (страница 69)
Человек-волк издал ворчащий звук и еще раз взмахнул рукой, словно призывая охранников «шевелить задницами». Поймут ли они, что Венера, экономка или кто-то другой из дома решил позвать их? Следующие несколько секунд покажут.
Первый мужчина посмотрел на фальшивого человека-волка с искренним уважением, граничащим с трепетом. Затем он сделал знак другому следовать за ним, и они быстро зашагали по дорожке к дому.
Когда мужчины подошли к парадной лестнице, Хадсон поднял правую руку, чтобы подать сигнал Камилле. Она вышла из-за листвы примерно в десяти футах от караульного помещения. К тому времени, как она подошла к Хадсону, он отодвинул тяжелый засов, запирающий ворота, открыл их, и они вышли.
Они заспешили вперед, навстречу ветру. Хадсон ожидал, что в любую минуту за ними могут погнаться, однако этого не произошло. Отойдя на приличное расстояние от виллы и оказавшись в ночи, Камилла споткнулась заплакала, но это были слезы облегчения. Хадсону и самому хотелось разрыдаться в голос после сегодняшней ночи.
Они ненадолго сошли с дороги, чтобы Камилла могла отстегнуть ремешки маски, а затем он бросил ее в траву, обнял любимую женщину, и они зашагали к далеким огням Мирано.
Часть пятая. Vendemmia
Глава двадцать шестая
Марс Скараманга держал в руке кремниевый пистолет Бракки, стуча в дверь третьего по счету дома. Ему открыл седой рыбак с морщинистым лицом. Пожилой джентльмен бросил взгляд на Марса и пистолет в его руке, прежде чем Скараманга повторил свое требование немедленно отвезти его к Левиафану. Рыбак лишь плюнул ему в лицо и захлопнул дверь прямо у него перед носом.
Так великий магистр Семейства Скорпиона остался бродить среди маленьких каменных домиков рыбацкой деревушки Кьоджа, трижды отвергнутый. На помощь надеяться не приходилось: даже пистолет не впечатлял рыбаков в такой шторм.
Марс поднял масляную лампу и повернулся к Пагани и Бракке.
— Тогда вы нас повезете! — крикнул он по-итальянски, перекрикивая ветер. — Давайте! Ищите лодку!
Он указал им на пляж в двадцати ярдах от них, где к колышкам, вбитым в огромные бревна на возвышенности, были привязаны рыбацкие лодки. Их било набегающими волнами и швыряло из стороны в сторону даже здесь, на отмели.
Никто из телохранителей не пошевелился, и Мэтью заметил на их лицах неподдельный ужас.
Пагани заговорил высоким пронзительным голосом, в котором эхом отдавался ветер с залива. Мэтью не понимал его, но догадывался, что он говорит:
— Пожалуйста, сэр, не заставляйте нас делать это! Пожалуйста, сэр, мы умоляем вас!
— Идите, я сказал! — скомандовал Марс.
И тут грозный светловолосый Бракка вышел вперед и покачал головой.
Марс направил на него пистолет.
Бракка снова покачал головой, отказываясь выполнять поручение. И на этот раз Пагани последовал его примеру.
Мэтью стоял рядом с Профессором, который так же с трудом удерживал равновесие на сильном ветру. Залив окутывала туманная серая мгла. Где-то там вдалеке занимался рассвет, но в этот день солнце было скрыто похоронным саваном облаков, а бурлящее море с белыми барашками волн обещало стать кладбищем для рыбаков и лодок. Далеко-далеко за горбатым силуэтом Левиафана, в четверти мили от берега, в волны вонзались тройные молнии, за которыми следовал оглушительный гром.
Услышав раскат, Пагани и Бракка бросились в сторону кареты, стоявшей на дороге за деревней. Марс крикнул им вслед:
— Прикоснетесь к карете — и вы трупы! Слышите меня? Трупы!
Дуло пистолета повернулось к Мэтью.
— Ты! — прошипел Марс с искаженным от ярости лицом. — Ты отвезешь нас туда!
— Я не могу управлять лодкой в таких условиях! Шторм закончится через несколько часов. Мы могли бы просто…
— Я не собираюсь ждать несколько часов, ты понял? — Пистолет уперся прямо в грудь Мэтью. — Я сказал, мы отплываем сейчас же!
— Мы все утонем! — крикнул Профессор. — Ради бога, будь ты благоразумнее!
— Благоразумнее, — усмехнулся Марс. — Я хочу вернуть свою сестру! Я не намерен ждать!
— Послушай меня! — Фэлл схватил Марса за руку, держащую пистолет, и отвел ее от Мэтью. В другой руке он держал демоническую книгу. — Я говорил тебе, что зеркало может быть лишь фантазией! Пытаться выйти в море в такую погоду, найти зеркало, которого может и не быть и которое может не иметь никакой силы, чистое безумие!
— Тогда зачем Валериани было прятать его? — Марс снова наставил пистолет на Мэтью, но тот отпихнул его в сторону. — Оно настоящее… должно быть настоящим…
У Мэтью был небольшой опыт управления лодкой. В последний раз он пытался сбежать с Голгофы вместе с Кардиналом Блэком. В более спокойном море он смог бы доплыть до Левиафана без происшествий, однако в такой шторм, который только усиливался, путешествие было невозможным. Паруса могли порваться в клочья еще до того, как они преодолеют половину пути.
— Сделка, — прошипел Марс. — Ты отвезешь меня туда. И независимо от того, есть зеркало на маяке или нет… настоящее оно или нет… твои друзья выйдут на свободу целыми и невредимыми. Я клянусь именем моего отца. Если ты откажешься, я убью тебя здесь и сейчас, а Лупо разорвет твоих друзей на части… медленно. — Его раскрасневшиеся глаза запали, на губах выступила слюна. — Ты не понимаешь! Я не могу жить без своей сестры! Ни дня! Ни часа! Ну же! Что ты решил?
Мэтью решил, что Марс совсем обезумел. Похоже, без сестры он представлял собой лишь пустую оболочку.
Погода была ужасной, но, по крайней мере, не шел дождь. Сможет ли Мэтью добраться на лодке до маяка, расположенного в четверти мили отсюда? Он заметил, что на вершине холма за Кьоджей был построен новый маяк, и его сигнал сейчас был достаточно ярок. Это означало, что Левиафан действительно забросили много лет назад. Сможет ли Мэтью добраться туда так, чтобы лодка не перевернулась? Он не был опытным моряком, поэтому сомневался в своих силах. Но он мог справиться с парусами: в рыбацкой лодке они не были сложными. И все же… какой у него был выбор?
— Профессор, вы умеете управлять рулем? — спросил он.
— Думаю, это вполне в моих силах.
— А плавать умеете?
— Как летучая рыба.
— Возможно, вам и впрямь придется полетать. — Мэтью вздохнул. — Ладно. Давайте найдем лодку, которая держится не на старой слюне и водорослях.
Мэтью представил, как Бразио Валериани делал то же самое. Хотя, впрочем, ему вряд ли приходилось делать это в таких условиях. Однако задачи были похожими: отыскать лодку глубокой ночью, поднять грот-мачту, распутать канаты и отвязать судно от импровизированного якоря.
Мэтью понятия не имел, какого размера будет зеркало, но, очевидно, его возможно было поднять на борт одной из таких лодок и доставить на вершину Левиафана. А вот какой высоты маяк, Мэтью отсюда прикинуть не мог.
Вывести тринадцатифутовую лодку в залив было той еще задачей. В этом штормовом супе Мэтью отметил, что Марс старается держать пистолет в кармане куртки, чтобы не намочить порох, и ему это не понравилось. Мэтью подумал, что может схлопотать пулю в голову задолго до возвращения, однако… Марс нуждался в нем, чтобы вернуться назад.
В любом случае, у Марса оставался заряженный пистолет, и это делало его хозяином положения.
Они боролись с волнами, чтобы выбраться с каменистого берега. Мэтью устроился посередине лодки, чтобы управлять двумя парусами. Марс забрался на нос, держа в руках фонарь. Когда Профессор оказался на корме с помощью своих попутчиков, он промок до нитки, но упрямо продолжал держаться за книгу.
Мэтью безмолвно помолился и начал ловить хоть какой-то ветер. Ему нужно было, чтобы порывы не сорвали паруса и не начали швырять лодку туда-сюда. Поначалу лодка то и дела меняла курс, но вскоре все же двинулась вперед. Носовую часть окутывала пена, а волны подбрасывали небольшое суденышко то вверх, то вниз. Над головой Мэтью паруса то раздувались настолько, что чуть не вырывали канаты у него из рук, то ослабевали и хлопали, как старые прогнившие ставни в доме с привидениями, пока Профессор, выкрикивая указания, не смог поправить положение румпелем.
На полпути лодка чуть не перевернулась. Ветер завывал вокруг мачты. И где же был своенравный сын адмирала и опытный моряк Джулиан Девейн, когда он был так нужен?
Здесь, на этой вздымающейся лодке, Мэтью несколько раз думал, что они перевернутся, но судно выравнивалось на грани катастрофы. Четверть мили никогда не казались ему таким катастрофически непреодолимым расстоянием. В какой-то момент Мэтью показалось, что он слышит треск грот-мачты. Он приготовился, что паруса вот-вот рухнут им на головы, однако этого не произошло. Возможно, старая слюна и водоросли, на которых держалась эта посудина, все же оказались достаточно прочными.
Сквозь мрак и суматоху вскоре проступили очертания Левиафана, очерченные раскаленной добела молнией. Мэтью различил выступающие плечи и башню, округлую, как человеческая голова. Семьдесят футов высотой? Пожалуй.
Не было времени изучать маяк слишком долго: пришлось сосредоточиться на управлении парусами. Берег, на котором стоял Левиафан, был опасно скалистым. Примерно через тридцать ярдов лодка заскрежетала по камню. Мэтью и сам чувствовал себя грудой черных камней, изъеденных многовековыми штормами.
Марс нетерпеливо выбрался из лодки и оказался по колено в бурлящей воде. Зашипев, он взобрался на возвышенность. Помогать выбраться Профессору или Мэтью он не стал, лишь раздраженно ждал, пока они закрепят лодку на скалистом острове Левиафана. Его можно было поблагодарить лишь за то, что он держал фонарь и служил им живым маяком.