Роберт Маккаммон – Лебединая песнь (страница 9)
Девочка уже слышала эту историю. Все, чего ей хотелось, – жить на одном месте дольше четырех-пяти месяцев, чтобы можно было завести друзей, не боясь их потерять, и ходить весь год в одну школу. Поскольку друзей у нее не было, энергию и внимание она перенесла на цветы и растения и часами занималась созданием садиков на грубой почве трейлерных стоянок, наемного жилья и дешевых мотелей.
– Давай найдем какую-нибудь музыку, – предложила Дарлин.
Она включила радио, и из динамиков понесся рок-н-ролл. Звуки были такие громкие, что Дарлин не пришлось терзаться из-за лжи, которую она не впервые преподносила дочери. На самом деле она знала только, что отец Сван был высоким симпатичным блондином, у которого посреди акта порвалась резинка. В то время это не имело никакого значения: вечеринка шла вовсю, и в соседней комнате все стояли на ушах, а Дарлин и ее красавчик торчали на смеси ЛСД, «ангельской пыли» и «колес». Это случилось девять лет назад, когда она жила в Лас-Вегасе и работала с карточными шулерами. С тех пор они со Сван кочевали по всему Западу. Дарлин сопровождала мужчин, которые обещали радость хоть на время, или, когда удавалось найти место, нанималась танцовщицей в барах.
Теперь, однако, она не знала, куда ехать. Томми ей надоел, но внушал страх. Он был слишком дурной, слишком подлый. Вполне вероятно, он мог найти их через день-другой, если не убраться подальше. Фрэнки из салуна «Жаркий полдень», где она танцевала, мог дать ей небольшой аванс под следующий чек, но что потом?
«Домой», – подумала она.
Домом была маленькая точка на карте под названием Блейкмен на севере Роулинса в северо-западной части штата Канзас. Дарлин сбежала оттуда, когда ей было шестнадцать, после того как ее мать умерла от рака, а отец помешался на религии. Она думала, что старик ее ненавидит, и поэтому удрала. Интересно, на что теперь похож дом? Она представила, как у отца отвалится челюсть, когда он узнает, что у него есть внучка.
«К черту, нет! Я не могу вернуться туда».
Но она уже рассчитала маршрут, которым следовало ехать, реши она попасть в Блейкмен: на север по сто тридцать пятому до Салины, на запад, через бескрайние кукурузные и пшеничные поля, по семидесятой федеральной и опять на север по прямой как стрела проселочной дороге. Деньги на бензин она может взять у Фрэнки.
– Ты бы хотела отправиться с утра в путешествие? – спросила Дарлин.
– Куда? – Сван крепче прижала к себе Коржика.
– А куда-нибудь. Есть такой маленький городок под названием Блейкмен. Не слишком далеко, как мне показалось в последний раз. Может, нам удастся съездить туда и отдохнуть несколько дней. Давай подумаем вместе.
Девочка пожала плечами:
– Наверное. – Ей было все равно, куда ехать.
Дарлин приглушила радио и одной рукой обняла дочь. Поглядев наверх, она решила, что увидела на небе мерцание, но оно пропало. Она сжала плечо Сван.
– Мы одни против всего мира, – сказала она. – Ты и я. И знаешь что? Будет и на нашей улице праздник – если не складывать лапки.
Сван посмотрела на мать, и ей очень захотелось поверить.
«Камаро» продолжал двигаться в ночь по прямому шоссе, а в небесах под облаками, в сотнях футов над головами странников, соединялись живые цепочки светящихся фонариков.
Глава 5
Рыцарь короля
В шестидесяти милях к северо-западу от водопада Айдахо, на высоте одиннадцать тысяч футов над уровнем моря «форд-роумер», выкрашенный в серый металлик, взбирался по узкой извилистой дороге к вершине горы Голубой Купол. По обеим сторонам трассы к суровым скалам льнули густые сосновые леса. Фары высверливали дыры в спустившемся тумане, огоньки панели управления освещали зеленым светом усталое лицо человека средних лет, сидевшего за рулем. Рядом с ним на откинутом кресле спала его жена с картой Айдахо, развернутой на коленях.
На следующем длинном повороте свет фар уперся в придорожный щит. Люминесцентная оранжевая надпись гласила: «Частная собственность. Нарушитель будет застрелен».
Фил Кронингер сбавил скорость, но, будучи обладателем пластиковой карточки, запаянной в бумажник, не остановился и поехал вперед по горной местности.
– Они правда сделают это, папа? – пронзительным голосом спросил с заднего сиденья его сын.
– Сделают что?
– Застрелят нарушителя границы.
– А как же! Кто не здешний, тому тут шастать нечего.
Он посмотрел в зеркало заднего вида и поймал освещенное зеленым светом лицо сына, качавшееся, как маска на Хеллоуин. Отец и сын очень походили друг на друга. Оба худые и костлявые, оба в очках с толстыми линзами, у обоих тонкие прямые волосы. В заметно поредевших локонах Фила просвечивала седина, а темно-каштановые волосы его тринадцатилетнего сына были подстрижены прямой челкой, чтобы скрыть высокий лоб. Лицо мальчика состояло из острых углов, как у матери. Его нос, подбородок и скулы, казалось, могут прорезать бледную кожу, словно под лицом пряталось второе, готовое вот-вот показаться. Стекла очков слегка увеличивали светло-серые глаза подростка. На нем была рубашка с короткими рукавами защитного цвета, такие же шорты и туристские ботинки.
Элис Кронингер пошевелилась.
– Мы уже приехали? – сонно спросила она.
Путешествие из Флагстаффа было долгим и утомительным, и Фил настаивал на том, чтобы ехать ночью, потому что, по его соображениям, прохлада сберегала покрышки и снижала расход бензина. Он был расчетливым человеком и никогда не упускал случая сэкономить.
– Точно, они наблюдают за нами с помощью радара, – догадался мальчик и внимательно посмотрел на лес. – Спорим, они и вправду могут нас прошить?
– Могут, – согласился Фил. – У них есть все, что только можно придумать. Это потрясающее место, ты еще увидишь.
– Надеюсь, там будет прохладно, – раздраженно сказала Элис. – Не затем я проделала весь этот путь, чтобы готовить пищу в шахте.
– Это не шахта, – напомнил ей муж. – Во всяком случае, там не жарко и есть разные системы безопасности и очистки воздуха. Сама увидишь.
– Они наблюдают за нами. Я чувствую, что на нас смотрят, – не унимался мальчик.
Он поискал под сиденьем то, что было там спрятано, и вытащил пистолет «магнум» девятимиллиметрового калибра.
– Бах! – Он щелкнул спусковым крючком в темноту справа и еще раз – бах! – слева.
– Положи эту штуку, Роланд! – приказала ему мать.
– Положи, сынок. Не нужно, чтобы его видели.
Роланд Кронингер поколебался, но затем, хитро усмехнувшись, направил пистолет в голову матери, нажал на курок и как ни в чем не бывало сказал:
– Бах. – Потом повторил: – Бах! – И пистолет сухо щелкнул возле головы Фила.
– Роланд, – теперь голос отца звучал сурово, – сейчас же перестань дурачиться. Убери пистолет.
– Роланд, – предупредила мать.
– Ну ладно-ладно. – Мальчишка засунул оружие обратно под сиденье. – Я просто хотел пошутить. Вы оба воспринимаете все слишком серьезно.
Неожиданно машину тряхнуло: Фил резко вдавил тормоз. Посередине дороги стояли двое солдат в зеленых касках и пятнистой маскировочной форме. Оба держали в руках автоматические пистолеты-пулеметы «ингрем», в кобурах на поясе висели пистолеты одиннадцатимиллиметрового калибра. «Ингремы» смотрели прямо в лобовое стекло автомобиля.
– Боже! – прошептал Фил.
Часовой знаком велел ему открыть окно. Когда Фил сделал это, солдат подошел, включил фонарик и направил на него:
– Пропуск, пожалуйста.
У солдата было молодое суровое лицо и ярко-голубые глаза. Фил вынул бумажник, раскрыл его так, чтобы был виден пропуск, и показал юноше. Тот сверил фотографию и спросил:
– Сколько человек въезжает, сэр?
– Э… трое. Я, моя жена и сын. Нас ждут.
Страж передал пропуск Фила другому военному, который отстегнул от пояса портативную рацию. Фил услышал, как он сказал:
– Центральная, это контрольный пункт. Мы задержали серый прогулочный автомобиль. Пассажиров трое, имя на пропуске – Филипп Остин Кронингер, компьютерный номер 0-671-4724. Остановлен для проверки. Жду подтверждения.
– Ух ты, – возбужденно зашептал Роланд, – точь-в-точь как в кино про войну.
– Ш-ш-ш, – прервал его отец.
Роланда восхитила военная форма. Он заметил, что ботинки охранников начищены до блеска, а на маскировочных брюках складки. На груди солдат были нашивки с кулаком, сжимающим молнию, под нашивкой – золотая эмблема с надписью: «Дом Земли».
– Хорошо, центральная, спасибо, – сказал солдат с портативной рацией и передал карточку напарнику.
Тот вернул ее Филу:
– Пожалуйста, сэр. Ваше прибытие было назначено на десять сорок пять.
– Извините. – Фил взял пропуск и убрал его в бумажник. – Мы задержались из-за ужина.
– Вам нужно прямо по дороге, – объяснил юноша. – Примерно через четверть мили увидите знак «Стоп». Постарайтесь, чтобы ваши покрышки остановились точно у черты. Хорошо? Проезжайте.
Он сделал быстрое движение рукой, и, когда второй солдат отступил в сторону, Фил отъехал от пропускного пункта. В зеркале заднего обзора он увидел, что солдаты снова вошли в лес.
– Па, а форму всем дают? – спросил Роланд.
– Нет, думаю, не всем. Только тем, кто здесь работает.