Роберт Лоуренс Стайн – МЕРТВЫЙ БОЙФРЕНД (страница 7)
Я должна была догадаться.
— Первые два были шикарны, — сказала она. — Изменили мою жизнь. Серьезно.
— Я… не смотрела, — сказала я.
— Книги мне тоже нравятся. У меня все есть. Лучшая серия.
Поверх ее плеча я заметила, что от дверей зала № 2 за нами наблюдает Рикки.
— Как Блэйд? — спросила Дина. Глазки енота впились в меня.
— Отлично, — ответила я. Рикки не нравится, когда мы болтаем с посетителями. Мы должны заниматься только делом. — Хочешь попкорна или еще чего-нибудь?
Она проигнорировала мой вопрос. Ее ногти забарабанили по прилавку.
— Иногда я кое-что вижу, — сказала она, понизив голос до шепота. — Хорошее и плохое.
Я почувствовала холодок. Внезапно я вспомнила о своем браслете. Как она обхватила его рукой. Как он стал обжигающе горячим, а потом вплавился мне в кожу. Я опустила руку, скрывая браслет от ее взгляда.
— Я… не понимаю, — сказала я.
— Я хочу, чтобы ты стала мне другом, — прошептала она, не отводя взгляда и не мигая. — Не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое.
— Эм… спасибо, — пробормотала я.
Рикки не двигался. Он все еще наблюдал за нами с несчастным выражением лица.
— Блэйд говорил обо мне? — спросила Дина.
У меня перехватило дыхание.
— Говорил о тебе? Ну…
— Говорил? Говорил он обо мне?
— Ну… не знаю, — ответила я. — Что именно?
Дина по-прежнему не моргала. Ее глаза безотрывно смотрели на меня. Крошечный серебряный череп у нее на носу, казалось, светился.
— Нам нужно общаться, — наконец произнесла она. — Мы же можем быть друзьями, да? Можем быть друзьями и проводить вместе время, болтая о Блэйде?
Я было слишком ошарашена, чтобы скрыть свое удивление.
— Болтая о нем? В смысле?
Выражение ее лица изменилось, глаза потухли.
— Я поняла, — пробормотала она. Она сжала свои бледные руки над прилавком. — Поняла. Ты не хочешь общаться. Ясно.
— Нет, подожди, — сказала я.
Она ударила руками по стеклу. У меня за спиной вдруг затрещал автомат с попкорном, готовя новый попкорн. От этого звука я вздрогнула.
Я удивленно повернулась к автомату. Оба автомата с газировкой, стоящие позади него, начали лить содовую. От стеклянного подогревателя хотдогов начали разлетаться искры. Он гудел и коротил.
— Эй! — вскрикнула я.
На другой стороне вестибюля я увидела встревоженное лицо Рикки. Он рысцой бежал к нам, выкрикивая мое имя.
Фиолетовые губы Дины расплылись в победоносной улыбке. Ее темные глаза вспыхнули.
— Уверена, что не хочешь поговорить?
Я бросилась выключать автоматы с газировкой. Содовая уже пузырилась на полу. Мои кроссовки утонули в липкой темной жидкости.
Я заметила, что руки Дины скользнули со стеклянного прилавка. Она сделала шаг назад.
Попкорн начал разлетаться в разные стороны от автомата, как лава из вулкана. Я сражалась с автоматом с газировкой. Вилка застряла в розетке. Река содовой вытекла из-за прилавка.
— Я знаю, мы еще поговорим, — сказала Дина, а затем прошептала: — Прости за браслет.
Из-за треска лопающегося попкорна и плеска льющейся на пол содовой я была не уверена, что правильно услышала ее.
— Что ты сказала?
Но она развернулась и торопливо пошагала в сторону зала № 4.
Рикки, запыхавшись, зашел за прилавок.
— Что случилось? Что здесь произошло? Зачем ты все включила?
— Это не я! — закричала я. — Я ничего не трогала.
Рикки заскочил за прилавок. Его ботинки заплюхали по содовой, разлитой по полу. Он забежал за автоматы с газировкой и вытащил вилку. Я продолжала снова и снова нажимать кнопку «Стоп» на автомате с попкорном. Наконец, он замедлился и, потрескивая и хлопая, остановился.
Мы с Рикки стояли, тяжело дыша, глядя на немыслимый беспорядок.
— Не может быть, — пробормотала я, тряся головой. — Как такой возможно? — я повернулась к Рикки. — Я ничего не трогала. Клянусь. Я разговаривала с девушкой из школы, и тут…
Рикки провел своей тощей рукой по волосам.
— Наверное, скачок напряжения, — сказал он. — Какие-то проблемы с электричеством. Из-за энергетической компании. Больше ничего не могло это вызвать.
— Да, — согласилась я. — Скачок напряжения.
Но на самом деле я в это не верила. Я знала, что это было предупреждение от Дины Фиар.
Рикки пошел в подсобку за тряпками. Я достала из-под прилавка большую мусорку и начала сгребать туда рассыпавшийся попкорн.
В тот момент я понятия не имела, что этот вечер станет еще хуже.
8
Подошвы моих кроссовок были липкими от пролитой газировки. Когда я шла по бетонной парковке торгового центра, у меня в кроссовках хлюпало — чвяк, чвяк, чвяк.
Нам с Рикки понадобился почти час, чтобы закончить уборку. Мы работали молча, но каждые пару минут Рикки бормотал:
— Как такое могло произойти?
У меня были мысли по этому поводу. Но я, конечно, не могла ими ни с кем поделиться. Кто бы мне поверил? Если бы я сказала, что у Дины Фиар есть власть над этими автоматами, меня бы заперли, как чокнутую психопатку, и у меня не было бы права жаловаться.
Теперь я поняла, что она запала на Блэйда. Наверное, я должна была понять раньше. Но что теперь? Она собирается разрушить мою жизнь дикими выходками, как с браслетом и автоматами в кинотеатре? Так она собирается заполучить Блэйда?
В этом не было вообще никакого смысла.
Я представила ее темные глаза, прожигающие меня насквозь, как будто пытаясь проникнуть мне в мозг. Снова услышала жуткий стук ее длинных черно-белых ногтей по стеклу прилавка.
От этих безумных, нереальных мыслей у меня закружилась голова. Я сомневалась, стоит ли рассказывать Блэйду о Дине, о том, что она продолжает о нем спрашивать, спрашивать, говорит ли он о ней.
Был ли он знаком с ней до того, как мы с ним встретились? Он сказал, что нет. Я должна ему верить. Он сказал, что никогда не слышал о семье Фиар.
Блэйд живет в Шейдисайде недавно, но в это сложновато поверить. Мне кажется, что когда сюда переезжают новые люди, их сразу предупреждают держаться подальше от Фиаров и Фиар-Стрит.
Я всегда думала, что это все суеверия и выдумки. Но после встреч с Диной я уже не была так уверена.
Из-за всех этих мыслей, вращающихся в голове, я прошла мимо своей машины. Я остановилась и попыталась вспомнить, где припарковалась. На уровне С. А знак передо мной говорил, что я уже на уровне D.
Соберись, Кейтлин.