Роберт Лоуренс Стайн – МЕРТВЫЙ БОЙФРЕНД (страница 17)

Столько темных историй.

Все в городе знают, что по ночам в этом лесу раздаются ужасающие завывания. Охотники замечали в нем странных, неопознанных стремительных существ, бегающих на двух ногах. В этом же лесу много лет назад были найдены мертвыми две сестры Фиар, все их кости исчезли. Под деревом остались лишь кожа и органы. Ни одной косточки.

Фу. Вот о чем я думала, Дневник, проезжая под высокими, сложенными аркой ветвями над Фиар-Стрит в поисках дома Дины Фиар. Фиар-Стрит выглядит такой нормальной и умиротворенной, даже милой. Но большинство людей в городе, даже те, кого не назовешь суеверными, по возможности избегают этой улицы.

В конце улицы, когда в зоне видимости оказались руины особняка семьи Фиар, я снизила скорость. Более ста лет назад величественный старый дом сгорел дотла в результате трагического пожара, поглотившего весь дом и всех его обитателей.

Многие говорят, что пожар вызвало зло, обитавшее в самом доме. Говорят, крики внутри дома продолжались несколько часов — и еще долго после того, как пожар был потушен.

Это случилось более столетия назад. И по сей день никто не разобрал обугленные останки дома. Ни у кого не возникло желания расчистить территорию или построить новый дом на этом дьявольском месте. Черный обугленный дом сгорбился на покатой лужайке, как какое-то мертвое гигантское насекомое¹ .

Дина живет в большом каменном гостевом домике позади особняка, почти спрятанном в лесу. Я припарковалась на краю дороги. Подъездная дорожка к особняку заросла бурьяном и была загромождена обгоревшим хламом.

Когда я шла по лужайке мимо руин особняка, меня чуть не сбил с ног сильный порыв ветра. Я попятилась, пытаясь сохранить равновесие. Меня словно предупредили, что не стоит подходить ближе.

Зачем я туда приехала? Почему я подчинилась приказу Дины и поспешила туда, где все говорило мне избегать ее, держаться от нее подальше. Все вокруг просто кричало об опасности. Так почему я принеслась в это запретное место, чтобы увидеться с этой странной девочкой, с которой мы даже не были подругами? Далеко не были.

Не знаю. Не могу объяснить.

Завыл еще один порыв ветра, и я наклонила голову и придержала волосы двумя руками. Мне пришлось обойти большую кучу пепла и пробраться через высокие заросли бурьяна.

Дом был двухэтажный, очень длинный, он оказался больше, чем выглядел с улицы. Несколько окон были занавешены. В остальных света не было. Стены были выполнены из серого камня. Косая черепичная крыша была выкрашена в красный. Похоже, единственным входом в дом была боковая дверь.

Я подняла руку, собираясь постучать, но дверь вдруг распахнулась.

В проеме стояла Дина. Я слышала, что из комнаты позади нее доносятся звуки рояля.

— Входи, — пропустила меня Дина. Она абсолютно не удивилась тому, что я приехала.

Она была в той же одежде, что и на похоронах. В той же плиссированной фиолетовой блузке, черном пиджаке, длинной черной юбке чуть ли не пола. Ее длинные волосы были стянуты сзади черной бархатистой лентой. На одном боку ее носа торчал крохотный серебряный паучок.

Я проследовала за ней по узкому коридору в большую гостиную. Ни в одной комнате не горел свет. Только одинокая настольная лампа тускло освещала пространство возле кожаного дивана. Звуки рояля стали громче. Напротив камина висели два огромных портрета мужчины и женщины, оба выглядели старомодно, привлекательно, но строго и не улыбались.

— Мои знаменитые предки, — буркнула Дина и жестом показала мне идти дальше.

Коридор вел мимо библиотеки. Сквозь высокое узкое окно туда просачивался солнечный свет. Я успела заметить высокие, до самого потолка полки, заполненные книгами, заваленный стопками книг письменный стол, кипы книг на полу.

Я не удержалась:

— Ты любишь читать?

— Да. Но это книги не для всех, — ответила она. — Только для тех, кто интересуется специфическими вещами.

— Например?

Она не ответила. Мы завернули за угол. Я осмотрела длинный коридор.

— Мы здесь совсем одни?

— Нет. Мои родители дома.

Коридор привел в большую комнату в задней части дома. Я зажмурилась от внезапно яркого света. Задняя стена дома оказалась стеклянной и выходила на лес.

За окном вдоль всего дома протянулся высокий бурьян. Мой взгляд зацепился за растущие посреди него весенние полевые цветы. Позади них я заметила густые заросли вечнозеленых кустарников.

Вдруг я услышала пронзительный крик.

Моргнув, я заметила на жердочке посреди комнаты попугая.

— Это Твити, — сказала Дина. — Мой любимчик. Разве он не красавчик?

Птица была красиво украшена красными, синими и зелеными перьями. Попугай подпрыгнул на жердочке, как будто был рад нас видеть. Он снова вскрикнул, чтобы убедиться, что привлек наше внимание.

Мои глаза выхватили большой аквариум на столе рядом с жердочкой попугая. У дальней стены стояла одинокая кровать. Еще здесь был письменный стол с ноутбуком, длинный загроможденный лабораторный стол, заставленный пробирками, трубками, как стол химика, а также кипами бумаги и электронным оборудованием, которое я не смогла опознать.

— Это моя комната, — сказала Дина. — Можем начать здесь.

— Начать что? — спросила я.

Она снова не ответила. Шагнула к лабораторному столу и что-то с него взяла. Когда она обернулась, я увидела, что это серебряный амулет в виде птицы, который был у нее в руках в часовне.

Дина подняла амулет, чтобы я могла хорошо его видеть. Затем она вошла в круг, нарисованный на полу.

— У нас мало времени, Кейтлин, — взгляд ее темных глаз из-за совиных очков остановился на мне. — Если мы хотим это сделать…

— Дина, я ничего не понимаю, — сказала я. — Ты должна рассказать мне, что собираешься делать.

Она закатила глаза.

— Вернуть Блэйда, конечно.

У меня отвисла челюсть. Я хотела запротестовать, но не могла произнести ни слова.

Дина повертела амулет в руке.

— Там, в часовне, я была очень близка, — продолжила она. — Ты сама видела. Ты видела, как близко я была. Но потребовалась очень сильная концентрация. Она отняла у меня слишком много сил.

Я не смогла сдержаться:

— Ты серьезно? — воскликнула я. — Ты заставила труп сесть. Но ты же не собираешься на самом деле полностью оживить Блэйда?

— Кейтлин, ты видела книги в библиотеке. В них говорится, как это сделать. Моя семья… мы кое-что знаем. И кое-что умеем.

— Это безумие, — сказала я. — Прости. Мне пора. Не знаю, зачем я вообще пришла.

— Я знаю, — произнесла она, преграждая мне выход. — Ты пришла, потому что хочешь мне помочь.

— Н-нет, — заикаясь, возразила я. — Неправда. Я не хочу тебе помогать. Потому что это безумие, Дина. Если ты не шутишь, то тебе нужна помощь. Если ты на самом деле думаешь, что можешь оживить Блэйда… — я запнулась. Меня бил озноб.

Дина сделала несколько шагов в мою сторону, опустив амулет.

— А если я тебе докажу?

— Что? Докажешь? — у меня загудело в голове.

— Если я докажу тебе, что могу это сделать, ты мне поможешь? У меня не хватит сил сделать это в одиночку. Ты поможешь мне, если я докажу тебе, что в состоянии сделать это?

— Нет. Ты не сможешь доказать это, — ответила я. — Прости, Дина. Я за тебя переживаю. Тебе нужно с кем-нибудь поговорить. Твои действия не имеют смысла. Я не смогу тебе помочь. Мне очень жаль.

Я направилась к двери. Дина схватила меня за локоть и развернула.

— Смотри. Я смогу это сделать. Я не чокнутая, Кейтлин. Я Фиар. Я умею делать ужасные вещи. Пугающие. Ты должна мне поверить. Смотри.

— Дина, подожди…

Она схватила попугая. Птица удивленно вскрикнула. Она сжала пальцы и стащила его с жердочки.

— Дина, прекрати! — закричала я. — Что ты делаешь?

Попугай закричал и начал вращать головой, пытаясь выбраться. Дина поднесла его к аквариуму — и погрузила птицу в воду. Она опустила его до самого дна и задержала там.

— Дина, нет! Что ты делаешь?

Я подбежала к ней. Схватила ее за руку. Попыталась вытащить птицу из аквариума. Но Дина оказалась сильной, и я не смогла с ней справиться.

— Что ты делаешь? — кричала я. — Что ты делаешь?

— Топлю попугая, — ответила она.