Роберт Кантон – Древний II. Предатель (страница 7)

– Оскальд, что ты делаешь? – в страхе спрашивал Генрих, поглядывая то на Форреста, то на напарника.

– Я знаю, кто он! – сощурил глаза бородач. – Это иной!

После этих слов парень остановил свой взгляд на вампире. Он увидел во взоре молодого красавца страх, закравшийся глубоко внутри. Генрих испугался слов напарника, после чего направил на незнакомца арбалет.

– Почему ты такой бледный? Поведай нам, м-м-м! – продолжал Оскальд.

Форрест понял, что его распознали. Обычно иными называли вампиров, либо заболевших этим «недугом». Их сторонились, а бледность лица пугала всех. На них часто охотились или изгоняли, а когда их ловили, то пытали и мучали, не задумываясь над тем, что раньше он был человеком. С помощью пыток хотели раздобыть информацию о логове или ему подобных. После сжигали. Останки расчленяли и хоронили отдельно от усопших людей, предварительно поливая их святой водой, надеясь таким образом изгнать злой дух окончательно из тела, чтобы он не воскрес вновь.

– Дьявольское отродье! – прошипел Оскальд.

– Спокойно, – сделав шаг назад, сказал Форрест, – я только заберу тушу и уйду.

Но только он сказал последние слова, как раздался выстрел из аркебуза. Свинцовая пуля попала прямо в лоб. Вампир распростер руки, и тело его рухнуло на спину.

Охотники находились в шоковом состоянии. Они во все глаза смотрели на Форреста. Конечно, им раньше не приходилось видеть иных, то есть вампиров, но никто из них еще не слышал столь странного поведения вампира после выстрела в него. Обычно они разъярялись и в бешенстве нападали на людей. Также он не среагировал на кровь кабана, которой уже в достаточной степени набралось возле туши зверя. Да и к тому же они оба знали, что свинцовая пуля не причинит вампиру никакого вреда. Серебро – вот что опасно для них. А тут вышло иначе. Оскальд уже начал разуверяться в том, что этот парень оказался иным. Они оба начали верить, что это человек.

Бородач, не опуская, аркебуза, подошел к телу и толкнул ногу. Реакции никакой. Он толкнул еще два раза. Опять ничего.

Генрих перевел взгляд на него и в ужасе спросил:

– Ты убил человека?!

– Я-я-я…, – замешкался Оскальд, находясь еще в шоковом состоянии.

Вдруг Форрест открыл глаза. Его тело как будто взлетело и оторвалось от земли. Охотники даже не успели отреагировать, как парень встал на ноги перед Оскальдом. Он взял его за грудки и подобно зайцу отскочил с ним от Генриха. Он как будто парил над землей вместе с охотником. Мужчина сильно ударился об дерево и Форрест прижал его к нему.

– Да, я дьявольское отродье! – прошипел вампир.

Его большие клыки вонзились как иглы в кожу Оскальда, и он завопил от боли. В это время Генрих в страхе при виде того, что его напарник оказался прав и, в ужасе наблюдая, что с ним происходит, прицелился из арбалета и выстрелил. Болт вонзился в спину чудовища. Монстр прорычал и оторвался от шеи уже мертвого Оскальда. Повернув голову в сторону молодого красавца, он отпрыгнул от дерева. Окровавленный труп бородача упал навзничь. В этот момент Генрих натягивал тетиву. Форрест в тот же миг оказался рядом с ним в своем ужасном обличье. Он схватил его за горло и оторвал от земли. Раздался хруст, и вампир сломал шею молодому охотнику. Монстр бросил труп и осмотрелся. Он не заметил, как за всем этим ужасом наблюдали глаза маленькой девочки. Она спряталась за кустами, как раз там, откуда спустились охотники. Девочка была с ними. На ее глазах собрались слезы. Она готова была закричать, и вся дрожала от страха. Девочка прикрыла рот рукой, чтобы случайно не пискнуть и не привлечь к себе внимание чудовища. Но Форрест, почуяв запах крови охотников, приступил к трапезе. В этот момент девочка тихо вышла из-за кустов и убежала в лагерь, чтобы рассказать всем о том, что произошло.

Роберт вышел из ужасного и зловонного погреба и остановился посреди комнаты. Увиденное его потрясло. Сколько же погубил невинных людей этот Форрест?

Он посмотрел в сторону, на стол, на котором лежал дневник. Имена и фамилии. Список жертв. Неужели это то, что от них осталось? И он их всех убил. Возможно, он долгое время питался их телами, а когда высасывал всю кровь, то расчленял их тела на части и бросал в мешок. Форрест их даже не закапывал. Его необходимо остановить, иначе список продолжится. Но как? Он, явно, превосходит Роберта во всем. Тогда что же делать?

Не страшась солнечного света, Роберт взял тетрадь и на ходу стал разрывать ее на части. Потом все выбросил на еще тлевшие угли. Таким образом, Роберт хотел с чего-то начать. И листы из тетради начали темнеть.

Форрест знал несколько тайных мест в лесу, где можно было спрятать трупы. И одно из этих мест – глубокая яма. Она находилась глубоко в лесу. Он тщательно ее маскировал и если внимательно не смотреть себе под ноги, то можно запросто угодить в нее и выбраться без посторонней помощи будет крайне сложно. Не Форрест вырыл ее. В эту яму он сбрасывал тела, чтобы другие люди не обнаружили их. И вот сейчас вампир волочил по земле два трупа охотников, взяв их за ноги.

Убрав маскировку, сделанную из листьев и веток, он сбросил их тела одно за другим, предварительно обезглавив, а после обратно замаскировал яму.

Вернувшись к туше кабана, Форрест взял ее за заднюю ногу и, осматриваясь по сторонам, потащил в дом к Роберту.

Девочка бежала по лесу, перепрыгивая корни деревьев. Она оглядывалась назад и тяжело дышала. Вновь и вновь слезы наворачивались на ее маленьких глазах. Девочка сжала свои маленькие кулачки и бежала что есть сил. Чаща леса заканчивалась и впереди виднелась деревушка. Из труб изб шел дым. Ходили люди.

Девочка бежала по дороге, подобрав платье. Заметив людей, ей стало легче, а слезы еще сильнее хлынули из глаз.

На лавочке сидел мужчина лет тридцати в белой рубахе, пропитанной потом. Рукава закатаны, а крепкие мужские руки держали косу. Мужчина аккуратно затачивал ее. Остановившись, он вытер тыльной стороной руки вспотевший лоб и посмотрел на солнце, зажмурившись. Взглянув в сторону, лицо мужчины изменилось. Появились страх и подозрение, что случилось что-то ужасное.

– Господи! Амалия!! – прокричал он и, выронив косу, в босых ногах побежал ей навстречу.

Неподалеку находились мужчины и женщины. Завидев девочку, они побросали всю работу и быстро направились к ней.

Амалия споткнулась и упала. Платок упал с головы и волосы ее распустились.

Мужчина подбежал и поднял ее на ноги. Вытирая ее лицо от слез и пыли, спрашивал:

– Амалия, что случилось?!

Девочка плакала и не могла остановиться.

– Успокойся, родная! – говорил он, нежно проводя рукой по голове. – Что произошло?

– Оскальд! Генрих! Они… Чудовище… их убило. Вампир!

При этом слове толпа, окружавшая их, зашумела. «Вампир в лесу!» – запричитали женщины и начали рыдать.

Фраза и голоса быстро разлетелись по всей деревне.

Дверь одного дома открылась, и на порог вышел рослый мужчина в черном облечении и блестящих серебряных доспехах. За спиной висел арбалет и серебряные болты в колчане. «Вампир в лесу!» – услышал он.

Мужчина прищурил глаза, вглядевшись в стену леса. Потом повернул голову. В прихожей сидел еще один в таком же одеянии и с мечом в руке. Он поднял голову и их взгляды встретились.

Форрест подходил к дому. Оставив тушу зверя в тени, он осмотрелся по сторонам и вошел, открыв дверь.

В доме стояла тишина.

– Роберт? – позвал Форрест.

В комнате горел мелкий огонь. Вампир подошел к костру и в углях заметил что-то догорающее. Потом Форрест повернулся и вошел в свою комнату.

Тайная дверь, ведущая в погреб, была открыта нараспашку. Возле нее, прислонившись к стене, сидел на корточках Роберт и смотрел в сторону окна.

– Ты чего это? – сдвинув брови, спросил Форрест.

Он медленно подошел к нему и остановился, смотря во все глаза на него. Роберт не шевелился. Руки его сложены на коленях, а голова опрокинута назад.

Форрест посмотрел в ту же сторону, куда смотрел и он, и лицо его изменилось: ящик внутри стола был открыт. Тут он догадался, что то, что он увидел в костре, являлось его тетрадью. Но он не мог поверить в это.

Вампир попятился назад, быстро развернулся и подбежал к углям. Все страницы сгорели, и от них остался один пепел. Он притронулся к почерневшим страницам, и они рассыпались. Лишь уцелела твердая оболочка, сделанная из картона. Но и она почернела до неузнаваемости.

Форреста охватил гнев. Лицо исказилось от ярости, накипавшей с каждой секундой. Руки сжались в кулаки. Он готов был убить Роберта.

Встав, он забежал в комнату, где находился парень и, сверкнув бешеными от ярости глазами, прокричал:

– Что ты сделал?!

Роберт спокойно на него взглянул.

– А ты что сделал с ними?

Форрест как будто ослаб после этих слов и невольно отстранился от парня. Он не ожидал такой реакции. Роберт смотрел на него спокойными и в то же время серьезными глазами. Он ожидал его гнева, в результате которого он еще сильнее разъяриться и разорвет парня на части. Но спокойствие подействовало на него иначе. Он сам успокоился. Гнев медленно угас и Форрест уже ясно понимал, что ничего уже не вернуть.

Роберт встал и подошел к нему в упор. Взгляд Форреста опустился в пол. Выражение его лица стало таким, каким бывает, когда человек теряет всякую надежду на спасение.