Роберт Хейс – Цвет мести (ЛП) (страница 43)
Андерс видел, как раскрылась челюсть гиганта, и как тот посмотрел на Генри, которая в свою очередь изо всех сил старалась не поднимать взгляда. Он видел, что её щёки пылают красным.
— Так со своими не поступают, — продолжал Шип. — Пойдём с нами, Мослак. И Железная Бет тоже. Отомстим этому ублюдку Шустрому и может, получим справедливую плату за Х'оста.
— Я… — начал гигант, но остановился и закрыл рот, перестав говорить. Он посмотрел на Генри, а потом опять на Шипа. Женщина наконец отвела свой острый взгляд от Шипа, подошла к гиганту и прошептала что-то ему на ухо. Гигант кивнул.
— Ирвин, — громко крикнул гигант, и вскоре дверь кабинета открылась и внутрь вошёл солдат. — Отведи этих людей во "Вдову", выпивка им за мой счёт. — Он снова посмотрел на Шипа. — Надо бы с Бет перетереть кой-чего. Я попозже подойду.
К тому времени, как гигант появился в "Плачущей Вдове", Андерс уже был полностью на восьмой стадии опьянения и весело пел громкую песенку про пирата и его добычу, положив руки на плечи Давету Волкобою и местному, от которого несло капустой. Он быстро высвободился от дуэта убийц мелодии и неторопливо прошёл туда, где сидели Шип, Генри, Джоан и Бен.
Гигант пододвинул стул, который на вид был вдвое меньше нужного размера, и уселся на него. Андерс прошёл позади Генри и встал рядом с ней на колено. Она слегка облокотилась на него.
— Пришлось маленько пораскинуть мозгами… — начал гигант. Он потирал ожерелье под рубахой.
— И чё решила Бет? — спросила Генри со своей обычной усмешкой.
Гигант рассмеялся.
— Бет решила в кои-то веки оставить решение за мной. Чудо, не иначе. И мы идём с вами, мы с ней. Но только на это дело. Мы не вступаем в твою команду, Шип.
— Эт не команда, — запротестовал Шип.
— Ну, неважно, чё эт за хуйня, мы в неё не вступаем. Тока заставим того чистокровного ублюдка получить, чё он заслуживает. — Гигант кивнул в сторону Генри. — Надо только кое-какую хрень поналадить, прежде чем отправимся. Приготовления и всё такое. Займёт пару дней. Эт нормально?
Шип кивнул.
— Нормально.
Сузку
Перн стоял над телом, чувствуя лёгкий ветерок на коже, а человек напротив готовился напасть. Луна светила ярко, звёзды высыпали, и улицы Чада покраснели от крови.
Старый пират бросился на Перна и кричал непристойности, мчась к своей смерти. С преувеличенным спокойствием Перн просто отступил в сторону, уклонившись от клинка, летевшего ему в череп. Одним быстрым движением его меч вылетел из ножен и рубанул по мужчине. Пират тяжело ударился об землю, его рука упала в нескольких футах впереди, а потом начались крики. Перн подошёл к упавшему и вонзил меч ему в грудь, прямо в сердце. Никакого смысла оставлять врагу жизнь.
Следующий пират, на этот раз женщина в прекрасной голубой рубахе и с парой топориков в руках, подбежала к Перну. Он перехватил меч, пригнулся и шагнул ей навстречу. Всю работу сделала их инерция и лезвие клинка. Её бок раскрылся, она рухнула наземь и булькала, пока жизнь вытекала из её тела.
Перн вытер клинок об голубую рубаху женщины и убрал его обратно в ножны. Каждую ночь такого случалось всё больше, каждую ночь всё больше людей желали попрощаться со своими жизнями в тщеславной попытке убить его клиента. Ни один из них не мог соперничать с хаарином ни навыком, ни решительностью.
По улице снова подул ветерок, принося с собой аромат моря и маскируя металлический запах крови, за что Перн был признателен. Он глубоко вдохнул, посмотрел на небо и выдохнул. Он знал, что должен спешить, чтобы догнать Шустрого и Лиси — вскоре он мог им понадобиться. Но сейчас ему просто нужна была минутка подумать о бесполезной потере этих людей, лежавших у его ног. Они не были злыми людьми — просто глупцы, которые больше ничего не знали. Глупцы, которым заплатили за то, чтобы они бросились на его меч. Напрасная растрата жизни.
Шарканье кожи по земле предупредило Перна об очередном пирате. Он развернулся, положив руку на рукоять меча, пригибаясь в боевой стойке.
— Тебе это не понадобится. Я не намерен с тобой сражаться, — сказал Кессик из теней. — Просто хочу поговорить.
Перн не убрал руку с меча.
— Разговоры со мной ничего тебе не дадут. У меня нет влияния на действия Шустрого. Я хаарин, — ответил Перн спокойным голосом.
До его слуха донёсся лязг металла по металлу. Перн знал, что это мог быть Шустрый, и что он должен был защитить своего клиента. Если Шустрый умрёт… у Перна не останется выбора.
— Мне не нужно, чтобы ты влиял на него, — сказал Кессик, выходя из тени в сторону Перна, который отступил назад. В своих возможностях он был уверен, но он слышал, что арбитры используют магию, и хоть он ни разу её не видел, но не собирался испытывать против неё свои навыки.
Откуда-то поблизости донёсся крик. В Чаде воцарился хаос. Стражники больше не патрулировали улицы. Торговцы теперь собирались лишь на рынках или в доках — причём последнее в основном потому, что они бежали из города. Жители Чада стали кроткими тенями, прячась в своих домах от открытой войны на улицах.
Даже в Золотом городе теперь было не спастись от насилия. Самые богатые жители съёживались за своими стенами и за спинами охраны, но ничего не предпринимали, чтобы остановить сражения на улицах. Ничего не предпринимали, чтобы остановить смерти.
Чад был таким уже две недели. Две недели назад Шустрый начал собирать наёмников. Три недели назад его убийца не смог убить Кессика.
— Твой хозяин меня предал, — говорил Кессик.
— Ты знал, что так и будет, — сказал Перн. Его глаза стреляли по сторонам в поисках новых опасностей, но Кессик был один и, похоже, не вооружён.
Убийца потерпел неудачу, и Кессик отправил его голову Шустрому в ящике. Как предупреждение.
— Это правда, — сказал Кессик, делая ещё шаг вперёд, перешагивая через труп одного из пиратов, — но я не ожидал, что он преуспеет.
Шустрый хохотал, когда вытаскивал голову из ящика, хохотал и заявлял, что это было лучшее вложение в его жизни. Говорил, что оно окупилось десятикратно. Тогда Перн узнал, что у убийцы было две задачи — он должен был убить Кессика только после того, как выследит его и узнает, где бывший арбитр хранит состояние Х'оста. Убийца преуспел в половине своего контракта.
— Мне нужно, чтобы ты доставил своему хозяину сообщение, — сказал Кессик.
— Это не моя работа, доставлять сообщения. Я…
— Скажи Шустрому, что мне плевать на деньги. Он может оставить их себе. Все. Скажи, что мне нужно больше людей. Больше, чем в прошлый раз.
Кессик сделал ещё один шаг вперёд и остановился. Перн напрягся, держа правую руку на рукояти меча, а левую на ножнах. Клинок показался на дюйм.
— Скажи ему это, хаарин Перн Сузку. Скажи ему, что если он будет уважать моё требование, то, быть может, даже переживёт этот, — Кессик широко развёл руки, указывая на город, — хаос, который он создал.
Впервые Перн почувствовал в ауре Кессика что-то кроме опасности и контроля — он почувствовал отчаяние.
— Он не послушает, — сказал Перн.
Кессик повернулся и снова скрылся в тени.
Часть 3 — Враг моего врага
Джейкоб Ли
Правой рукой Джейкоб схватил духа за шею и сжал. Он представлял себе, что если бы тварь была разумной, то она бы удивилась, но Джейкоб знал, что это не так. Создание цеплялось в руку, стараясь высвободиться, рвало плащ на полосы, но эти атаки не могли пробить защиту Джейкоба, не могли пробить его веру.
Он сжал сильнее, и дух возобновил атаки. Холод начал просачиваться в кожу Джейкоба, в его мышцы, прямо в кости. Он чувствовал, как его татуировки покалывает чудесной прохладой. Органы чувств смаковали каждый миг этого ощущения. Он раздавил шею духа.
Существо стало клочком серого тумана. В конце концов, его никогда на самом деле не существовало. Духи были ничем, созданным из жестоких эмоций, которому форму придавала магия, сокрытая глубоко в земле. Туман был всего лишь средой, в которой эти эмоции могли проявить себя, принять форму и искать утешения в высасывании жизни у тех, кому повезло больше.
Джейкоб взглянул на свою руку и смотрел, как туман клубится вокруг пальцев. Тепло начало возвращаться в конечности, и он понял, что уже скучает по холоду. Холод был таким резким и ярким чувством. Слишком много холода может убить, но немного может прочистить разум и обеспечить ясность.
Очередное несчастное бездушное существо выплыло из тумана в его сторону. Джейкоб протянул к нему руки, горя желанием снова испытать холод его прикосновения.
"Проооооооооошшшшшшшшууууу"
Джейкоб замер.
Дух подплыл к нему, обнял Джейкоба своими руками, обернул себя вокруг него. Холодное мёртвое лицо твари с раскрытым ртом парило в нескольких дюймах от лица Джейкоба. Существо высасывало тепло из его тела, но он не двигался. Он погрузился в воспоминания.
Он только что вернулся после завершения эксперимента. Арбитр Филдс и арбитр Кессик провели осмотр и заявили об оглушительном успехе. Джейкоб не только выжил, он был цел и невредим. Лучше, чем просто цел — он был сильнее, быстрее и бдительнее, чем когда-либо прежде. Его органы чувств были настолько замечательно настроены и настолько сосредоточены, что весь мир казался совершенно новым творением, и куда более прекрасным, чем прежде. Он с нетерпением хотел пойти домой, увидеть Сару, услышать её, почувствовать её, познать её со всей своей новой глубиной.