Роберт Хейс – Цена Веры (ЛП) (страница 5)

Танкуил уклонился от удара, начал читать благословение силы и про себя вознёс хвалу Джеззет за то, что научила его некоторым приёмам рукопашного боя. Благословленным кулаком он ударил Хизо по почкам и поморщился, когда здоровяк с криком боли упал на колени. Танкуил из первых рук знал, каким болезненным может быть такой удар — Джез всегда была отличным учителем. Он быстро зашёл Хизо за спину и схватил его руками за шею, как учила Джеззет. Мастер Клинка показывала ему, куда именно надо надавить, чтобы остановить поступление крови в мозг человека, и сколько держать, чтобы тот потерял сознание. Однажды она проделала такое с Танкуилом, и к тому времени, как он проснулся, она уже разделась и занималась…

Хизо, шатаясь, встал на ноги, подняв Танкуила на спине, и отшатнулся назад. Танкуил сильно ударил, и они оба провалились через трухлявые доски в соседнюю комнату. Здоровяк упал на спину, приземлившись на Танкуила, но тот не разжал хватку, стискивая всё сильнее.

Танкуил слышал, как Шен что-то кричит откуда-то поблизости, но у него не было времени смотреть на ведьму. Ему надо было быстро разобраться с её подручным, чтобы сражаться с ними по одному.

Хизо уже слабел, его пальцы бессильно хватали усиленные благословением руки Танкуила, а его рот открывался и закрывался, словно у рыбы на берегу. Затем здоровяк обмяк и замер.

Скатив с себя Хизо, Танкуил заставил себя подняться на ноги. Его плечо болело, словно только что вышло из сустава, а ноги подкашивались. Ведьма охнула и бросилась вперёд, встав на колени возле Хизо и положив руку ему на шею.

— Он жив, — со вздохом объявила она.

Танкуил фыркнул.

— Конечно жив, — как только он заговорил, его благословение силы стало меркнуть, руки и ноги отяжелели, словно их потянула вниз неодолимая сила. — Если бы я хотел убить его, то достал бы меч.

— Тогда зачем вы на него напали? — требовательно спросила она. Её лицо зарделось, а глаза увлажнились. Танкуил определённо почувствовал себя виноватым.

— Я… ну… то есть… он… — Танкуил зарычал и схватил Шен, вздёрнул её на ноги и прижал к стене. Изувеченной правой рукой он схватил её за шею, а левой вытащил из-за пояса пистолет. Направил ствол ведьме в голову и взвёл курок. Она положила лёгкую мозолистую руку ему на грудь и прошептала ему:

— Спи.

Он почувствовал, как тяжелеют веки, но теперь магия бы не сработала, не смогла бы сработать. Заклинание бессонницы не дало бы ему потерять сознание ни в каких обстоятельствах.

— Думаю, Шен, пора нам как следует поговорить. Вы ведьма?

Глаза женщины расширились, когда воля Танкуила сковала её волю, вытягивая из неё правду, и её голова яростно закачалась.

— Нет, не ведьма.

— Вы… что…

Глаза Шен намокли от слёз, но в доказательство своей силы она не позволила им течь.

— Я не ведьма, арбитр. Клянусь вам.

Танкуил отпустил её шею и начал шарить в одном из карманов своего плаща, не отводя пистолета от женщины. Его пальцы сомкнулись на предмете, который он искал, и Танкуил вытащил маленький зелёный драгоценный камень, который обычно был тусклым и безжизненным, но от прикосновения Танкуила светился тёплым внутренним пламенем. Камень укрывался в маленьком бронзовом футляре с длинной цепочкой. Неподготовленный взгляд увидел бы в нём лишь драгоценное изделие, ожерелье для бедных, но арбитры Инквизиции знали, что это такое. Драгоценный камень светился, когда к нему прикасался тот, кто обладал потенциалом владения силами магии.

Он уронил камень, поймав цепочку изувеченными пальцами правой руки. Без его прикосновения сияние не поддерживалось, и камень вновь стал тусклым и безжизненным. Он поднёс камень к голове Шен. Она вздрогнула, но не съёжилась. Танкуил уважал её за это. Зелёный камень не засветился, внутреннее сияние не ожило.

Танкуил убрал камень и сунул его обратно в карман. Отступил на шаг, опустив пистолет, и запнулся за лежащего ничком Хизо. Он не успел собраться и рухнул назад, на что-то мягкое, ударившись головой о деревянную стену комнаты. Шен мгновенно оказалась возле него, чтобы проверить шишку, но Танкуил оттолкнул её. Он посмотрел вниз и увидел, что приземлился на кровать — несомненно, кровать Шен, с учётом близости комнаты к её кабинету.

— Но вы использовали магию, — сказал он скорее себе, чем лекарше.

Шен покачала головой.

— Когда?

— Вы приказывали мне спать.

— Вы были уставшим.

— Нет… ну, да, но не только в этом дело. Я чувствовал работу магии, которая вытягивала мою силу.

— Ах… это.

Он глянул на неё. Она не поднимала глаз.

— Шен, скажите мне.

— Ваше плечо было хуже, чем я вам сказала, — проговорила она, уставившись на свои ноги. — Вы оторвали мышцу от кости. Вряд ли оно зажило бы само. Я не заставляла вас спать. Я ускоряла лечение. Такое обычно иссушает пациента.

Танкуил покачал головой.

— Магия. Но у вас нет потенциала. У вас не должно быть возможности использовать магию.

Шен пожала плечами.

— Я не знаю, я просто могу. Эта способность у меня уже пару лет. Я могла бы… возможно, я могла бы вылечить вашу руку, — сказала она, и положила ладонь ему на правую кисть. Он не оттолкнул её.

— Нет, — сказал Танкуил. Рука не была искалечена, лишь обожжена. Кожа не излечилась до конца, зато служила теперь напоминанием о ереси тёмной инквизиторши. Напоминанием о том, с чем он сражался.

— Мне надо идти, — сказал Танкуил.

— Пожалуйста, не уходите, — Шен прислонилась левым плечом к его правому. — Вы могли бы остаться. Со мной.

Что-то во всей этой ситуации не нравилось Танкуилу, не в последнюю очередь оттого, что его искушали.

— Мне нужно найти ведьму, Шен.

— Не выйдет. В смысле, найти её. Во всяком случае, пока она не захочет, чтобы её нашли.

Он убрал руку, прищурился и выпятил челюсть. Лицо стало каменным.

— Вы знаете больше, чем говорите.

— Я…

— Не заставляйте силой вытягивать из вас правду.

— Она приехала несколько лет назад. С тех пор урожаи были обильными, люди меньше болели, рождалось меньше мёртвых младенцев, и ураганы нас уже не беспокоили. Она делала нам, всем нам только хорошее. Она не ведьма, она волшебница.

Танкуил фыркнул.

— Вы не понимаете, о чём говорите. Скажите, где мне её найти.

Шен закрыла рот, вскочила и побежала к двери, но Танкуил оказался быстрее. Он схватил её за запястье, развернул и швырнул на кровать, прижимая её своим весом. Она захныкала, но рта не открывала.

Глядя на лекаршу, Танкуил убедил себя в необходимости задать последний вопрос.

— Где ведьма?

Глаза Шен расширились от страха — она пыталась сопротивляться принуждению. Неудачно.

— Форт Таллон.

Танкуил вздохнул.

— Где форт Таллон?

— В четырёх днях пути на запад.

Танкуил чувствовал сильное наслаждение, которое приходило с использованием принуждения. Экстаз чудесно контрастировал с болью в плече. Ему хотелось задавать всё больше вопросов, ему это было нужно. Ещё один вопрос.

— Кто правит в форте Таллон? — спросил он.

— Принц Наарск.

— Драконий принц в сговоре с ведьмой?

— Да. — Шен разразилась слезами, ручьи стекали по её лицу на постель.

Вид плачущей лекарши остановил его, зависимость потрясла его. Танкуил оттолкнулся от кровати и отшатнулся, снова запнувшись за тело Хизо, и на этот раз ударился об пол.

Его трясло. Дрожали руки, ноги и даже голова. Его сотрясало от волны удовольствия из-за использования принуждения. Танкуил уже не мог позволить себе снова заговорить, не знал, что может произнести его язык. Он молча поднялся на ноги и направился к двери.

— Прошу, не надо… — сказала Шен сквозь рыдания. — Прошу, не уходи.

Танкуил повернулся один раз, взглянув на лекаршу. Она уже была не на кровати: стояла на полу, на коленях, умоляя его не уходить, и слёзы струились по её лицу.