Роберт Хейс – Грехи Матери (страница 72)

— Это сработало, — сказала Сирилет, сев на горячую землю, откинувшись назад и уставившись на разрыв.

— Что ты имеешь в виду? Он все еще там, — сказала я.

— Конечно, Мама. Это разрыв. Дыра в мире. Я не могу его закрыть. Никто не может. Он... Просто... просто есть.

Кенто повернулась к сестре и шагнула вперед.

— Тогда что, черт возьми, все это значит?

Сирилет поморщилась и наклонилась вперед. При каждом движении металл, скользивший по ее рукам, стонал от напряжения, а раны вокруг него снова кровоточили. Я поняла, что она все еще использует ингомантию, чтобы двигать металл, двигать руками.

— Я вернула разлом в исходное состояние, — сказала Сирилет. — Сейчас это дыра в мире, которая ведет в никуда. По ту сторону нет другой вселенной. Там нет ничего.

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь вселенная? — спросила Кенто.

— Это сложно, сестра. Возможно, у нас нет времени на объяснения.

Кенто сделала еще один шаг вперед и нависла над Сирилет.

— Попытайся.

Сирилет уставилась на Кенто, затем вздохнула, закрыла глаза и потерла переносицу.

— Многое из этого я знаю от Создателя. Когда он забрал меня, я узнала много нового о мирах и вселенных. И о других вещах. Но он... он не рассказал мне всего. У него не было времени, и были вещи, о которых он не хотел, чтобы я знала. Я имею в виду знания, которые, по его мнению, я не могла понять. Остальное мне пришлось узнавать самой, проводя исследования и эксперименты.

Кенто открыла рот, чтобы что-то сказать, но я махнула рукой в ее сторону, чтобы она замолчала. Без сомнения, она собиралась высказать обоснованное мнение о том, что эксперименты Сирилет убивают людей, но какой от этого толк? Сирилет и так это знала. Сейчас было важно понять, почему она поступила так, как поступила, и что теперь означает раскол.

Сирилет сделала глубокий вдох, чуть не упала, но удержалась.

— Мы существуем в одной вселенной.

— Оваэрис? — спросила я.

Она покачала головой, поморщилась, затем открыла свои темные глаза и пронзила меня пристальным взглядом.

— Оваэрис — это мир, в котором мы живем. Он существует в пределах нашей вселенной. Как и луны, звезды и все остальное. Это все наша вселенная. Но есть и другие вселенные.

— Сколько? — спросила Кенто.

— Десять, по крайней мере. Я имею в виду те, о которых я знаю наверняка. Десять. И это только те, которые показал мне Создатель. Я верю, что есть и другие. — Она взглянула на меня и улыбнулась, взгляд ее был полон ужаса, благоговения и волнения. — Я верю, что их гораздо больше.

— Вроде Севоари? — спросила я.

Сирилет снова покачала головой.

— Оваэрис и Севоари — одна вселенная. Один мир. Они просто существуют в разных... э-э, пространствах в пределах одной вселенной? — Она вздохнула. — Это все... Когда Джинны создавали Севоари, у них не было сил создать целую вселенную. Я имею в виду, ни у кого нет таких сил. Никто не может. Даже Создатель не может создать новые вселенные. Но Джинны действительно обладали силой, чтобы создать мир в этой вселенной. Вроде того? Они, э-э, исказили законы, фундаментальные законы, которые управляют... всем. Они сделали так, что Севоари существует здесь точно так же, как Оваэрис, в пределах этой вселенной, хотя он отрезан от остальной части вселенной. — Она замолчала и покачала головой.

Я взглянула на Кенто. Она выглядела непонимающей, и это меня немного утешило, потому что, должна был признаться, я тоже не понимала.

Сирилет вздохнула, сунула руку в карман и вытащила монету.

— Этот участок земли — наша вселенная. — Она провела рукой по земле перед собой, разглаживая ее. — На этой монете изображен Оваэрис, — она подняла ее плоской стороной к нам, без надписей. — А также Севоари. — Она перевернула монету и показала нам лицевую сторону, на которой была выбита единственная линия. Затем она положила монету на землю лицевой стороной вверх. — Мы существуем вот так. Что касается остальной части нашего вселенной, то существует только Оваэрис. Севоари скрыт. На другой стороне нашего мира, но все еще там. Он часть нашего мира, но отделен от всего остального. Это... Я не...

— Мир внутри мира, — сказала я, когда все начало вставать на свои места. — Вот что сделали Джинны. Когда Вечная война была в самом разгаре, и Ранд жертвовали частью себя, чтобы создать Аспектов, в надежде обойти законы нашего мира...

— Нашей вселенной, — поправила Сирилет. — В нашем мире нет законов. — Она остановилась, нахмурилась и покачала головой. — Фундаментальных законов. Законы есть у вселенных. Миры — это просто... — Она взяла горсть земли и пропустила ее между пальцами. — Земля. Вода. Жители.

— Верно, но джинны начали создавать свои собственные миры внутри предметов. Например, корона Вейнфолда. Внутри короны есть целый мир. Это едва сформировавшаяся вещь из огня и камня. Маленький мир, но существует внутри короны.

Сирилет кивнула, одарив меня лучезарной улыбкой. «Он существует внутри нашего мира, но также и отдельно от него. Севоари — это то же самое, только в бо́льшем масштабе. Я имею в виду, это гениально. Это мир внутри Оваэриса. Часть этого. Обратная сторона». — Она перевернула монету.

— Какое отношение это имеет к той штуке? — спросила Кенто, указывая на великий разлом. — И Создателю?

— Разломы — это больше, чем просто порталы, — сказал я. — Это дыры в мире.

— Не в мире, мама. Во вселенной, — сказала Сирилет. — Мне пришлось провести много исследований в области порталомантии и... — Она рассмеялась. — Вы не поверите, сколько всего понапридумывали глупые Хранители Источников. Земляне, в частности, знают все на свете. У таренов дела обстоят немного лучше, но все их исследования основаны на бессмысленной религиозной догме о том, что Создатель придет и очистит мир. Я имею в виду... Я не убеждала их в этом. Они верили в это до меня. Я просто...

— Использовала их? — спросила я.

Сирилет кивнула.

— Мне нужны были посох и руда. Мне нужна была их помощь, поэтому я заставила их думать, что хочу того же, что они.

Она на мгновение закрыла глаза, сделала глубокий вдох, а затем медленно продолжила.

— Порталы — это просто то, что создается с помощью Источника. Они соединяют одно место во вселенной с другим местом в той же вселенной. Разломы — это дыры в самой вселенной, они ведут в другие вселенные. Или, э-э, могут... привести в другие вселенные. Когда Ранды и Джинны столкнулись здесь во время своей войны, они открыли разлом, и по чистой случайности, он привел во вселенную Создателя. Создатель достаточно силен, чтобы удержать разлом открытым, и начал разрывать его, делая его больше, в попытке проникнуть в нашу вселенную. Он также достаточно силен, чтобы, будучи связанным с нашей вселенной через разлом, иногда похищать кого-нибудь из портала. Именно так он похитил меня, когда я была маленькой.

— Но ты... — Кенто замолчала, поморщилась и потерла затылок. — Ты вернула разлом в исходное состояние, чтобы он вел в никуда, а не во вселенную Создателя? — То, как она нерешительно произнесла это, подразумевало, что она либо не поверила Сирилет, либо изо всех сил пыталась понять, о чем говорит моя младшая дочь.

— Да. — Сирилет улыбнулась Кенто. — Разломы создаются с помощью магии Источников. Руда на наших спутниках нарушает работу Источников. Итак, я проверила это. Поэкспериментировала. Я, э-э, создавала небольшие разломы, ведущие в другие вселенные, а затем приводила их в соприкосновение с рудой. Небольшие куски руды просто перенеслись в другую вселенную. Я имею в виду, в какую-то другую вселенную. Но если кусок руды был крупнее, чем разлом, это возвращало разлом в исходное состояние, и он вел в никуда. — Она снова замолчала и поморщилась, пытаясь собраться с мыслями.

Вокруг нас все еще бушевал шторм. То тут, то там сверкали молнии, и, хотя ветер и пыль не достигали нас, рев шторма был похож на рычание льва, бьющегося в клетке, отчаянно пытающегося добраться до своей добычи.

— Но единственные разломы, которые мне удалось создать, были просто булавочными уколами. Слишком маленькими для... Это было все равно, что заглянуть в другую вселенную через замочную скважину. Но этот, великий разлом, больше похож на открытую дверь.

— Очень большую дверь, — сказала Кенто.

— Так и есть! — согласилась Сирилет.

Я вздохнула.

— И единственным куском руды, достаточно крупным, чтобы нарушить его работу, была одна из наших лун.

— Именно так, Мама, — кивнула Сирилет, ссутулившись, ее плечи поникли. — Создатель собирался продолжать ковыряться в разломе. Однажды он должен был расширить его настолько, чтобы пролезть внутрь и убить нас всех. Я это знаю. Он... он показал мне. Пытался заставить меня помочь. Пытался... Был лишь единственный способ это остановить. Я искала. Я искала, искала. Я искала другой способ. Я не нашла. Был только этот. Наш единственный шанс.

Остальные все еще толпились вокруг нас. Безумный землянин стоял на коленях, воздев руки к разлому, умоляя Создателя вернуться. Полазийка расхаживала взад-вперед, глядя на бушевавший вокруг нас шторм и ругаясь. Взрослые пахты спорили на своем родном языке, мужчина яростно размахивал руками. Но их дети стояли рядом, слушая Сирилет. Я не очень хорошо разбираюсь в возрасте пахтов, но, если бы они были землянами, я бы дала мальчику не больше шести, а девочке — девять или десять. Мальчик прижался к девочке, и она крепко его обняла.