Роберт Хейс – Грехи Матери (страница 54)

Кенто поднырнула мне под руку, перенеся на себя большую часть моего веса, и мы понеслись прочь. Библиотека промелькнула как в тумане. Я не знаю, бежали ли мы туда, откуда пришли, или дальше в ее глубину. Я услышала крик таренов. Позади нас ревело пламя, мой дугошторм возвещал миру о своем присутствии в мире.

Мы пинком распахнули несколько дверей, вышли из библиотеки и оказались в сумерках. Паника таранов уже донеслась сюда, трое из них проскочили мимо нас в библиотеку, без сомнения, пытаясь помочь. Повсюду была заметна какая-то активность, маленькие мохнатые ублюдки бегали туда-сюда. Запах дыма был сильным. Для них он был еще сильнее.

— Мы должны спуститься на землю и добежать до порта, — сказала Имико, и ее голос звучал трезвее, чем за весь день.

Я поперхнулась кровью и выплюнула ее на пол. Еще один приступ судорог заставил меня вскрикнуть.

— Нет времени, — сказала Кенто, все еще прижимая меня к себе, моя рука лежала у нее на плечах. — Мы поднимемся на крону.

— И что потом? — спросила Имико высоким голосом.

Кенто поднесла руку ко рту, прикусила одно из своих колец — я не разглядела, какое именно, — и заговорила в него. «Нас нужно забрать из полога леса. Срочно». Если она и получила ответ, я его не услышала. Она говорила в свое кольцо, и наш пилот услышал ее слова через серьгу. Какой-то вид вибромантии, который я никогда не пойму. Но чертовски полезный.

Кстати, о крови. «Спайстрава», — выдавила я из себя сквозь кашель, который был влажным и на вкус таким, словно из меня вытекала жизнь.

Конечно, Имико знала меня достаточно хорошо, чтобы догадаться, где я ее храню. Она сорвала мешочек с моего пояса, зачерпнула пригоршню травы — гораздо больше, чем требовалось, — и сунула мне в рот. Меня вырвало. Это было неприятно. Больше сказать нечего. Все Источники оказались в ждущих руках Имико. Она была недовольна, но у меня почти отовсюду текла кровь, так что мне было все равно. Возможно, я и отвлекла таренов, но мы все знали, что пройдет совсем немного времени, прежде чем они либо возьмут огонь под контроль, либо перестанут с ним бороться и решат выследить ответственную за него суку.

Кенто потащила меня за собой, мы нашли ближайшую лестницу, ведущую наверх, и стали подниматься на полог леса так быстро, как только могли. Последний этап включал в себя карабканье по стволу без всяких ступенек. Двое других справились с этим достаточно хорошо, но я... Кенто тянула меня за руку, а Имико толкала в зад. Когда-то я неплохо лазила по деревьям, но возраст и травмы часто превращают наши прежние навыки в насмешку. Достаточно сказать, что мы добрались до полога леса. Мы стояли на листьях шириной с телегу и цеплялись за ветки толщиной с ногу аббана. Дым поднимался сквозь переплетающиеся листья, служа как доказательством моего преступления, так и прекрасным маяком. Вскоре в поле зрения появился флаер, скользящий над поверхности кроны.

Посадка не была изящной. Кенто буквально перебросила меня через борт, и я растянулась на палубе, на несколько мгновений забыв о своей боли. Я была просто поражена тем, какой сильной она была. Мгновение спустя она легко запрыгнула на палубу, а Имико перелезла через поручни корабля. Короткий приказ пилоту, флаер развернулся и винты завертелись быстрее.

Мы набирали скорость слишком медленно, на мой взгляд, и постепенно поднимались. Но что-то не давало мне покоя. Я ухватилась за поручни, чтобы подняться на ноги, и, спотыкаясь, побрела к Кенто.

— Ты говорила, что раньше мы не могли прилететь по воздуху.

Моя дочь пристально посмотрела на меня. Несмотря на всю опасность, близость смерти и свое раненое бедро, она улыбалась. Слезы Лурсы, но в тот момент она была так похожа на Изена. Он всегда был красив, и я не жалею, что моя старшая дочь унаследовала его красоту.

— Это опасно. У них есть Источник-оружие, защищающее их, — сказала она. — Если нам повезет, у них не будет времени воспользоваться им до того, как мы уйдем.

К черту удачу. Довериться удаче — хороший способ умереть. Я подошла к поручням и уставилась вниз, на крону леса, расстилающуюся под нами. Я видела, как наша смерть вспыхивала среди гигантских листьев. Да, у них было Источник-оружие. Тарены целились прямо в нас. Я заметила это как раз вовремя, чтобы увидеть, как оно выпустило в нас молнию. У меня в желудке не было Источника, который мог бы защитить нас, не было времени проглотить его, не говоря уже о том, что я еще не оправилась от отторжения. Без Источника дугомантии внутри и без моего дугошторма, бушевавшего в полную силу, я не знала, смогу ли пережить залп. Но я должна была попытаться. Ради Имико и Кенто я должна был попытаться.

У меня было достаточно времени, чтобы вскарабкаться на поручни, цепляясь за них культей. Я вытянула руку и использовала последний выдох моего шторма — с пальцев сорвалось несколько искр. Залп дугоразрядника устремился вверх и ударил меня в грудь.

Глава 27

Крото, Искра, плыл на ветрах своих братьев, сберегая свою энергию. Время пришло. Они наконец-то собирались положить этому конец. Войне против своих сестер. И самим сестрам. Было решено, что это будет последняя битва, которая положит конец войне, развязанной ненавистными Ранд. Хотя Крото сомневался. Он все еще не понимал, как они собирались закончить войну, когда за каждую павшую сестру погибал один брат. Но у Генеуса, Путеводного света, был план. У Генеуса всегда был план.

Вода уступила место суше; мягкая зеленая трава колыхалась на ветру, а бескрайние джунгли тянулись к ним, словно отдавая дань уважения. Ранд, должно быть, были где-то там, внизу, прячась от посторонних глаз. Крото видел, как их создания — звери, которых они называли землянами, — бродили повсюду. Крото все еще удивлялся, видя, что они стоят на двух ногах. Они поднимали глаза, видели множество пролетавших Джиннов и падали на колени в молитве. Это не принесет им ничего хорошего. Это было поле битвы, а они должны были стать жертвами. Крото не получал от этого такого удовольствия, как некоторые из его сородичей. Джагран, Стремительный, его брат по молнии, был одним из них. Джагран убивал маленьких землян, пахтов и всех остальных, кого мог найти. Он называл это справедливостью за то, что Ранд сделали с Севоари. Крото не находил справедливости в смерти этих маленьких, бессмысленных существ.

Наконец, они пришли на место. Ранд ждали своих братьев в сердце джунглей. Крото увидел знакомые ему формы. По правде говоря, он пропустил то время, когда они не враждовали. До того, как Создатель натравил их друг на друга. До того, как он отправил их в этот мир и запер в тюрьмах. Но те времена прошли. Создатель ушел. У них остался только этот мир и борьба за обладание им.

До начала битвы никто не произнес ни слова. Что еще можно было сказать, чего еще не было сказано? Вейнфолд, Вечный, начал действовать первым. Он обрушился с неба, и его пламя с ревом взорвалось, пожирая даже воздух вокруг него. Их братья последовали за ними во множестве, спустившись с неба, чтобы присоединиться к Вейнфолду в этой славной битве.

Крото захотелось присоединиться к ним, броситься вниз и нанести удар. Это было мимолетно. Он не хотел участвовать в войне, но было так легко поддаться азарту своих братьев. Он был не одинок в своем стремлении сдержаться. Аэролис, Изменчивый, ждал неподалеку, порыв ветра, хлещущий во всех направлениях, в то время его излюбленная форма.

Под ним Вейнфолд яростно столкнулся со своими сестрами. Пламя извергалось во все стороны, опаляя лес и землю. Ранд поднялись на тронах из воды, на крыльях из кости, на копьях из железного дерева, и битва началась по-настоящему. Крото наблюдал за происходящим сверху.

Земля раскололась на части, когда Джинны и Ранд столкнулись, и каждый из них бросил в другого выбранные им стихии. Разразилась буря, подобной которой никто никогда не видел, огромные извивающиеся потоки разъяренного воздуха устремились вниз, чтобы обрушиться на землю, срывая вершины близлежащих гор и унося жизни жалких землян, съежившихся от страха. Деревья задвигались, пуская корни все глубже и глубже, ветви чудовищно выросли, пытаясь схватить Джиннов. Быть схваченным означало быть уничтоженным.

Астера, Связанный, погиб первым. Выбранная им форма была чистой энергией, испепеляющей дымкой фиолетового света. Он всегда был так уверен, что эта форма делает его практически неуязвимым для Ранд. Они доказали, что он ошибался. Он ворвался в их гущу, размахивая конечностями и нанося ужасные раны. Но Ислу, Жертву, было нелегко победить. Она увеличилась в размерах, приняв форму студенистого существа, и проглотила Астеру целиком. Он метался из стороны в сторону, но его тело не могло нанести существенного вреда телу Ислы. Еще несколько Ранд ринулись в бой, ныряя в студенистую форму Ислы. Сестры окружили Астеру, высасывая из него энергию. Астера становился все меньше и меньше, пока от него не осталось только мягко светящееся марево и крик боли, когда он затих. На его месте образовался хрустальный гроб. Терн, Блаженная, летела на костяных крыльях над схваткой, сражаясь с Вейнфолдом. В момент смерти Астеры Терн тоже закричала. Ее плоть почернела и разложилась, вскоре от нее остался только хрустальный гроб.