Роберт Хайнлайн – Погоня за панкерой (страница 100)
– Когти Клоно! Вы неподвижны относительно нас, шестьдесят восемь сотен миль – это десять тысяч девятьсот сорок километров. Мы видим вас у Канопуса, а мы для вас в Драконе.
– Можете обеспечить нам маяк? Мерцающий, если возможно.
– Конечно, капитан. Видите его?
– Ага… поймал. Доктор, пожалуйста, установите перемещение. Мне нужен недолет до этого маяка на полмили.
– Установлено, капитан.
– Выполнять.
По левому борту в пяти километрах от нас плыл огромный звездолет – маяк на нем погас, как только мы появились, но слабый свет далекого солнца позволял нам его видеть.
– Капитан, это самая потрясающая демонстрация пилотирования, какую я когда-либо видел. Спасибо, что позволили принять в ней участие.
– Я бы не смог сделать это без вас, Ленсмен. Теперь вы поняли, что у нас есть кое-что полезное для Патруля?
– Я знаю, что есть! Не могу дождаться, чтобы посмотреть на ваш корабль своими собственными глазами, а не вашими. Капитан, если вы позволите использовать транспортный луч, мы примем вас на борт. Все будет аккуратно, мы все еще в безынерциальном полете.
– Ленсмен Смит, вы знаете свой корабль так же хорошо, как я свой. Я не хочу, чтобы вы воздействовали на меня
– Конечно. Мой астронавигатор сделает нужные поправки, чтобы соответствовать вашим требованиям безопасности. То есть – относительное движение менее десятой дюйма в час. Вас это устроит?
– Да. У вас есть искусственная гравитация на борту?
– Да, капитан. Но в грузовом трюме она будет выключена, пока ваш корабль не будет закреплен на палубе.
– Хорошо. Одну минутку. Привет, Гэй.
– Привет, Зеб.
– «Гэй Обманщица», сложи крылья, опусти колеса.
– Сделано, Зеб. Слышал последние новости?
– Ты Умница, Гэй.
– Почему ты не женишься на мне, Зеб? Чертов бабник! Прием.
– Понял, конец связи, Гэй. Ленсмен, теперь можете брать нас на борт.
– Капитан, я полагаю, что это была запись. Очень на это надеюсь.
– Я тоже. Мы готовы.
Дити пискнула, когда огромный корабль очутился совсем рядом. Затем он слегка отступил, разошлись створчатые двери, и нас мягко затянуло внутрь. После того как двери закрылись, появилась команда в бронированных скафандрах и закрепила нас на большой плоской поверхности. Вскоре мы услышали шипение, которое постепенно утихло, и голос в моей голове сказал:
– Нормальная теллурианская атмосфера в девятьсот миллибар, капитан. Добро пожаловать на борт! Надеюсь, что вы и ваши спутники окажете нам честь отужинать со мной и моими офицерами в восемнадцать часов по корабельному времени.
– Спасибо, Ленсмен, с удовольствием. А сколько времени сейчас?
– Четырнадцать ноль два десять. Это теллурианские единицы, не галактические стандартные. Внутренний Патруль синхронизируется с Главной Базой.
Я поправил внешнее кольцо на моих часах, проверил время Гэй и записал разницу.
– Уловила, Дити?
– Да, сэр. Приятно, когда голова работает как обычно.
– Капитан, я собираюсь покинуть ваш разум и спуститься к вам, чтобы поприветствовать лично. Парадная форма?
– Пожалуйста, оставьте ее в покое, Ленсмен. Прежде чем мы покинем наш корабль, я хочу показать вам еще одну вещь, которую он может делать. Вы можете остаться у меня в голове и наблюдать. У вас есть офицер с навыками пилота, который захотел бы прокатиться на нашем корабле?
– Уверен, что всем, так что я пошлю самого молодого из нынешней вахты, лейтенанта Нганагана.
– Мы ждем его. Дити, открой дверь в переборке и пристегнись там, как тогда на Барсуме. Хильда, придержи дверцу открытой. Дити, обещаю, что ты ничего не пропустишь. Всему экипажу: оставаться пристегнутыми.
К тому моменту, когда место Дити освободилось, прибыл запыхавшийся молодой лейтенант.
– Входите, лейтенант, – сказал я, открыв дверь. – Пролезайте через меня и пристегивайтесь. Представления потом. Хильда, помоги ему, пожалуйста.
Я проверил герметичность двери, а Хильда доложила:
– Он пристегнут, капитан.
Дити доложила, что она готова.
– Гэй, прыжок! – тут же сказал я.
Лейтенант Нганагана ахнул, а голос в моей голове спросил:
– Капитан Картер, что вы сделали?
– Просто демонстрация. Вы отметили нашу позицию? Мы у вас на экранах?
– Э-э-э… да, вы в шестидесяти двух тысячах ста пятидесяти милях от нас.
– И четыре десятых, – поправила его Дити. – Ленсмен, вы ошиблись на четыре десятых.
– Прошу прощения, доктор Картер, вы правы. Это около… ста тысяч километров. Однако трюм был закрыт!
– Объяснения позже, Ленсмен, и пока не отвлекайте меня, я буду пилотировать. Доктор Берроуз, я ввел минимальное боковое отклонение, вы можете установить координаты для возвращения точно.
– Ось «L», установка на верньере четыре – установлено, капитан.
– Выполнять.
Мы выскочили в километре от «Ночного ястреба».
Я проглотил ком в горле и не сказал ничего… только порадовался, что моя разболтанная команда встретила все как должное, хотя я рассчитывал на допуск минимум в десять километров.
– Ленсмен, пожалуйста, возьмите нас снова на борт. Я не буду маневрировать.
– Очень хорошо, капитан.
Я представил гостя, пока нас затаскивали на корабль. Молодой офицер, похоже, справился с шоком и приложил героическое усилие, чтобы быть официально вежливым.
– Как ваше имя, лейтенант? – спросила Дити. – Зовите меня Дити, если угодно, мы тут особо не соблюдаем формальности.
– Э-э-э, мэм, в кают-компании меня обычно зовут Гу или Гуп, это сокращение от Агу – что значит «леопард».
Пока мы ждали, когда выровняется давление, я сказал:
– Лейтенант, пожалуйста, передайте капитану Смиту, чтобы он не ждал нас сразу, нам нужно вымыться и переодеться, прежде чем появиться на людях.
– Есть, сэр.
– Капитан, – передал Смит через Линзу. – Мистер Нганагана может провести вас прямо в гостевые каюты. Вполне комфортные и более просторные, чем ваш корабль, я уверен.
– Благодарю вас, капитан Смит, но я уверен, вы знаете – дамы не любят появляться в обществе, пока они не одеты должным образом. Доктор Хильда, сколько времени нам нужно?
– Дити?
– Тетя Хильда, я могу справиться за сорок пять минут, если ты сможешь.
– Годится.
– Ленсмен, пусть будет пятьдесят минут – семнадцать часов по времени корабля. Теперь… мы можем остаться одни?