Роберт Хардман – Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель (страница 11)

– Я никогда не расслабляюсь в полете, – сказала она ему.

Она всегда особенно настороженно относилась к вертолетам несмотря на то, что у нее два ее сына и два внука (принцы Чарльз, Эндрю, Уильям и Гарри) служили профессиональными пилотами вертолетов. Только после двадцати пяти лет на троне она, наконец, забралась в вертолет, хотя и без особого энтузиазма. По соображениям безопасности во время празднования ее Серебряного юбилея это был самый лучший способ попасть в Северную Ирландию и вернуться оттуда в то время, когда террористическая угроза была особенно сильна. Сегодня Королева регулярно пользуется вертолетом Sikorsky, который Королевский двор арендовал для пользования всей королевской семьи. Тем не менее она старается не летать на вертолете с октября по март, когда часто бывают туман, дымка и плохая освещенность. Монарх, перетянувшая на себя внимание всех зрителей и ошеломившая миллиарды людей на церемонии открытия Олимпиады в Лондоне в 2012 году, когда она «парашютировалась с вертолета» в компании Джеймса Бонда, на самом деле предпочитает авиацию с неподвижными крыльями.

Большую часть своего правления Королева предпочитала путешествовать на надежном Vickers VC10 либо от Командования воздушной поддержки Королевских ВВС, либо от BOAC (государственного предшественника British Airways) и совершать посадку каждые 2000–3000 миль для дозаправки. В руководстве ВВС по эксплуатации королевского борта 1007, предназначенного для государственного визита во Францию в 1972 году, приведена типичная схема самолета. Королева и принц Филипп занимают переднюю часть салона VC10 Mk 1 Королевских ВВС, у них С-образный диван по правому борту и обеденный стол на четверых по левому борту, а также кухня, бар и откидные, закрываемые ширмами койки по обе стороны прохода. Туалет для VIP-персон, расположенный сразу за кабиной пилотов, в два раза больше примыкающего к нему туалета для экипажа. Самым большим отсеком в самолете была королевская «гардеробная», отгороженная, кроме двери, специальным занавесом. В задней части королевского салона располагались тридцать восемь обращенных к хвосту самолета сидений для королевского персонала и экипажа, включая гардеробную меньшего размера.

Хотя ее полет в Париж проходил днем и продолжительность его была не более часа, борт Королевских ВВС вез «VIP-фарфор, стеклянную посуду, льняные салфетки, скатерти» и «впечатляющий» бар. Несмотря на то что в баре были виски, джин, бренди, водка, херес, сухой и сладкий мартини, пиво и сигареты, а также миксеры с ангостурой[30], горьким лимоном, тоником и вустерским соусом, на борту не было ни капли вина, не говоря уже о бокале шампанского. Возможно, это сочли излишним при поездке во Францию.

В начале правления акцент был сделан на длительных турне по британским колониям и владениям Содружества или протекторатам. За первые три года своего пребывания на троне Королева провела почти полгода на своих территориях и всего шесть дней в странах, не входящих в Содружество (три из них со старым другом Британии, королем Норвегии). Однако республикам Содружества, таким как Индия, пришлось дожидаться визита девять лет. В преддверии разнообразных попыток Великобритании присоединиться к Общему рынку был отмечен заметный рост королевского внимания к европейским странам. Реактивные двигатели самолетов совершенствовались, так что продолжительность турне и путешествий заметно сократилась. Например, на возвращение Королевы из Австралии в 1970 году потребовалось чуть более двадцати шести часов полета на Super VC10 от BOAC плюс еще три часа на земле во время четырех дозаправок в разных местах. Данные рейса BOAC показывают, что Королева летела четыре часа из Сиднея в Нанди (в течение которых был подан ужин: копченый лосось, стейк и неаполитанская кассата), шесть часов и двадцать минут из Нанди в Гонолулу (поздний холодный ужин: холодный утенок и апельсиновый салат), пять часов и двадцать пять минут из Гонолулу в Ванкувер (с полным английским завтраком), шесть часов и двадцать минут из Ванкувера в Гандер (за это время ланч превратился в дневной чай, а за ним последовал ужин: канадский лосось под майонезом и телятина марсала) и, наконец, четыре часа и сорок пять минут из Гандера в Лондон (с еще одним приготовленным на борту завтраком). В отличие от поездки во Францию, в меню была винная карта: шабли 1967 года, Chateau Mouton 1964 года и игристое Mumm Cordon Rouge.

Однако маловероятно, что Королева много ела или пила. Твердо придерживаясь убеждения, что все хорошо в меру, она всегда воздержанна во время долгих турне, изобилующих официальными обедами и ужинами. Фрэнк Джадд[31] на посту министра иностранных дел сопровождал Королеву во второй части ее турне по Ближнему Востоку в 1979 году. Летя домой на королевском самолете (зафрахтованном лайнере British Airways), он был рад приглашению присоединиться к Королеве во время ужина.

– Самолет был разделен на своего рода бизнес-класс для чиновников и специальный отделенный отсек для Королевы, – вспоминает он. – За столом нас было шестеро. Администрация British Airways буквально превзошла себя и представила потрясающее меню, и мы все его рассматривали. Королева обвела взглядом стол, обезоруживающе улыбнулась нам и сказала: «После всех приемов во время этой поездки я буду только одно блюдо!» Нам пришлось поступить так же.

Некоторые турне и впрямь могут стать настоящей пыткой чревоугодием. Сэр Уильям Хезелтайн вспоминает путешествие домой на королевской яхте после государственного визита во Францию в 1972 году.

– Президент Помпиду и сэр Кристофер Соумс [британский посол] соперничали, стараясь превратить поездку в главный успех века. Оба были гурманами и полны решимости превзойти друг друга в великолепии блюд. Помнится, когда мы отбыли, я спросил Королеву: «Вы не будете против, если я не приду к ужину?» Я не мог больше проглотить ни кусочка. У меня не было сил смотреть на еду.

Подготовительные заметки

Как известно всем политикам и дипломатам, сопровождавшим Королеву в путешествиях, она готовится к ним еще дома. Бывший министр иностранных дел Джек Стро узнал об этом, когда в 2003 году сопровождал Королеву в Лагос.

– По пути в Нигерию я присутствовал на ланче Королевы в компании герцога и доктора, – говорит он. – Она была очень хорошо информирована, и я знал, что тоже должен быть очень хорошо подготовлен. Не то чтобы она пытается вас поймать на чем-то, но у вас должна быть база знаний. Мы говорили о событиях в Нигерии и о том, что страна разделена на мусульманский север и христианский юг – это прямое наследие империи.

Он заметил, что Королева провела большую часть полета, изучая содержимое толстой папки на кольцах с алфавитным указателем.

– Папка была подготовлена специально для нее, и она читала ее, – говорит Стро.

Такие материалы, как правило, содержат самые основные сведения о предстоящих мероприятиях, включая запланированное время (до секунды). Там также приводятся заметки об отдельных личностях, предоставленные FCO. В те дни, когда электронной почты и риска мгновенной утечки информации еще не было, составители записок от FCO выражались без прикрас. Об одном из первых министров иностранных дел Зимбабве, достопочтенном докторе Уитнессе Мангвенде, в записках FCO говорилось: «Плохой министр иностранных дел. Вероятно, своим положением обязан личным связям. Крупный, грубоватый человек с ограниченным интеллектом и тяжеловесным чувством юмора. Мировоззрение – „антиимпериализм“ на уровне коленного рефлекса и особенно антиамериканизм. К Британии относится с подозрением. Практически бездумно готов поддержать любые радикальные инициативы. Жена – Элен, умная и красивая».

Подготовительные заметки перед саммитом Содружества 1979 года в Лусаке читаются как список персонажей мыльной оперы. Там упоминался африканский министр, который «проводит время попеременно в офисе и на своем заводе по разливу минеральной воды… Обожает la dolce vita[32]… Возбудим и, вероятно, ксенофоб, отчего находиться в его обществе неприятно. Его теперешняя жена – интриганка»; был министр иностранных дел Малайзии – «дружелюбный, симпатичный, честный, с манерами английского сельского сквайра. Один сын в Челтнеме[33], одна дочь в Бенендене[34]»; а также некий министр из Папуа – Новой Гвинеи, который «имеет проблемы с алкоголем, что приводит к отвратительному поведению. На это часто не обращают внимания в PNG».

Многие сведения столь же показательно свидетельствуют о мышлении автора, как и о предмете записок. В преддверии государственного визита в Турцию в 1971 году принимавший Королеву президент Джевдет Сунай был представлен как «солдат старой школы; эффективный; лояльный; твердый и лишенный воображения; незаметная на первый взгляд мягкость характера… юмор с оттенком иронии [sic], которым он умеет к месту пользоваться… интеллигентный интерес к международным делам… Вовсе не человек из глуши, которым кажется».

Помимо заинтересованного изучения подготовленных к поездке заметок, Королева с еще большим интересом знакомится со списком «Тем, которые следует избегать».

– Она обнаружила, что зачастую именно благодаря им получается поддерживать хорошую беседу, – говорит бывший Личный секретарь.