Роберт Ханс – Смертоносные гвозди (страница 9)

Цзяо Тай согласно кивнул.

— И единственное, что Бань мог сказать об их внешности, — добавил он, — это то, что у одного из них имелась повязка на глазу. Именно так сказители на рынках всегда описывают разбойников!

— В любом случае, — заметил судья, — мы проверим его историю. Советник, пошли начальника стражи с двумя воинами в деревню Пять Баранов допросить того крестьянина и хозяина постоялого двора. А я сейчас подам начальнику поста военной стражи запрос об этих двух разбойниках.

Судья Ди немного подумал и добавил:

— Тем временем нам нужно что-то предпринять, чтобы найти эту девушку Ляо Ляньфан. Сегодня днем, пока Дао Гань будет посещать дом Ляо и лавку Е, Ма Жун и Цзяо Тай отправятся на рынок и еще раз попробуют найти какой-нибудь след в том месте, где девушка пропала.

— Можно нам взять с собой Лань Даогуя, ваша честь? — спросил Ма Жун. — Он досконально знает это место!

— Конечно! — ответил судья Ди. — Я же тем временем перекушу и вздремну здесь на лежанке. Как только вернетесь, доложите мне!

Глава 6

Советник Хун с Ма Жуном и Цзяо Таем отправились в сторожку, чтобы подкрепиться там, а Дао Гань сразу же покинул судебную управу.

Он прошел по восточной стороне старого плаца, покрытого сверкающим снегом. Дул ледяной ветер, но Дао Гань только поплотнее запахнул кафтан на худом теле и ускорил шаг. Дойдя до храма бога войны, он спросил, где находится лавка Е, и его направили на соседнюю улицу. Вскоре он увидел нужную ему большую вывеску.

Дао Гань зашел в маленькую овощную лавку напротив и заказал на медную монету маринованной репы.

— Тщательно ее нарежьте и заверните в хорошо промасленную бумагу! — попросил он хозяина.

— Вы возьмете это с собой? — спросил тот удивленно.

— Я считаю, что есть на улице — признак дурного тона! — высокомерно ответил Дао Гань. Но, заметив недовольный взгляд хозяина лавки, поспешно добавил: — Должен отметить, что у вас приятная, чистая лавка. Наверное, дела у вас идут хорошо?

Лицо хозяина оживилось.

— Не так уж и плохо. — ответил он. — У нас с женой каждый день есть чашка риса и овощной суп, и при этом — никаких долгов! — Затем он с гордостью добавил: — А раз в две недели у нас бывает и кусок мяса!

— Думаю, — заметил Дао Гань, — что у этого крупного торговца бумагой напротив полно мяса каждый день.

— Ничего, — равнодушно сказал хозяин лавки. — Обычно игроки недолго лакомятся мясом.

— Неужели старый Е игрок? — спросил Дао Гань. — Что-то на него не похоже.

— Не он, — ответил его собеседник. — Это его распрекрасный младший братец. Но я не думаю, чтобы у него теперь хватало денег на игру.

— Почему же? — спросил Дао Гань. — Его лавка выглядит вполне процветающей.

— Ты ничего не знаешь, братец, — снисходительно заметил торговец. — Слушай, что я скажу. Во-первых, Е Бинь по уши в долгах и не дает Е Даю даже медяка. Во-вторых, Е Дай обычно занимал деньги на карманные расходы у своей сестры, госпожи Бань. В-третьих, госпожу Бань убили. В-четвертых…

— Е Даю негде будет достать денег! — закончил за него Дао Гань.

— Вот именно! — торжествующе подтвердил хозяин лавки.

— Вот как бывает! — откликнулся Дао Гань. Затем он засунул в рукав завернутую в бумагу репу и отправился дальше.

Он немного побродил поблизости, высматривая игорное заведение. Как у бывшего профессионального игрока, у него был нюх на них, и уже вскоре он поднимался по лестнице на второй этаж лавки по продаже шелка.

В большой комнате с аккуратно побеленными стенами четверо мужчин за квадратным столом играли в кости. За столом сбоку сидел в одиночестве коренастый мужчина и попивал чай. Дао Гань сел напротив него.

Хозяин недовольно посмотрел на залатанный халат Дао Ганя и мрачно сказал:

— Иди гуляй, приятель! Низшая ставка в этом заведении — пятьдесят медных монет!

Дао Гань поднял чашку и медленно дважды провел средним пальцем по ее краю.

— Простите мою грубость! — торопливо извинился хозяин, распознав тайный знак профессиональных игроков. — Выпейте чашку чая и скажите, чем могу быть вам полезен!

— Ну, — начал Дао Гань, — сказать по-правде, я пришел получить совет по одному щекотливому вопросу. Этот парень Е Дай из бумажной лавки должен мне кругленькую сумму, но утверждает, что сейчас у него нет и медяка.

Бессмысленно сосать изжеванный сахарный тростник, поэтому я решил сначала проверить, прежде чем на него наседать!

— Не позволяй ему надуть себя, братец! — сказал хозяин. — Когда он приходил сюда вчера вечером, то играл на серебро!

— Лживый ублюдок! — воскликнул Дао Гань. — Он говорил мне, что его брат скряга, а сестра, которая обычно выручала его, убита!

— Может быть, это и правда, — промолвил хозяин, — но у него есть и другие источники дохода! Вчера вечером, когда он немного захмелел, то говорил о том, что доит какого-то глупца.

— А ты не мог бы узнать, что это за дойная корова? — заинтересованно спросил Дао Гань. — Я вырос в деревне и сам недурно умею доить.

— Неплохая мысль! — одобрил хозяин. — Попробую узнать вечером, когда придет Е Дай. Он сильный мужик, но башка у него варит плохо. Если там хватит на двоих, я скажу вам.

— Я загляну завтра, — сказал Дао Гань. — Кстати, не хочешь ли побиться об заклад?

— Всегда готов! — весело ответил хозяин.

Дао Гань достал из рукава «Семь кусочков».

Разложив их на столе, он объявил:

— Ставлю пятьдесят медяков, что сделаю из них все, что попросишь!

Бросив на картонки беглый взгляд, хозяин сказал:

— Идет! Сделай круглую медную монету, люблю смотреть на деньги.

Дао Гань взялся за дело, но монета никак не складывалась.

— Ничего не понимаю! — раздраженно воскликнул он. — Вчера я видел, как один парень сделал это, и все казалось очень просто!

— Ну, — спокойно отозвался хозяин, — вчера вечером здесь я видел, как один человек выиграл восемь раз подряд, и со стороны тоже казалось, что это очень просто. Но когда его приятель попытался сделать то же самое, то спустил все, что имел! — Пока Дао Гань уныло сгребал картонки, он добавил: — А теперь ты можешь заплатить мне, ведь согласись, что мы, профессионалы, должны показывать другим пример своевременной оплаты по счетам.

Дао Гань грустно кивнул и начал отсчитывать медяки, а хозяин серьезно заметил:

— На твоем месте, братец, я бы бросил эту игру. Боюсь, она может дорого тебе обойтись.

Дао Гань опять кивнул, поднялся и вышел. Направляясь к Колокольной башне, он удрученно размышлял, что информация о Е Дае весьма интересна, но какой ценой она ему досталась!

Он без труда нашел дом Ляо, стоявший неподалеку от храма Конфуция. Это был красивый дом с воротами, богато украшенными резьбой. Дао Гань проголодался. Он стал смотреть по сторонам в поисках дешевой лавки. Но это был жилой квартал, и здесь не было видно ничего, кроме большой харчевни напротив дома Ляо.

Грустно вздохнув, Дао Гань зашел туда, думая о том, что это расследование окажется весьма накладным. Он поднялся наверх и сел за стол перед окном, откуда мог наблюдать за домом напротив.

Слуга любезно поздоровался с ним, но его лицо вытянулось, когда Дао Гань заказал только кувшинчик вина, причем самый маленький. Когда он принес этот крохотный кувшинчик, Дао Гань с отвращением посмотрел на него.

— Вы поощряете пьянство, приятель! — укоризненно сказал он слуге.

— Послушайте, господин, — с неприязнью сказал тот, — если вам нужны наперстки, обратитесь к портному. — Выставив на стол тарелку соленых овощей, он добавил: — За это с вас еще пять медяков.

— У меня есть и свои, — спокойно отозвался Дао Гань. Он достал завернутую в бумагу репу и начал грызть ее, поглядывая на дом напротив.

Через некоторое время он увидел толстого мужчину в меховой одежде, выходящего из дома Ляо. За ним следовал носильщик, покачивающийся под тяжелой ношей — большим мешком риса. Мужчина посмотрел на харчевню и, пнув носильщика, рявкнул:

— Отнеси этот мешок в мою лавку, да побыстрее!

По лицу Дао Ганя медленно расплылась улыбка. Он увидел возможность получить одновременно информацию и бесплатное угощение.

Когда торговец рисом, пыхтя и отдуваясь, поднялся наверх, Дао Гань предложил ему место за своим столом. Толстяк тяжело плюхнулся на стул и заказал большой кувшин горячего вина.

— Тяжелые времена наступили! — прохрипел он. — Если товар чуть-чуть подмок, его тебе возвращают! А у меня еще и печень слабая! — Он распахнул меховой халат и осторожно приложил ладонь к боку.

— Не такие уж тяжелые для меня! — бодро заметил Дао Гань. — Я еще долго буду есть рис по сто медяков за меру.

Толстяк быстро выпрямился.

— Сто медяков! — недоверчиво воскликнул он. — Но ведь рыночная цена сто шестьдесят!