Роберт Грин – Законы человеческой природы (страница 11)

Как правило, вам кажется, что окружающие – вполне здравомыслящие люди, уверенные хозяева собственной жизни. Но поместите любого из них в стрессовую ситуацию, когда давление неуклонно растет, и вы увидите совсем иную реальность. Маска холодного самообладания куда-то девается. Человек вдруг срывается, дает волю гневу, проявляет параноидальные черты, становится сверхчувствительным и зачастую очень мелочным. При стрессе и при любой угрозе возбуждаются и вовлекаются в действие самые примитивные части нашего мозга, подавляя нашу способность мыслить разумно. Стресс и напряжение могут выявить в человеке недостатки, которые он тщательно скрывает. Поэтому, чтобы оценить подлинный характер человека, бывает полезно понаблюдать за ним именно в такие моменты.

Когда вы замечаете в своей жизни рост давления и стресса, наблюдайте за собой как можно пристальнее и внимательнее. Отмечайте признаки необычной ранимости или чувствительности, внезапно возникшие подозрения, страхи, несоразмерные обстоятельствам. Наблюдайте за всем этим как можно более отстраненно, находя время и место, чтобы побыть в одиночестве. Вам требуется взгляд в перспективе. И не думайте, будто вы из тех, кто способен противостоять нарастающему стрессу без эмоциональных протечек. Так не бывает. Однако посредством трезвого самосознания и самоанализа вы можете уберечься от принятия решений, о которых позже будете сожалеть.

Есть на свете люди, которые по самой своей природе обычно вызывают мощные эмоции во всех, кого встречают на своем пути. Маятник этих эмоций качается от крайности к крайности: от любви до ненависти, от абсолютного доверия до полного недоверия. Вот несколько исторических примеров из истории: в Библии – царь Давид, в Древних Афинах – Алкивиад, в Древнем Риме – Юлий Цезарь, в эпоху Великой французской революции – Жорж Дантон, в недавнем прошлом – Билл Клинтон. Все эти личности обладают определенной харизмой: они способны так красноречиво выражать свои эмоции, что неизбежно вызывают «параллельные» эмоции в слушателях. Однако некоторые из них характеризуются и немалым нарциссизмом: они проецируют вовне свои внутренние драмы и проблемы, вовлекая окружающих в порождаемый ими хаос. В результате одни испытывают к ним неудержимую тягу, другие столь же неудержимое отторжение.

Лучше всего распознавать таких «поджигателей» по тому, как они влияют на других – не только на вас лично. Никто не остается к ним равнодушным. В их присутствии многие нередко попросту не в состоянии рассуждать логически или сохранять дистанцию. Эти личности действуют как наркотик, они способны сподвигнуть вас на крайние меры – либо как рьяного приверженца, либо как заклятого врага. На каком бы конце спектра вы ни пребывали – притяжения или отталкивания, вы впадаете в иррациональность, поэтому от таких людей необходимо дистанцироваться. Есть хорошая практическая стратегия: заглянуть под маску. Образ, который они стараются создать, всегда больше натуральной величины, это образ некоего грозного мифического героя. На самом деле они обычные люди, такие же слабые и неуверенные, как и все мы. Старайтесь распознавать эти «слишком человеческие» черты и демифологизировать их.

Это высшая разновидность предвзятости (не)принадлежности к группе. Оказавшись в достаточно большой группе, мы становимся иными. Проследите за своим поведением и за поведением окружающих на спортивном матче, на концерте, на религиозном или политическом собрании. В таких случаях невозможно не чувствовать себя охваченным коллективными эмоциями. Сердце учащенно бьется. На глаза легче наворачиваются слезы радости или грусти. Принадлежность к группе отнюдь не стимулирует независимое мышление: напротив, она способствует развитию острого желания вписаться в коллектив, стать в нем «своим». То же самое случается и в трудовом коллективе, особенно если его руководитель играет на людских эмоциях, стараясь возбудить в подчиненных конкурентные, агрессивные желания, или же создает динамику взаимоотношений «мы против них». Для группового эффекта даже не требуется физическое присутствие других. Он может проявляться «вирусно»: некое мнение распространяется по соцсетям и заражает нас желанием поделиться этим же мнением (обычно это нечто категоричное, например громкое возмущение).

В таком стимулировании групповых эмоций есть нечто приятно воодушевляющее и в целом позитивное. Именно так нас можно сподвигнуть на нечто общественно полезное. Но, если вы заметите в этом игру на более «бесовских» эмоциях, таких как ненависть к чужим, истерический патриотизм или склонность к «огульному охаиванию», нужно сделать себе мысленную прививку от заразы и попробовать увидеть подоплеку этой мощной тяги в момент ее воздействия. Чаще всего, чтобы сохранить здравомыслие, следует по возможности избегать нахождения в группе, а если уж такая ситуация неизбежна, нужно относиться к ней с максимальным скептицизмом.

Опасайтесь демагогов, вовсю эксплуатирующих групповой эффект и стимулирующих приступы иррациональности. Они всегда прибегают к одним и тем же приемам и методам. Выступая в коллективе или группе, эти люди вначале разогревают массы, толкуя об идеях и ценностях, разделяемых всеми: это создает приятное чувство всеобщего согласия. Они полагаются на туманные, но эмоционально нагруженные слова, такие как справедливость, истина, патриотизм. Они вещают о благородных, но отвлеченных целях, а не о решении определенных проблем с помощью конкретных действий.

Демагоги от политики или журналистики стараются беспрестанно нагнетать в массах постоянные чувства паники, неотложности, возмущения. Поддерживать высокий градус эмоций – их работа. Защититься от этого просто. Считайте своим главным активом умение рационально мыслить, «думать за себя», не поддаваясь чужому влиянию. Не допускайте посторонних вторжений в ваш независимый ум. Почувствовав рядом демагога, удвойте бдительность и аналитичность мышления.

И последнее об иррациональном в человеческой природе. Не думайте, что крайние типы иррациональности преодолеваются с помощью прогресса и просвещения. На протяжении всей истории постоянно повторяются циклы подъемов и падений уровня иррациональности. За великим золотым веком Перикла с его философией и первым пробуждением научного духа последовала эпоха предрассудков, религиозных культов, нетерпимости. То же произошло на излете итальянского Возрождения. Неизбежная повторяемость этого цикла – дань человеческой природе.

Иррациональное просто меняет облик, рядится в другие одежды. Пусть мы больше не охотимся на ведьм в буквальном смысле, но в ХХ столетии (не так уж давно) происходили и сталинские показательные процессы, и маккартистские слушания в американском сенате[9], и массовые преследования во время китайской «культурной революции». Всевозможные культы возникают постоянно, в том числе культы личности и обожествление знаменитостей. Современные технологии сегодня вызывают почти религиозное рвение. Люди испытывают отчаянную потребность верить во что-то и находят, во что им верить, где угодно. Социологические опросы показывают, что сейчас, в XXI в., доля респондентов, верящих в привидения, духов и ангелов, растет.

Пока существует человечество, иррациональное будет находить для себя и рупоры, и средства распространения. Рациональность могут обрести только отдельные люди; массовые движения или технический прогресс ни при чем. И, если вы ощущаете свое превосходство, считаете, что вы «выше этого», в вашей жизни, безусловно, правит иррациональное начало.

Шаг третий. Стратегии пробуждения рационального «Я»

Несмотря на нашу ярко выраженную склонность к иррациональности, два фактора вселяют надежду. Первый и главный: на протяжении всей истории во всех культурах и цивилизациях существовали люди с высокой степенью рациональности, те, благодаря которым возможен прогресс как таковой. К этому идеалу нам и следует стремиться. В их числе уже упоминавшийся Перикл, один из правителей Древней Индии царь Ашока, римский император Марк Аврелий, королева Маргарита де Валуа в средневековой Франции, Леонардо да Винчи, Чарльз Дарвин, Авраам Линкольн, Антон Павлович Чехов, антрополог Маргарет Мид, бизнесмен Уоррен Баффетт (это лишь несколько примеров). У всех этих личностей есть сходные качества: умение реалистично оценивать себя и свои слабости; преданность истине и реальности; терпимость к окружающим; способность достигать поставленных целей.

А вот второй фактор: почти всем нам случалось переживать моменты, когда наша рациональность оказывалась гораздо выше обычного уровня. Как правило, они вызваны настроем, который мы назовем созидательным мышлением. Допустим, нам надо воплотить в жизнь проект, возможно, в жесткие сроки. Все, что мы можем позволить себе из эмоций, – это возбуждение и энергичный энтузиазм. Все прочие эмоции помешают нам сосредоточиться на работе. А поскольку нам нужно добиться результатов, мы становимся невероятно практичными. Мы фокусируемся на работе, наш ум спокоен, наше «эго» не вмешивается в трудовой процесс. Если окружающие пытаются прервать нашу работу или заразить нас эмоциями, мы возмущаемся непрошеным вторжением. Такие моменты – мимолетные, длящиеся от нескольких часов до нескольких недель – открывают нам наше рациональное «я», которое только и ждет, чтобы его выпустили наружу. Для этого требуется лишь определенная степень осознания и практика.