Роберт Грейвс – Белая Богиня (страница 97)

D. C. L. X.

V. I.

Когда они перестали подрагивать и обрели отчетливые очертания, я взглянул на них под другим углом. Всякий поэт поймет, что я имею в виду: это значит проникнуть взором в суть сложного слова или фразы так, чтобы сделался ясен скрывающийся в них потаенный смысл. Меня осенило: да ведь это «объявление» – римская предсмертная табличка, так называемый titulus, крепившийся над головами осужденных на лобном месте и содержавший описание их преступления. Я обнаружил, что читаю вслух:

DOMITIANUS CAESAR LEGATOS XTI

VILITER INTERFECIT

«Император Домициан подло убил посланцев Христа». «I. N. R. I.» – это titulus Христа, тогда как «D. C. L. X. V. I.» – titulus Антихриста.

Единственное слово, на котором я споткнулся, было «viliter»; очертания его казались какими-то размытыми.

Преследования христиан при Нероне и Домициане никогда меня особо не интересовали, и потому я подверг свой ум совершенно банальному испытанию. Так произносишь скороговорку вроде: «Карл у Клары украл кораллы»[405], подозревая, что изрядно пьян. Однако я не был движим никакими историческими предрассудками и предпочтениями, и потому моим беспристрастным наблюдениям над странными латинскими буквами можно было доверять.

Прежде всего, я и раньше отдавал себе отчет в том, что большинство ученых-библеистов относят создание Откровения не к царствованию Домициана (81–96 н. э.), а к правлению Нерона (54–67 н. э.), поскольку самый настрой видений можно счесть антинероновым. И все же мой взор читал «Domitianus». Далее, я осознал, что «viliter» в серебряный век латыни[406] означало «дешево» и потому его производное значение «подло» предполагает не «злобу», а «ничтожность». И все же мой взор читал «viliter».

Лишь спустя несколько недель я стал осознавать смысл этого парадокса. До этого мне казалось, что мое «я» проделало вполне разумную аналептическую работу по восстановлению прошлого: «D. C. L. X. V. I.» – что ж, текст прочитан правильно, да и решение загадки найдено правильное. Однако мой взор под влиянием моего рационального «я» явно совершил ошибку: он неверно прочел надпись, подобно тому как по утрам, пока я еще окончательно не проснулся, он часто неверно прочитывает заголовки газет. В действительности надпись звучала так:

DOMITIUS CAESAR LEGATOS XTI

VIOLENTER INTERFECIT

Но поскольку с точки зрения моего рационального «я» «Domitius Caesar» было совершенной бессмыслицей и даже императора такого никогда не существовало, мое рациональное «я» услужливо исправило ошибку, прочитав «Domitianus». И тут я вспомнил, что это Нерон носил имя Домиций до того, как был усыновлен императором Клавдием, стал членом императорской семьи и был наречен Нероном Клавдием Цезарем Друзом Германиком. Он терпеть не мог, когда ему напоминали о его плебейском происхождении (кажется, о том, насколько обидчиво Нерон реагировал на упоминания о его «низком» родовом имени, где-то говорит Светоний). Принимая поздравления с рождением ребенка, преступный отец Нерона Гней Домиций Агенобарб холодно заметил, что любой отпрыск его и жены его Агриппины Младшей способен ввергнуть отечество в бездну. Поэтому язвительная насмешка «Домиций Нерон» как нельзя лучше подходила для криптограммы, подобно тому как противники Гитлера в 1933 г. делали политический капитал, именуя его «канцлером Шикльгрубером». Евангелист Иоанн, создавая Откровение, явно не стремился уважать чувства Нерона, а замена букв «N. C.» сочетанием «D. C.» вполне позволяла скрыть его намерение.

«Violenter» – слово куда более сильное, нежели «грубо» или «порывисто», ему присущ оттенок святотатственной ярости и неистовства. По-видимому, мой взор, самозваный корректор, перенес сочетание букв «EN» из слова «VIOLENTER» строкой выше, в слово «DOMITIENUS», достаточно похожее на «Domitianus», чтобы не вызывать подозрений, а бессмысленное «VIOLTER», оставшееся внизу, и было тем размытым пятном, которое я, запинаясь, прочитал как «VILITER», увидев в нем выражение осуждения.

(Я вовсе не пытаюсь утверждать, что, предложив такую интерпретацию, открыл кладезь тайных смыслов, я лишь говорю, что она разумна с исторической точки зрения. Кто знает, задумал ли такой вариант прочтения евангелист Иоанн, так сказать, ради меня, или я задумал такой вариант ради евангелиста Иоанна? Могу только уверить, что я расшифровал эти слова легко и бездумно, ни дать ни взять армейский цензор, без труда разгадывающий криптограмму в конце солдатского письма: «X. X. X. – W. I. W. R. D. D. Y.?» – как «Kiss-kiss-kiss – wish it was real, darling, don’t you?».)[407]

Это еще не все. Внимательно вчитываясь в текст Откровения, я обнаружил на полях перекрестную ссылку на главу 15, стих 2, который гласил:

«И видел я как бы стеклянное море, смешанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его и число имени его, стоят на этом стеклянном море, держа гусли Божии…»

Здесь явно имеется в виду «образ», упомянутый выше: речь идет о христианах, принявших муки за то, что, следуя своей вере, отказались поклоняться статуе Нерона. Поэтому «победившие Зверя и образ его, и начертание его и число имени его» – это посланцы Христа, которые стойко противились навязываемому им поклонению императору, за что были подло убиты и вознеслись прямо на небеса.

И тут возник вопрос: почему мои глаза упорно прочитывали «Домициан», а не «Домиций»? На этот вопрос непременно нужно было ответить, ибо мои глаза были убеждены, что в тексте говорится не о Нероне, а о Домициане и быстренько внесли в текст коррективы, чтобы подкрепить свое предвзятое мнение. Может быть, мой взор все-таки служил тому из моих безумных «я», которое было занято аналептическим воскрешением прошлого. Может быть, речь шла об обоих сразу: и о Домициане, и о Домиции. Нельзя исключать, что Откровение было написано во времена преследований христиан Нероном, однако расширено и усовершенствовано в эпоху Домициана, который возобновил преследования христиан и имя которого означает «подобный Домицию». Взять хотя бы стихи:

И видел я, что одна из голов его как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля <…> <…> и поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему и кто может сразиться с ним? И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и дана ему власть действовать сорок два месяца. И дано ему было вести войну со святыми и победить их.

Здесь подразумевается хорошо известная тогдашнему читателю легенда о том, что Нерон якобы грядет вновь, пережив нанесенные мечом смертельные раны, и естественное для христиан предположение, что он возродился в телесном облике Домициана.

[Прекрасно: я обнаружил, что именно к такому заключению приходит Т. У. Крейфер[408] в своем последнем труде, посвященном Откровению.]

Сорок два года (54–96 н. э.) прошли со дня восшествия на престол седьмого императора Нерона до смерти от меча последнего, двенадцатого императора Домициана. В подобных пророчествах годы обыкновенно передаются как месяцы, а месяцы – как дни. Фраза «и дана ему власть действовать сорок два месяца», по-видимому, позднейшая вставка, отсылающая к исходному пророчеству о том, что Домициан, святотатственно именовавший себя Господом Богом, умрет насильственной смертью. При преемнике Домициана, Нерве, христианская Церковь вела относительно спокойное существование.

Мои выводы нисколько не опровергает тот факт, что в некоторых рукописях число Зверя указывается не как шестьсот шестьдесят шесть, а как шестьсот шестнадцать. Это всего лишь означает, что интерпретаторы не учитывают число «L», соответствующее слову «legatos». Если прибегнуть к словам святого Павла, «DCXVI» означает, что Зверь «снова распинает <…> Сына Божия»[409].

Результат этого испытания вполне удовлетворил меня и, полагаю, удовлетворит других: выходит, я не впал в паранойю и меня не объявят невменяемым.

Однако следует добавить, что, поскольку глава 11 Откровения содержит пророчество о том, как «отверзнется» Храм, первоначальный вариант Откровения, вероятно, был написан после гибели Нерона, но до разрушения Храма, когда ходили особенно упорные слухи о его воскресении во плоти. Еще следует сказать, что еврейские буквы TRJVN, в сумме составляющие число шестьсот шестьдесят шесть (Тав («Tav») = 400, Йод («Yod») = 10, Вав («Vav») = 6, Нун («Nun») = 50), образуют распространенное в талмудической литературе зашифрованное обозначение Нерона («trijon» означает «зверек») и что авторы Талмуда едва ли могли заимствовать его у христиан, то есть неевреев. Поэтому не исключено, что первый вариант Откровения представлял собой иудейский националистический трактат, написанный по-арамейски около 70 г. н. э. Число шестьсот шестьдесят шесть выступало там зашифрованным именем «Зверька», то есть Нерона. Однако он был переписан по-гречески и расширен для читателей-христиан в конце I в. н. э., а к этому времени обращенные в христианство святым Павлом неофиты, не знавшие древнееврейского, изо всех сил старались доказать, что Иисус отверг Закон Моисеев и перенес благословение Иеговы с иудеев на них самих. Не исключено также, что в этом втором варианте, со множеством интерполяций и некритическим сохранением устаревшего материала, шифру «шестьсот шестьдесят шесть» был придан новый смысл, который любой разумный человек способен угадать, даже не зная древнееврейского, а именно DCLXVI. Если это так, надпись никогда не гласила «Император Домиций и т. д.», однако мой взор, во что бы то ни стало стремившийся аналептически оживить прошлое, когда именно так прочитал ее, оказался прав, ибо изначально иудейские буквы расшифровывались как «TRIJON»; низменный и коварный дух Домиция таился и в Домициане.