Роберт Говард – Английский язык с Конаном-варваром (страница 10)

full [fʋl], also [ˈɔ: lsəu], court [kɔ: t]

Besides a silken purse full of Khitan gold, King Shu had also furnished Conan with a high noble of his court, to guide them as far as the western borders of Khitai. But Conan had not liked this guide, this Duke Feng.

The Khitan was a slim, dainty, foppish little man with a soft, lisping voice (кхитаец был тонким, изящным, фатоватым маленьким человеком = человечком с мелодичным шепелявящим голосом). He wore fantastical silken garments, unsuited to rugged riding and camping (он носил причудливое шелковое одеяние, неподходящее для суровой скачки и привала), and drenched his exquisite person in heavy perfume (и орошал свою/его утонченную персону духами с тяжелым запахом: «в тяжелых духах»). He never soiled his soft, long-nailed hands with any of the camp chores (он никогда /не/ марал свои нежные руки с длинными ногтями: «длинно-ногтевые» какими-либо из лагерных работ), but instead kept his two servants busy day and night ministering to his comfort and dignity (но вместо этого держал своих двух слуг, занятых день и ночь служением его удобствам и достоинству; to keep — держать, хранить).

instead [ɪnˈsted], busy [ˈbɪzɪ], night [naɪt]

The Khitan was a slim, dainty, foppish little man with a soft, lisping voice. He wore fantastical silken garments, unsuited to rugged riding and camping, and drenched his exquisite person in heavy perfume. He never soiled his soft, long- nailed hands with any of the camp chores, but instead kept his two servants busy day and night ministering to his comfort and dignity.

Conan looked down upon the Khitan’s habits with a hard-bitten barbarian’s manly contempt (Конан смотрел свысока на привычки кхитайца со стойким варварским мужским презрением; to look down upon — смотреть свысока на, презирать). The duke’s slanting black eyes and purring voice reminded him of a cat (раскосые черные глаза и мурлыкающий голос князя/герцога напоминали ему кота), and he often told himself to watch this little princeling for treachery (и он часто говорил себе /что нужно/ следить /за/ этим мелким князьком для вероломства = ожидая от него вероломства; to tell — говорить, рассказывать). On the other hand (с другой стороны: «на другой руке»), he secretly envied the Khitan his exquisitely cultivated manners and easy charm (он втайне завидовал кхитайцу его изысканно утонченным манерам и его непринужденному обаянию = изысканно утонченным манерам и непринужденному обаянию кхитайца). This fact led Conan to resent the duke even more (этот факт привел Конана /к тому, что он стал/ возмущаться князем даже еще больше); for, although his Turanian service had given Conan some slight polish, he was still at heart the blunt, boorish young barbarian (хотя его туранская служба дала Конану некоторый /небольшой/ лоск, он был все еще в глубине души прямолинейным, грубым молодым варваром). He would have to be careful of this sly little Duke Feng (ему следовало бы быть осторожным с этим коварным маленьким князем Фэном: «он имел бы быть осторожным»; would have — имел бы, условное наклонение — would + инфинитив).

duke [dju: k], slight [slaɪt], careful [kɛəfʋl]

Conan looked down upon the Khitan’s habits with a hard-bitten barbarian’s manly contempt. The duke’s slanting black eyes and purring voice reminded him of a cat, and he often told himself to watch this little princeling for treachery. On the other hand, he secretly envied the Khitan his exquisitely cultivated manners and easy charm. This fact led Conan to resent the duke even more; for, although his Turanian service had given Conan some slight polish, he was still at heart the blunt, boorish young barbarian. He would have to be careful of this sly little Duke Feng.

‘Do I disturb the profound meditations of the nobly born commander?’ purred a soft voice (/не/ мешаю /ли/ я глубоким размышлениям благородно рожденного командира = благородного командира? — промурлыкал мелодичный голос).

Conan started and snatched at the hilt of his tulwar before he recognized the person of Duke Feng, wrapped to the lip in a voluminous cloak of pea-green velvet (Конан вздрогнул и схватился за рукоять своего тульвара,[6] прежде чем он узнал личность князя Фэна, закутанного до губ в толстый плащ из светло-зеленого бархата). Conan started to growl a contemptuous curse (Конан начал рычать = собрался прорычать презрительное ругательство). Then, remembering his ambassadorial duties, he turned the oath into a formal welcome that sounded unconvincing even in his own ears (затем, вспоминая = вспомнив /о/ своих посольских обязанностях, он превратил ругательство в официальное приглашение, что/которое прозвучало неубедительно даже в его собственных ушах).

person [pə: sn], cloak [kləuk], own [əun]

‘Do I disturb the profound meditations of the nobly born commander?’ purred a soft voice.

Conan started and snatched at the hilt of his tulwar before he recognized the person of Duke Feng, wrapped to the lip in a voluminous cloak of pea-green velvet. Conan started to growl a contemptuous curse. Then, remembering his ambassadorial duties, he turned the oath into a formal welcome that sounded unconvincing even in his own ears.

‘Perhaps the princely captain is unable to sleep?’ murmured Feng, appearing not to notice Conan’s ungraciousness (может, благородный капитан не может спать? — прошептал Фэн, казалось, не замечая: «кажущийся не замечать» — недоброжелательности Конана; to be unable to — не мочь, быть не в состоянии + инфинитив). Feng spoke fluent Hyrkanian (Фэн говорил бегло по-гиркански; to speak — разговаривать, говорить). This was one reason for his having been dispatched to guide Conan’s troop (это была одна причина того, что его отправили сопровождать отряд Конана: «для его бытия отправленным»), for Conan’s command of the singsong Khitan tongue was little more than a smattering (так как команда Конана лишь очень поверхностно была знакома с певучим кхитайским языком: «певучего кхитайского языка была мало больше, чем поверхностное знание»). Feng continued (Фэн продолжил):

‘This person is so fortunate as to possess a sovereign remedy for sleeplessness (этот человек так удачлив, чтобы обладать = что обладает превосходным средством для = от бессонницы). A gifted apothecary concocted it for me from an ancient recipe: a decoction of lily buds ground into cinnamon and spiced with poppy seeds… (одаренный аптекарь приготовил его для меня по старинному рецепту: отвар из бутонов лилий, перемолотых с корицей и приправленных маковыми семенами)’

fortunate [ˈfɔ: tʃnɪt], possess [pəˈzes], sovereign [ˈsɔvrɪn]

‘Perhaps the princely captain is unable to sleep?’ murmured Feng, appearing not to notice Conan’s ungraciousness. Feng spoke fluent Hyrkanian. This was one reason for his having been dispatched to guide Conan’s troop, for Conan’s command of the singsong Khitan tongue was little more than a smattering. Feng continued:

‘This person is so fortunate as to possess a sovereign remedy for sleeplessness. A gifted apothecary concocted it for me from an ancient recipe: a decoction of lily buds ground into cinnamon and spiced with poppy seeds…’

‘No, nothing,’ growled Conan (нет, (совсем) нет, — проворчал Конан). ‘I thank you, Duke, but it’s something about this accursed place (/я/ благодарю /тебя/, князь, но есть что-то в этом проклятом месте). Some uncanny premonition keeps me wakeful when, after a long day’s ride (какое-то зловещее предчувствие сохраняет меня бодрствующим = не дает мне уснуть, когда после скачки /на протяжении/ долгого дня), I should be as weary as a stripling after his first night’s bout of love (я должен быть /такой/ уставший, как юноша после своей ночной схватки любви = любовной схватки).’

nothing [ˈnʌƟɪŋ], thank [Ɵæŋk], something [sʌmƟɪŋ]

‘No, nothing,’ growled Conan. ‘I thank you, Duke, but it’s something about this accursed place. Some uncanny premonition keeps me wakeful when, after a long day’s ride, I should be as weary as a stripling after his first night’s bout of love.’

The duke’s features moved a trifle (черты /лица/ князя сдвинулись/исказились), as if he winced at Conan’s crudity — or was it merely a flicker of the firelight (как будто он поморщился от грубости Конана — или было это лишь трепет пламени костра)? In any case, he suavely replied, ‘I think I understand the misgivings of the excellent commander (в любом случае он учтиво ответил: я думаю, /что/ /я/ понимаю опасения отличного командира). Nor are such disquieting emotions unusual in this — ah — this legend-fraught valley (ни являются такие тревожные эмоции необычными = такие тревожные эмоции вполне обычны в этой — э — этой изобилующей легендами долине). Many men have perished here (много людей погибло здесь).’

‘A battlefield, eh?’ grunted Conan (поле битвы, да? — пробормотал Конан).

trifle [traɪfl], crudity [ˈkru: dɪtɪ], think [Ɵɪŋk]

The duke’s features moved a trifle, as if he winced at Conan’s crudity — or was it merely a flicker of the firelight? In any case, he suavely replied, I think I understand the misgivings of the excellent commander. Nor are such disquieting emotions unusual in this — ah — this legend-fraught valley. Many men have perished here.’