Роберт Голд – 11 лжецов (страница 12)

Глава 17

Дэни стояла за спиной мужа, когда тот нажал на синюю с серебряным кнопку. Новые задние двери полицейского отделения распахнулись, и Мэт покатил свое кресло по небольшому вестибюлю к другим дверям, требовавшим ключа. Он нащупал у себя на груди пропуск.

– Давай помогу, – сказала Дэни, шагнув вперед со своим пропуском, и почувствовала, как Мэт схватил ее за запястье.

– Никогда мне здесь не помогай, – сказал он.

Дэни прикусила губу и ничего не ответила.

Мэт вытащил из-под пиджака пропуск и, не снимая его с шеи, потянулся к сканеру. Безуспешно.

– Хрень сраная, – выругался он.

Мэт сорвал шнурок с шеи и прижал пропуск к сканеру. Двери открылись, и он въехал внутрь.

Там недавно установили пандус, ведущий в отдел уголовного розыска. Мэт покатил коляску по пандусу, миновав еще одни двери. В отделе его встретили громкие аплодисменты сослуживцев. В дальней части офиса висел огромный баннер: “Детектив-сержант Мур! Добро пожаловать домой!” Под одобрительные возгласы он доехал до своего рабочего места, которое оставалось нетронутым целый год. Дэни молча наблюдала, как коллеги окружили Мэта, похлопывая его по спине и смеясь вместе с возвратившимся героем.

Дэни в одиночестве подошла к своему новому столу.

– Зять Джека Каша, – услышала она одного из пожилых офицеров. – Знаешь, старик был бы чертовски горд, что ты стал ему родней.

Дэни надеялась, что это правда.

Она включила компьютер в надежде увидеть отчет судебно-медицинской экспертизы. С момента обнаружения человеческих останков прошло пять дней – должны были уже прислать. Она бегло просмотрела папку с входящими, но отчета не нашла. Работа по делу продвигалась слишком медленно. Они до сих пор не установили личность человека, спасшегося из пожара, и ни на шаг не продвинулись в попытке понять, что он делал в клубе и почему кто-то мог желать ему вреда.

– Так здорово снова видеть Мэта, – сказала незаметно подошедшая к Дэни констебль Карен Кук. – Нам всем очень его не хватало.

– Он тоже счастлив, что вернулся, – ответила Дэни. – Год был долгий.

– И у тебя дела идут в гору. Твой отец был бы рад, что тебя взяли в уголовный розыск.

Уж не Кук ли рассказала Мэту о ее переводе, мелькнуло у Дэни. Похоже, Кук считала сбор сплетен по всему отделению своим священным долгом.

– Мне надо работать, – ответила Дэни, не желая вступать в диалог.

– Увидеть свою дочь следователем – он бы наверняка гордился.

Дэни отодвинулась от стола и посмотрела прямо на Кук. После того как Мэта ударили ножом, Дэни на пять месяцев оставила службу и вернулась только в начале года. В первый же рабочий день после отпуска у них с Кук случилась стычка в женской раздевалке. С тех пор они не разговаривали.

– Не надо мне рассказывать, что чувствовал бы мой отец. Ты называла его трусом мне в лицо. Бог знает, что еще ты говорила у меня за спиной.

– Я сглупила, – ответила Кук. – Повторяла всякую ерунду, которую слышала в отделении. Мне не следовало этого говорить. Прости.

Дэни не доверяла Кук. Она не выносила ее флирта с офицерами-мужчинами, ее готовности хохотать над каждой их шуткой. И Дэни демонстративно отвернулась к монитору компьютера.

– Твой отец был в Хадли незаменимым, – продолжала Кук с искренней, судя по всему, ноткой раскаяния в голосе. – А потом его не стало, считай, за сутки. Когда ты каждую ночь в патруле и постоянно сталкиваешься с пьяницами и дилерами, очень нужен начальник, который всегда тебя поддержит. Твой отец был как раз таким. Я очень хотела, чтобы он остался. Вот и все.

– Спасибо, – тихо сказала Дэни.

Кук коротко кивнула ей и пошла крепко обнять Мэта. Их дружный смех задел Дэни. Она не помнила, когда они с Мэтом в последний раз так смеялись.

Весь офис все еще шумел вокруг Мэта, когда дверь распахнулась и к нему приблизилась сержант-детектив Барнздейл, чтобы коротко поприветствовать коллегу. Дэни знала, что Мэт не особенно ее уважал. Он не мог простить ей, что она так никого и не арестовала после нападения в тот Хэллоуин, и взял это дело на себя. Последние восемь недель, работая из дома, Мэт возглавлял небольшую группу, которая возобновила расследование годичной давности нападения в супермаркете. Группа планировала организовать реконструкцию налета, закончившегося ранением Мэта. Он не сомневался, что они вот-вот найдут и задержат преступников.

– Констебль Каш, – обратилась Барнздейл к Дэни.

– Доброе утро, мэм.

– Старший инспектор хочет видеть вас у себя в кабинете. Немедленно.

Глава 18

Последние пять дней территория церкви Святого Стефана буквально кишит криминалистами. Я стою перед уже заколоченным клубом. Закрываю глаза, и меня вновь охватывает тот же страх, что я испытал, проникая в горящее здание. Я опять вижу, как распространяется пламя, и чувствую, как горло саднит от дыма и гари. Слышу свой голос, когда кричу тому человеку, который шарит под старой скамьей для жима. Был ли он мишенью поджигателя? Или тот, кто устроил пожар, пытался раз и навсегда уничтожить что-то, спрятанное под зданием?

Земля перед клубом истоптана тысячей ног, которые месили ее всю прошедшую неделю. Мои ботинки увязают в грязи, и я возвращаюсь на гравийную дорожку. Небо ярко-голубое, воздух свежий и чистый; сунув руки в карманы куртки, я брожу среди обветшалых надгробий. Иду по тропе к началу кладбища, а затем под деревьями возвращаюсь к железной ограде, через которую перелез сюда в ночь пожара. Медленно шагаю вдоль нее, отделяющей территорию от футбольного поля Сент-Марнема, и останавливаюсь под развесистым дубом. Пышно разросшиеся кусты остролиста с ярко-оранжевыми ягодами окружают два плоских красных гранитных надгробия. Обе могилы ухожены, и на одной лежит аккуратно подвязанный букет синих цветов. Я схожу с тропы и читаю простую надпись, выгравированную на надгробии:

джек кэш, любимый муж

анжелы и преданный отец дани.

вспоминаем каждый день

Рядом с могилой отца Дэни – могила ее матери.

анжела кэш, любимая жена

и замечательная мама дани

Дэни редко делится тем, через что ей пришлось пройти за свою относительно короткую жизнь. Я знаю, что она рано потеряла мать и до сих пор не смирилась с недавней смертью отца. Когда в начале года мы вместе работали, я убедился, что отец невероятно много значил для нее и оказал на нее огромное влияние. Все то время я часто думал, что она умело прячет за природным оптимизмом свои переживания.

Я иду по тропе обратно к порталу церкви. Собираюсь повернуть к дому викария, когда замечаю, как из подошедшего двадцать девятого автобуса выходит Эмили Уизерс.

– Миссис Уизерс! – окликаю я.

Она, кажется, меня не слышит. Я снова зову ее, и она останавливается.

– Бен, простите! Я сейчас немного не в себе, – говорит она. – Печальные времена.

– Еще бы. Представляю, каким шоком все это стало для вас и для преподобного Уизерса.

– Что ж, невзгоды даны нам для испытания нашей веры.

– Действительно, – отвечаю я немного неловко. – Вроде бы полиция считает, что тело было спрятано во время строительства здания.

– Похоже на то.

– Мне хотелось немного поговорить с вашим мужем. Он дома? – спрашиваю я, делая шаг к дому викария.

– По-моему, он сейчас на встрече с начальником пожарной части. Тот хочет, чтобы церковь приняла участие в сборе средств на поддержку пожарной службы. Учитывая события прошлой недели…

– Они заслуживают нашей благодарности, – киваю я.

– Как и вы, Бен.

Я улыбаюсь:

– Я рад, что никто не пострадал и огонь не перекинулся дальше. Кажется, вас я в тот вечер не видел?

По Нижней улице проносится в сторону Сент-Марнема мотоцикл. Его шум дает Эмили возможность не сразу отвечать на мой вопрос.

– Ужасный грохот, – вздыхает она. – Пойдемте в сад викария?

Эмили ведет меня по тропинке к узким воротам, за которыми располагается ухоженный сад.

– В тот вечер, когда вспыхнул пожар, я ужинала с одним приятным пожилым прихожанином. Когда я вышла из автобуса, пожарные уже потушили пламя. Но я все равно сразу ушла в дом, чтобы защитить легкие от дыма.

– Конечно, – киваю я.

– Я некоторое время наблюдала за происходящим из окна на втором этаже, просто чтобы убедиться, что никто не пострадал. На следующий день я говорила с полицейскими, но, к сожалению, не смогла сообщить им ничего, чего они еще не знали.

Мы медленно идем по красивому саду – плоды многих лет труда Эмили – и садимся на высокую каменную скамью возле решетчатой ограды, отделяющей сад от склепа Святого Стефана.

– Я хотел расспросить вашего мужа о строительстве клуба, – говорю я.

Эмили кивает и переводит взгляд в сторону кладбища.

– Во время нашего последнего разговора, – продолжаю я, – он упоминал, что большую часть строительных работ выполнили какие-то местные парни из Хадли.

– Правда? – отвечает она, хмурясь.