Роберт Годдард – Нет числа дням (страница 70)
Ник подошел к телу и заглянул в лицо. Марио. Рубашка на груди пропиталась кровью. Стена тоже в красных полосах, будто, падая, он проехался по ней левой рукой. Рот открыт, глаза тоже — будто в удивлении уставились на то, чего больше уже никогда не увидят.
Ник посмотрел налево, в открытую дверь комнаты, обставленной, как кабинет, — письменный стол, книжный шкаф, полки, компьютер. Взгляд зацепился за что-то на столе, что-то, чего отсюда почти не было видно. Несколько мгновений Ник пытался понять, что же он видит. Потом понял. Пальцы. На мизинце сверкало кольцо, которое показалось ему знакомым.
Ник аккуратно обошел лужу и шагнул поближе к кабинету. Точно, кольцо, как у Димитрия. Ник осторожно вытянул шею и заглянул внутрь. Димитрий Константин Палеолог упал на письменный стол, вытянув левую руку, будто пытался до чего-то дотянуться. Может, до телефона? Он валялся тут же, на полу, с выдернутой из розетки вилкой. Гудка не было.
Димитрий лежал головой к Нику, правой щекой на столешнице. Лицо его было перекошено. И под ним, и вокруг него была кровь, кровь текла по темно-коричневому дереву. Пока Ник стоял, глядя на эту картину, струйка крови на краю стола собралась в каплю и сорвалась вниз, в лужицу на светлом ковре, подле которой лежал нож с узким лезвием, тоже весь измазанный кровью.
Ника затрясло. Он слизнул с верхней губы капельки пота. Как же так — тут творились жуткие события, а он даже ничего не почувствовал? Может быть, он до сих пор под гипнозом? Во сне? Трудно было прийти в себя после транса, а теперь еще вся эта кровь… два человека убиты. Но где же Эмили?
Он снова вышел в холл и, стараясь не смотреть на труп Марио, пробрался мимо него. Между телом и входной дверью вытянулась аккуратная дорожка из капель крови. Ник осторожно ступал между ними, нервы натянулись как струны. Когда он был уже у самой двери, снаружи послышался какой-то шум. Низкое рокочущее гудение. Он повернул ручку и открыл дверь.
Звук стал громче и явственнее. Автомобильный мотор, на холостых оборотах. Запахло выхлопными газами. Ник осторожно выглянул из-за двери.
Напротив «лянчи» стоял маленький белый «фиат», из выхлопной трубы били клубы дыма. Водительская дверь была распахнута настежь. За рулем сидела Эмили.
Ник кинулся наружу, сбежал по ступеням. Обогнул «фиат» и заглянул Эмили в глаза. Лицо ее было серым, волосы слиплись от пота. Левая рука лежала на руле, правую она прижимала к животу. Сквозь пальцы струилась кровь, стекала на сиденье, оттуда на порожек, с него — на гравий. Знакомый чемоданчик с измазанной кровью ручкой лежал на пассажирском сиденье. Между ним и спинкой валялся пистолет. Тоже в крови.
— Привет, Ник, — пробормотала Эмили. — Странно… я так рада тебя видеть.
— Что случилось? — Ник упал на колени рядом с машиной.
— Все пошло… немного не по плану.
— Я вызову «скорую».
— Нет! — Эмили отпустила руль и схватила Ника за руку. — Не стоит.
— Тебе надо в больницу.
— Не надо.
— Ради Бога, Эмили…
— Послушай меня. Пока еще не поздно. Димитрий послал катер за Бэзилом. Сейчас твой брат должен быть уже на свободе. Я специально подождала, прежде чем… нанести удар. Димитрий не раскусил двойной игры. Он думал, я на самом деле продалась ему. — Она усмехнулась. — Он меня недооценил. Жаль, что я его тоже. У него оказался нож. Быстра — но не быстрее врага. Умна — но не умнее. Вот история моей жизни. — Она снова усмехнулась сквозь сжатые зубы. — И смерти.
— Ты не умрешь.
— Сбежать не сумела, так дай хоть умереть, Ник. Я не хочу провести остаток дней в тюрьме. — Эмили все пыталась улыбаться. — Тебе, да и всем, без меня будет лучше.
— Где твой телефон?
— У меня его нет.
Ник перегнулся через нее, чтобы открыть чемоданчик. Дыхание Эмили щекотало его лицо. Он подергал защелки. Они не открывались.
— Я все решила, Ник. Так надо.
— Я позвоню из дома. — Он попятился назад, вылезая из машины. Пальцы Эмили сжались на его руке.
— Ты выдал тайну, Ник. Да еще какую.
— Что?
— Ты все мне рассказал. Но я ничего не записала. Кроме той кассеты, которую приготовила заранее… чтобы вывести тебя из транса. Теперь, со смертью Димитрия, я одна могу рассказать тебе… что ты знаешь. — Эмили сморщилась. — Ты не хочешь остаться… и послушать?
— Потом поговорим.
— Не будет никакого «потом».
— Будет. — Ник как можно бережнее снял руку Эмили и пристроил ей на колено. У нее совсем не осталось сил. — Я вернусь через несколько минут.
— Хорошо. — Эмили закрыла глаза. — Делай как знаешь.
Ник побежал к вилле, под ногами похрустывал гравий. В два прыжка взвился на крыльцо, рванул входную дверь и влетел в холл.
Снаружи раздался выстрел.
Глава двадцать четвертая
Когда вапоретто, идущий из Лидо, был уже на полпути к Гранд-каналу, Ник заметил полицейский катер, несущийся им навстречу. Он позвонил в Службу спасения из первого попавшегося ему по дороге телефона-автомата и сквозь град вопросов повторял одну и ту же фразу:
— Tre morti[37]. Villa Margerita. Via Cornaro, il Lido.
Больше он ничего не умел да и не хотел говорить. Эмили погибла. Уже ничего не изменить. И не стереть из памяти ее предсмертную улыбку.
— Tre morti. Villa Margerita. Via Cornaro, il Lido.
Ник сглотнул и вцепился в поручень, провожая глазами исчезающий вдали катер. У полиции будет своя версия случившегося. Далекая от правды. Эмили пристрелила Димитрия и Марио, а потом покончила жизнь самоубийством. Голые факты, которые ничего не объясняют. Один Ник знал все «почему» и «за что», хотя предпочел бы никогда о них не слышать. Глаза застилали слезы. Вапоретто шел через пенный след, оставленный катером. Скоро полиция будет на месте преступления. Три трупа на вилле Маргерита станут достоянием гласности.
Эмили сказала, что Бэзил в безопасности. Но для того чтобы поверить ей, Нику необходимо было увидеть брата своими глазами. А до тех пор нельзя позволить себе сорваться, надо гнать из головы яркие картины: Марио в луже крови на белом мраморном полу, мертвая ледяная гримаса Димитрия, ошметки костей и мозга на гравии, там, где висела, наполовину вывалившись из машины, Эмили.
Ник зажмурился и перемотал назад воспоминание о том, что делал перед самой смертью Эмили. Не то и не так, надо было по-другому… Да нет, ерунда — она все равно нашла бы возможность выстрелить в себя. Сказала: «Делай как знаешь», будто смеялась над ним. Ник не смог бы спасти Эмили. Потому что она не хотела, чтобы ее спасли. Зато мог остаться, выслушать ее и узнать наконец, что за тайна сокрыта в его сознании. А он убежал.
Часть его души даже радовалась. В конце концов, какая разница, что это за тайна? Зачем она нужна, если из-за нее столько горя? Не желал он ее знать раньше, не желает и теперь. Последние месяцы начисто выжгли из него всякое любопытство. Единственное, о чем он беспокоится, — это жизнь Бэзила.
К тому времени как вапоретто прибыл к Ка-д’Оро, с момента звонка в полицию прошло больше часа. Наверное, уже началось расследование. Но полицейским понадобится еще несколько часов, чтобы добраться до палаццо Фальчетто, расспросить рабочих и узнать, что вчера к хозяину приходил какой-то англичанин. А может быть, они и не станут никого искать, просто установят личность Эмили и возможный мотив преступления. Ник вне подозрения, хотя в это трудно поверить.
От остановки он побежал уже знакомой дорогой в «Дзампонью», молясь и надеясь, что Бэзил уже ждет его там.
Карлотта приветствовала его из своей клетушки кривой ухмылкой, которую сама, без сомнения, считала приветливой, к неразборчивой скороговоркой — Ник надеялся, что она сообщает ему о возвращении Бэзила.
— Синьор Палеолог, мой брат, он тут?
— C’è qualcuno qui per lei.
— Что?
— Con Luigi.
Последнее слою он понял. Вылетел на улицу и побежал в бар.
— Синьор Палеолог, — заухал Луиджи, — у вас в Венеции родни больше, чем у меня. Вот еще один.
Но объемистая фигура у стойки принадлежала отнюдь не родственнику. А ее обладатель вовсе не обрадовался при виде Ника. Всего лишь мрачное удовлетворение проступило на лице Терри Моусона, когда он повернул голову.
— Терри?!
— Не ожидал?
— Нет. В смысле… что…
— Мне надо с тобой поговорить. — Судя по тону Терри, разговор обещал быть не из приятных.
— Ты не видел Бэзила?
Ник тут же пожалел о своих словах.
— Нет. А должен был? — Терри выпрямился и грозно уставился на Ника. — Я хочу знать, во что ты ввязался?
Луиджи закатил глаза и начал с удвоенным усердием полировать прилавок.
— Можешь для начала рассказать мне, где найти Харриет Элсмор. — Взгляд Терри стал еще жестче. — Ну?
С большим трудом Ник уговорил Терри помолчать до тех пор, пока они не попадут в относительно безопасное место — комнату Бэзила в «Дзампонье». С одной стороны, мысли Ника были заняты поисками брата. С другой — воспоминаниями об Эмили, как горькими, так и нежными. Для Терри почти не оставалось места.
— Тебе что, больше негде было остановиться? — осведомился Терри, отдуваясь после подъема по крутой лестнице.
— Здесь остановился Бэзил.