Роберт Бюттнер – Удел сироты (страница 36)

– Дозаправка на орбите будет полной импровизацией, – объяснил он. – Допустим, мы сможем использовать коммерческий спутник как танкер, состыковаться с ним, дозаправиться и продолжить полет.

– И что нам для этого нужно?

Говард пожал плечами.

– У нас ничего не получиться, если тебя интересует мнение Брэйса. Мы сумеем – мнение Мини Озейвы.

В течении следующих двадцати четырех часов чиновники ООН собрали вместе двадцать астронавтов и пилотов, которые зарегистрировались, как добровольцы, и назвала это особым эскадроном. В число добровольцев входила и Мими Озейва.

Брэйс и его крошечная команда должны были разконсервировать «Эскалибур», в то время как пилоты – заняться «Звездами».

Мы решили идти напролом. Отчаянный план. И все это собирались сделать без меня.

Мне поручили скомплектовать руководство ополчением для наземной компании. Мы послали призыв по всем средствам массовой информации. Все люди должны были узнать о надвигающейся угрозе и организоваться для борьбы.

Основным оружием должны стать импровизированные взрывные устройства. Но я знал только одного непревзойденного специалиста в этом деле – Брамби.

На следующий день Говард явился в мой вашингтонский офис, устроенный в зоологической лаборатории Смитсоновского института.

В первую очередь он выудил сигарету из пачки.

Я внимательно смотрел, как он прикуривает.

– Мой офис. Мои правила. Погаси!

Он сделал вид, что не слышит меня. Мне пришлось сдаться.

– Как продвигается подготовка миссии Космических сил?

Он выпустил в потолок облачко дыма.

– Хорошо. У адмирала Брэйса есть план. «Эскалибур» займем блокирующую позицию между Землей и флотом псевдоголовоногих. И тогда те «Звезды» – настоящие перехватчики на орбите, смогут дозаправиться и вооружиться должным образом.

Я покачал головой.

– На пол пути!

«Эскалибур» собирался действовать как авианосец, пытаясь с помощью перехватчиков блокировать превосходящий флот противника. После Перл Харбора американские самолеты, взлетающие с авианосцев, совершали неоднократные нападения и не раз перехватывали корабли японского флота. Они потопили четыре японских транспорта. Брэйс планировал повторить в космосе военно-морскую тактику, которая принесла самую большую победу в американской истории.

Я вновь покачал головой.

– А что если слизней не заинтересует корабль на орбите Луны? – спросил я. – Брэйс планировал провести двухмерную военно-морскую битву. Но космос имеет три измерения. Слизни не станут приближаться к «Эскалибуру». Этот план может привести лишь к поражению!

Пехотинцы знали цену маленьким рассеянным отрядам. Они использовали их во время Американской революции, во Вьетнаме и во время Тибетского конфликта в 2020 году. Но офицеры ВМФ[76] до сих пор мыслили категориями адмирала Махэна[77].

Говард зажег новую сигарету.

– На Ганимеде пседвоголовоногие могли уклониться от боя или переждать. Вместо этого они атаковали. В лоб, волнами, не обращая внимание на потери. Псевоголовоногие нападут на «Эскалибур», чтобы уничтожить его, а не потому, что будут рассматривать его как помеху своей экспансии.

– Входит не важно, что там думает Брэйс и ООН? Ты считаешь, «Эскалибур» всего лишь приманка?

Говард отвернулся, посмотрел куда-то в дальний угол офиса.

– Мне нужна пепельница. Я скоро вернусь.

Он ушел, и дверь офиса с шумом захлопнулась у него за спиной.

Я так и не успел спросить, каким образом Говард надеялся использовать корабль в полтора километра длиной в качестве приманки.

Это была моя ошибка.

Глава двадцать девятая.

Секунд двадцать я смотрел на закрытую дверь, пытаясь понять, что Говард имел в виду. Как всегда понять его было невозможно.

Вздохнув, я вернулся к делам, компилируя учебник для начинающих бомбистов. Я делал это на всякий случай, если Брэйс и его космические ковбои не смогут уничтожить силы, превышающие их численностью и опережающие в техническом отношении на несколько эпох. В таком случае землянам придется убивать слизней на своей территории.

Я подошел к дисплею. Лекарства тому виной или нет, а моя рука дрожала, и я порадовался, что у нынешних компьютеров нет клавиатур.

Найти Брамби было не проблемой. Министерство обороны уже приняло программу «Террор», отменив «Билль о правах»[78]. Раньше МО, в соответствии с конституцией, запрещалось отслеживать с помощью спутников перемещение отдельных людей, но это не означало, что МО не может отследить кого-то, если действие закона… скажем так… приостановлено.

Ныне согласно «Закону о демобилизации» Брамби был гражданским лицом. Никто не мог проследить гражданское лицо, по крайней мере, официально. Но в настоящее время он был нужен армии. Чип, который имплантировали в грудную кость каждого солдата, до сих пор оставался в Брамби.

Через свой компьютер я связался с Департаментом Обороны, Отделом Записи. На мой вызов ответил грудной, женский голос:

– Координаты или место нахождения, пожалуйста?

– Гм-м… Место.

– Насколько точно?

– Не знаю… Город. И номер телефона, пожалуйста.

Пауза.

Компьютер мурлыкал.

– Вашего человека можно обнаружить в… – пауза, – …в Нижнем Черче, штат Вирджиния. Соединяю ваш аудиофон с его линией. Пожалуйста, оставайтесь на связи.

Я навалился на стол. Где еще мог остановиться мой приятель? Я внимательно уставился на свой компьютер. Скоро мне предстояла встреча с Брамби.

Насколько я понимал, я ожидал, пока обнаружат его точное местоположение. Брамби моргающий и нервный стал гражданским лицом. Как повернулась его судьба? Теперь ему предстояло прожить остаток жизни с тем, чем наградила его война.

Наконец компьютер ответил мужским, самодовольным голосом:

– Вас соединяют… – щелчок, пауза, – Нижний Черч, муниципальная тюрьма. Пожалуйста, выберите следующие опции…

Я аж выпрямился на стуле. Прежде чем я выбрал первую опцию, Говард просунул в дверь свою голову. В руке у него была пепельница.

– У меня есть план. Но этот полет вытряхнет тебя из штанов. Кроме того, военным он очень не понравится. Кто-нибудь вроде Брэйса может заявить, что это – безумие.

– Говоришь, твой план ничуть не похож на план военных?

Говард нахмурился.

– У тебя не будет выбора. Ты хочешь умереть как солдат или как мятежник?

Я разъединил контакт тюрьмой.

– Рассказывай, Говард.

Глава тридцатая.

Во-первых, согласно плану Говарда, нужно набрать боевую команду. Скажем так, помощников. Три человека, самое большее, что мы могли себе позволить. Нам нужен был эксперт разрушений, и реальный боевик, который смог бы действовать, как я; кто-то чьи боевые реакции я знал; кто-то, кто хорошо знал меня.

Это означало, что мне придется выручать Брамби.

Полицейский офицер в приемной тюрьмы Нижнего Черча носил прическу на военный манер, но веки его были полу прикрыты. Я подозревал, что ловля плохих парней более взбадривает, чем наблюдение за тем, как они сидят в камерах.

Офицер застыл за серым металлическим столом с настольным голо в углу. Дневные новости без перерыва показывали репортажи с уничтоженного мыса Канаверал. Это перемежалось репортажами о жителях, спешно покидающих большие города, которые могли стать новыми целями. Я полагал, что голо так же имеет канал, чтобы контролировать камеры заключенных, но этим заниматься, похоже, никто не собирался. Полицейский пробежал глазами мой запрос на посещение, а потом перевел взгляд на мою форму. Когда он узнал меня, его глаза повылазили из орбит.

– Вы – Джейсон Уондер!

Встав, он вытянулся по швам, а потом показал рукой на запертую, «усиленную» дверь.

– Вы? Вы пришли к этому парню, Брамби? Он там.

В углу стола по-прежнему шумела коммерческая линия голо.