Роберт Брындза – Смертельные тайны (страница 57)

– С лицевой стороны бумага выцвела, с оборота – белая, – заметила Мосс. – Но это и естественно, ведь со светом контактирует только одна сторона.

Эрика разглядывала боковые срезы.

– Вот здесь немного не совпадают края, посмотри.

– Это два листа бумаги, склеенные вместе, – заключила Мосс.

Не снимая перчаток, Эрика осторожно ощупывала фотографию. Достигнув центра, ее пальцы замерли.

– Тут небольшой перепад, как будто внутри что-то есть, что-то продолговатое: может быть, сложенный кусок бумаги или вклеенный внутри конверт.

Эрика и Мосс сложили фотографию в пакет для улик и отвезли в участок, где продолжили свои исследования в стерильном медицинском кабинете. Надев маску и перчатки, Эрика скальпелем аккуратно разъединяла два слоя бумаги.

– Осторожно, – предостерегала Мосс, во все глаза следя за тем, как Эрика медленно проталкивает нож между листами. Наконец слои разошлись. Внутри находился маленький коричневый конверт.

– Надо отнести это криминалистам, – сказала Мосс.

– Да, – согласилась Эрика. – Я не буду трогать склейку, там могут быть остатки слюны. Вдруг они понадобятся.

Она аккуратно взрезала верх конверта скальпелем и достала два сложенных листа бумаги. На первом были сканированные фотографии немецких удостоверений личности от октября 1942 года. Принадлежали они молодой женщине по имени Эльза Нойбуков. У нее были короткие светлые волосы, большой лоб и красивое лицо с едва заметным высокомерием во взгляде. Она родилась в январе 1920 года, и на светло-коричневом фото ей было 22. Помимо этого были отпечатки трех пальцев, большого и двух указательных – правого и левого. Увидев печать нацистской Германии – орла с расправленными крыльями над свастикой – Эрика содрогнулась.

– Эта Эльза родилась в 1920 году, значит, сейчас ей девяносто семь, почти девяносто восемь, – подсчитала Мосс.

Они развернули второй лист бумаги. Снова скан – на этот раз австрийского паспорта. Он был выдан шестью годами позже, то есть через три года после окончания Второй мировой войны. На фотографии была та же самая женщина с прежней датой рождения и отпечатками пальцев. Под ней значилось имя: Эльза Бекер.

Мосс и Эрика переглянулись.

– Когда родилась Эльза Фрятт и какая у нее девичья фамилия?

– Сейчас узнаем, – Эрика взяла телефон и пробила ее адрес по национальной налоговой базе. – Дата рождения совпадает, а девичью фамилию нужно узнать.

– Что, Эльза Фрятт живет под чужим именем?

– Это все сканы, а где же оригиналы? – задалась вопросом Эрика.

Она перевернула первый лист бумаги и увидела написанный ручкой номер телефона. Он был длинным, с неизвестным кодом. Под номером был указан адрес сайта с немецким доменом. de.

– Думаешь, это почерк Мариссы? – спросила Мосс.

– Сейчас выясним, – ответила Эрика, набирая номер.

Глава 69

Обработав все данные, через два дня Эрика и Мосс приехали в дом Эльзы Фрятт. Утро было хмурым, и улицы пустовали. Подходя к крыльцу, Мосс бросила тревожный взгляд на Эрику. Они уже готовы были звонить в дверь, но за ними за калитку вошла миссис Фрятт с пакетами из магазина.

– Доброе утро, чем могу помочь? – спросила она, доставая из кармана ключ.

Эрика смотрела на нее и думала, как же она проворна для своих девяноста семи лет.

– Доброе утро, миссис Фрятт. Мы пришли вернуть вам серьги, которые забирал на криминалистическую экспертизу мой коллега, – сказала Эрика, держа в руках прозрачный пакет с бархатной коробочкой.

– И для этого вам нужно вдвоем приходить? – спросила миссис Фрятт, опустив пакеты на землю и отпирая дверь.

Эрика обезоруживающе улыбнулась.

– Мы знаем, насколько они дорогие. Также нужно будет подписать документы в подтверждение того, что мы вернули вам вашу собственность и у вас нет к нам претензий.

На секунду Эрике показалось, что миссис Фрятт не пригласит их войти в дом, но все же та смилостивилась.

– Очень хорошо, – сказала она.

Мосс хотела было помочь ей с сумками, но она отмахнулась от нее.

– Я справлюсь сама.

Они последовали за ней по длинному коридору в кухню. Чарльз наливал воду в чайник. Увидев Эрику и Мосс, он сильно побледнел.

– Чарльз, приготовь чай. Мне возвращают серьги. – Мать взглянула на него, и он кивнул в ответ. Миссис Фрятт сняла пальто и повесила его на спинку стула. – И разбери пакеты.

Оставив Чарльза в кухне, они прошли в просторную гостиную. Миссис Фрятт жестом пригласила их сесть на диван, а сама устроилась в кресле напротив.

– Вот ваши серьги, – сказала Эрика и положила маленький прозрачный пакет на полированный кофейный столик. – Пожалуйста, проверьте.

Миссис Фрятт надела очки, достала коробочку и открыла ее. Внутри, на маленькой голубой подушке, сияли бриллианты.

– Да, это мои малышки, – сказала она, рассматривая их и подставляя к свету.

– Вам нужно будет подписать документ о возврате материальных ценностей, – сказала Эрика. – Пожалуйста, убедитесь, что все в порядке и это на самом деле ваши серьги.

Послышалось дребезжание – Чарльз принес поднос с чашками и дрожащими руками расставлял их на столе.

– Чарльз, ты эксперт, осмотри серьги, – сказала миссис Фрятт, передавая ему коробочку. – Мне нужно подписать, что они – мои. Я, конечно, могу отличить бриллиант от циркония, но хочу удостовериться, что уважаемые сотрудники полиции не обводят меня вокруг пальца.

И она одними губами улыбнулась Эрике и Мосс. Чарльз достал из кармана лупу и стал рассматривать серьги.

– Он всегда в боевой готовности, – снисходительно засмеялась она.

Чарльз посмотрел на них, тяжело дыша, и отправился к окну, где было больше света. В тишине слышалось только тиканье часов.

– Все в порядке? – спросила Эрика.

– Да, – ответил он, положив коробочку на стол.

Мосс открыла папку, достала из нее предварительно заполненное заявление и положила перед миссис Фрятт.

– Проверьте, что мы верно указали ваш адрес и имя, и подпишите, – сказала она.

Миссис Фрятт взяла со стола ручку, просмотрела текст и поставила внизу подпись.

Поверх этой формы Эрика положила отсканированные документы Эльзы Нойбуков. Взгляд миссис Фрятт надолго застыл на светло-коричневой фотографии и свастике Третьего рейха. Пораженная, она подняла взгляд на Эрику, на Мосс и перевела глаза на Чарльза, который тоже стоял разинув рот. Она откинулась назад и закрыла рот трясущейся рукой.

– Мы нашли эти документы в рамке на стене в комнате Мариссы. Они были вклеены между двух листов бумаги. А кроме этого там было вот что, – рядом с немецкими документами Эрика выложила на стол копию австрийского паспорта Эльзы Бекер. Далее она достала копию свидетельства о браке Эльзы Бекер и Арнольда Фрятта. – Как видите, у нас есть документы на имя Эльзы Нойбуков, Эльзы Бекер и Эльзы Фрятт. И все это вы.

– Это абсурд, – заявила миссис Фрятт. Лицо у нее побелело, руки тряслись. Она взяла в руки скан немецкого удостоверения личности. – Это не оригинал. Какая-то дурная шутка. Марисса была той еще вруньей, а на компьютере сейчас все что хочешь можно сделать…

– Как видите, на обороте написан номер телефона, – обратила ее внимание Эрика. – Мать Мариссы подтвердила, что это ее почерк. Этот номер принадлежит доктору наук Арнольду Шмидту. Он живет в Гамбурге и занимается расследованиями преступлений нацистов.

Чарльз прислонился к стене у двери. Он побледнел, и ему явно было дурно.

– Чарльз, вам лучше сесть, – сказала Эрика. Он подошел к дивану и сел на дальнем краю от матери. – Доктор Шмидт ничего не знал про вас, миссис Фрятт, зато Марисса знала. Либо же она нашла эти документы, и в голове у нее сложилась простая схема. За несколько недель до Рождества она позвонила ему и задала ряд туманных вопросов. По ее легенде, она прочитала статью в таблоиде, что так называемые охотники за нацистами предлагают вознаграждение в обмен на информацию о людях, которые работали в концлагерях во время войны. Он сказал ей, что размер вознаграждения – две тысячи евро. Скорее всего, Марисса поняла, что сможет заработать гораздо больше, шантажируя вас.

– Все ложь! – зашипела Эльза. – Маленькая сучка, она все придумала. Где оригиналы? Скажите мне, где?

Мосс снова открыла папку и передала Эрике лист бумаги.

– Миссис Фрятт, или, скорее, Эльза Нойбуков? Эльза, вы работали в Австрии в концлагере Маутхаузен-Гузен.

– Ложь! Австрия никогда не хотела участвовать в войне. Нас присоединили к Третьему Рейху. У людей не было выбора, мы просто стали частью Германии по прихоти политиков.

– Доктор Шмидт очень быстро поднял для нас исторические документы по этому лагерю. Вы там работали, Эльза, – настаивала Эрика.

– Не обращайтесь ко мне так, – вскричала она, закрывая уши ладонями.

– Вы участвовали в массовом уничтожении людей на основании их расовой принадлежности. Людей использовали для рабского труда, экспериментов, их пытали.

Эльза хлопнула ладонью по столу.

– Вы думаете, мы несли ответственность за это? Вы считаете, австрийские граждане хотели этого? У нас не было выбора! – закричала она, сверкая глазами.