Роберт Брындза – Ночной Охотник (страница 42)

– Мы платим вам достаточно. Постарайтесь, – распорядился Марш.

– Тим, что-нибудь еще вы почерпнули из видео? – спросила Эрика.

– Не исключено, что она сопоставляет себя с вами, старший инспектор Фостер, в смысле самооценки. Выступив по телевидению, вы позиционировали себя как человека, который твердо намерен ее арестовать, и она не учитывает, что вы руководите целой следственной группой. Возможно, она расценивает это как борьбу за превосходство. Вы также назвали ее опасным и крайне неуравновешенным человеком.

– А она скорей всего считает себя жертвой, – заключила Эрика.

– Да. И вы бросили ей вызов в прямом эфире. Наверняка это ее задело. И она наверняка попытается вас разыскать.

По окончании совещания Марш попросил Эрику задержаться.

– Не нравится мне все это, – сказал он. – Я уже отчитал Вулфа за то, что он раздает телефоны сотрудников направо и налево.

– Он же не знал.

– Если хотите, я распоряжусь, чтобы у вашего дома дежурила машина. Скрытно. У меня есть возможность выделить пару сотрудников.

– Не надо, сэр. Ей просто повезло, что она заполучила мой телефон, а машина у дома мне не нужна. Я буду бдительна.

– Эрика. – Вид у Марша был расстроенный.

– Сэр. Спасибо, но ничего такого не нужно. Ладно, мне пора. Буду держать вас в курсе. – Эрика вышла из просмотрового зала.

Марш с минуту еще постоял на месте, глядя на пустые экраны. Его терзала тревога.

Глава 49

За этим мужчиной Симона вела наблюдение почти всю вторую половину дня, следуя за ним на некотором удалении. Его квартира находилась в жилом комплексе Бауэри-Лейн близ Олд-стрит в центральной части Лондона. Вскоре после полудня он вышел из дома и по улицам финансово-делового района направился к вокзалу Ливерпуль-стрит. Симона была озадачена, недоумевая, куда он едет, ведь сумки при нем не было, а одет он был в модные джинсовые шорты и футболку. Она шла за ним на удалении двадцати метров. Толпы народа устремлялись к турникетам, и людская волна чуть не унесла ее с собой, однако мужчина пошел в другую сторону, и на мгновение Симона потеряла его из виду.

Ее взгляд метнулся к эскалаторам у дальней стены, которые вели к галерее с магазинами. Выше простирался стеклянный купол здания вокзала. Симона приподнялась на цыпочках, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь поверх голов, а потом увидела его. Он направлялся к двойному эскалатору, ведущему к общественным туалетам. Она подошла к большому книжному магазину WHSmith, что находился у эскалаторов, и вместе с другими потенциальными покупателями – их было несколько человек – стала рассматривать стойку с журналами, но на самом деле наблюдала за входом в туалеты.

В ожидании она листала газеты. Почти во всех публиковались аналитические статьи и заметки о шокирующем известии, что Ночной Охотник – женщина. Она даже взвизгнула от радости, увидев, что журналист Independent назвал ее «гением изворотливости». Стоявшая рядом женщина в недоумении посмотрела на нее. Симона отвечала ей злобным взглядом, пока та не положила на место журнал и не поспешила прочь со своим чемоданом.

Прошло десять минут, потом двадцать… Симона поглядывала на эскалаторы, ведущие к общественным туалетам. Ему стало плохо? Или она его пропустила? Она ведь ни на секунду не отводила глаз от эскалаторов, за исключением тех мгновений, когда та глупая женщина посмотрела на нее. И лишь теперь, обратив внимание на количество одиноких мужчин, спускающихся по эскалатору, и длительность их пребывания в туалете, Симона сообразила, что он ищет партнера. Пошел в туалет, чтобы заняться там сексом.

У Симоны многое в мужчинах вызывало неприятие: раздражительность, сексуальные извращения, склонность прибегать к насилию, чтобы утвердить свою власть или добиться желаемого. И это ее не удивило – еще один порок в длинном списке гнусных недостатков, – и лишь укрепило в ней решимость. Симона всегда вела долгую игру с мужчинами, за которыми следила. Она была готова ждать неделями, затаившись и составляя портрет каждой намеченной жертвы. Именно так она выпасала Грегори и Джека.

Симона глянула на номер Independent в своей руке, снова прочитала характеризующую ее фразу: гений изворотливости. Придется купить газету, подумала она. Впервые за многие годы Симона услышала в свой адрес столь лестный отзыв.

Только она собралась подойти к кассе, как он появился на эскалаторе… чуть покрасневший, разморенный, с поволокой во взгляде. Симона положила газету на место, пропустила его вперед и пошла следом. Он направился в глубь зала и свернул в «Старбакс».

Она выждала несколько минут и тоже встала в очередь. Искоса наблюдала за ним, одновременно рассматривая пирожные и выпечку на витрине. Так близко к нему она еще не подбиралась: их отделяли всего три человека.

Да, он был молод, должно быть, занимался спортом. Наверное, силен. Хотя и худощав, и не прочь полюбоваться собой.

Подошла его очередь делать заказ, и он стал флиртовать с симпатичным молодым чернокожим бариста. Склонившись, положил ладонь на руку негра, следя, чтобы тот правильно написал его имя на стакане.

Скоро этот губошлеп испустит последний вздох, подумала Симона. Потом, улыбнувшись бариста, заказала аппетитный кекс с цукатами и орехами и капучино.

– Как тебя зовут, лапочка? – спросил бариста.

– Мэри, – ответила Симона. – Скучное, наверно, имя, в сравнении с экзотическими, что вам случается слышать.

– Мэри мне нравится, – заверил ее бариста.

– Меня в честь мамы назвали. Она тоже Мэри. Сейчас она в больнице. У нее тяжелая болезнь. Я – все, что у нее есть.

– Сочувствую, – сказал бариста. – Что-нибудь еще?

– Возьму еще номер «Индепендент». Почитаю ей. Маму интересует все, что происходит в мире.

Симона взяла газету и кофе с кексом и села за свободный столик.

По-прежнему не выпуская из виду свою будущую жертву.

Глава 50

Зной отступил ненадолго. В последующие дни солнце снова стало нещадно жарить, а следствие, казалось, застопорилось.

Последний выпуск «Внимание, розыск!» оставался на сайте Би-би-си еще неделю для тех, кто не видел передачу в прямом эфире. С увеличением количества просмотров в полицию поступали новые телефонные звонки и сообщения по электронной почте, которые требовалось отработать.

Возвращавшиеся из отпусков жители Лорел-роуд узнавали, что на их улице проводились телесъемки реконструкции, которую показывали по всей стране. Некоторые из них теперь вспомнили, что видели молодую брюнетку, которая ходила от дома к дому, раздавая рекламные листки. Другие припоминали молодую женщину, которая доставляла коробки с фруктами и овощами, а также молодую женщину, приехавшую в машине сантехнической службы, которая проводила ремонтные работы в канализационном колодце близ дома Грегори Манро.

В связи с обилием этих новых свидетельств значительно увеличилась нагрузка на членов команды Эрики. Они нашли сантехника, который оказался румяным молодым парнем, и брюнетку, еженедельно развозившую коробки с сезонными фруктами и овощами компании Nature’s Finest. Они оба добровольно явились в полицию, дали показания и даже согласились, чтобы у них взяли образцы на анализ ДНК. После двенадцати часов напряженного ожидания результаты были получены. Они оказались отрицательными: ДНК сантехника и брюнетки не соответствовала образцам, взятым с задней двери дома Джека Харта и «суицидального» пакета.

Двое жителей Лорел-роуд и один из соседей Джека Харта пришли в отделение Луишем-Роу, чтобы помочь составить фоторобот женщины, которая разносила рекламные листки. Эрика надеялась, что благодаря этому фотороботу следствие сдвинется с мертвой точки, но все составленные портреты очень напоминали Лотти, актрису, исполнившую роль преступницы в передаче «Внимание, розыск!».

Однако самым тягостным оказалось найти обитателей Лондона, которые приобрели «суицидальные» пакеты через три веб-сайта. В полицию поступало множество звонков от убитых горем родителей и супругов, которые сообщали, что их родные действительно купили «суицидальные» пакеты и, к несчастью, их попытки суицида увенчались успехом.

15 июля во второй половине дня атмосфера в оперативном отделе была гнетущая. Предыдущим днем шесть человек из команды Эрики передали в другую следственную группу, занимавшуюся делом о контрабанде наркотиков, а сама Эрика только что закончила беседовать с разгневанным отцом троих детей. Его жена покончила с собой, а обнаружила ее с пакетом на голове его маленькая дочь.

Была пятница, и Эрика видела, что остальным членам команды не терпится уйти домой и выходные посвятить отдыху и развлечениям. Она их не осуждала: они работали на износ. Правда, результаты их упорного труда были невелики. А газеты пестрели снимками людей, отдыхающих на пляжах и в городских парках.

Мосс и Питерсон сидели за своими столами, рядом с ними – Крейн и Сингх. Эрика уже, наверно, в тысячный раз обратила взгляд на демонстрационные доски, на снимки Грегори Манро и Джека Харта. Теперь к ним добавилась еще и фотография с одного из сайтов, посвященных теме самоубийства. На ней в грязной спальне лежал лысый, светло-коричневый манекен с лиловыми веками и длинными ресницами. На голове у него был «суицидальный» пакет, соединенный трубкой с газовым баллоном.

– Босс, вам звонит Марш, – доложила Мосс, ладонью зажимая трубку.