Роберт Блох – Рассказы (страница 492)

— Джим, я была дурой! Я не могу этого объяснить, но я знаю, что это все моя вина.

— Что значит, не можешь объяснить? Ты должна это объяснить. Возможно, перед присяжными.

Она положила голову мне на плечо. Казалось, что она будто создана для него, и почему-то это было довольно приятно. Но я все еще чувствовал, как веревка впивается мне в шею. Я дернулся в сторону.

— Давай, — сказал я. — Мы не можем терять время. Почему Ларри торчал у тебя сегодня вечером? Ты ожидала, что кто-нибудь еще нанесет тебе визит? А как насчет этого тела?

Ее голубые глаза затуманились. Она промокнула их носовым платком, предназначенным для комаров, страдающих насморком. Затем снова повернулась ко мне, взяв себя в руки. Ее голос не дрогнул.

— Прежде чем ответить на твои вопросы, позволь мне задать тебе один. Если ты рассказываешь мне историю.

На этот раз я не мог подавить свой гнев.

— Ты хочешь сказать, что тебе тоже не нравится, как я это рассказываю? Ты думаешь, я это убил его?

Она опустила голову. Казалось, сегодня вечером все висело на волоске.

— Нет, Джим, — прошептала она. — Я тебе верю. Но я подумала, что ты все еще можешь ответить на мой вопрос. Это очень важно.

— Спроси меня.

— Я хотела узнать, есть ли у тебя ключ.

— Ключ? Какой еще ключ?

— О. Тогда ты все еще не знаешь.

— Ты ставишь свою жизнь на то, что нет, и я хочу это выяснить. Ну, жду от тебя ответов.

— Ах, что ж. Но они ничем не помогут, — вздохнула она. — Ты спрашиваешь, почему Ларри был у меня. Я не знаю. Он позвонил мне около семи, между рейсами, и сказал, что встретится со мной здесь в 11:30. Вот почему я так долго ждала.

— Но он вышел на рейс в 10 часов. Что могло задержать его на полтора часа?

— Он собирался кое-что для меня сделать. Мы вернемся к этому позже.

— Ладно. Ларри сказал, что встретит тебя здесь. Ты уверена, что звонил именно Ларри?

— Да… то есть нет, это не так. Это была телефонная будка, и там было очень шумно. Но это было похоже на него.

— Хммм. Ну, уже что-то. Если это был Ларри, то в семь вечера он был еще жив.

Рот Кей снова начал дергаться, но она вовремя подавила судорогу.

— Ты хотел знать, не жду ли я, что кто-нибудь еще придет ко мне сегодня вечером. Ответ — нет. Я думала, что встречу Ларри здесь, вернусь домой и буду там вовремя, чтобы сделать тебе сигнал.

Она произнесла это так, как будто говорила серьезно. Мне хотелось в это верить.

— А насчет тела, — пробормотала она, — я ничего не знаю.

— И ты, и я, — ответил я. — Но есть еще одна вещь, которую ты знаешь, а я нет.

Я схватил девушку за плечи и встряхнул.

— Пошли, — сказал я. — Скажи мне. Разве ты не понимаешь, что они ищут меня прямо сейчас? Это убийство! Они дышат мне в затылок. В этом штате палачу платят сто баксов, чтобы он выполнял свою работу. Ты хочешь, чтобы он заработал со мной легких денег?

— Хорошо, — сказала она слабым голосом. — Может быть, ты возненавидишь меня за это. Но ты должен знать, даже если это не поможет. Это ключ Мистера Хаммела.

— Опять Хаммел! — сказал я. А потом, когда она уставилась на меня, добавил: — Я тебя слушаю.

— Ты же знаешь, что я с ним покончила, дорогой, — сказала мне Кей. — Но когда я пришла к нему и сказала, что больше не увижу его, он отдал мне ключ. Видишь ли, все то время, что я… что я видела Мистера Хаммела, я отказывалась брать у него что-либо. Подарки, я имею в виду. Там был браслет, и другие вещи. Он показывал их мне, а я отказывалась. Поверь мне, дорогой, я ждала тебя.

— Короче, — сказал я. — Ближе к делу.

— Когда мы расстались, он попросил меня взять ключ. Просто в память о старых временах. Он действительно очень милый старик.

— Мы говорили о ключе, — напомнил я ей.

— Он сказал мне, что составил завещание. Он не смутил бы меня, упомянув мое имя, но придумал другой способ. Он оставил инструкции адвокату, ответственному за его имущество, и банку, что любой, кто предъявит этот ключ, получит доступ к сейфу после его смерти. Он не сказал мне, что было в коробке, и я не спрашивала. Я хотела отказаться от ключа, но он настоял. Я взяла его, чтобы избежать ссоры.

Я молча кивнул.

— А потом ты передумала и решила, что не хочешь подарок старика. Верно? Поэтому решила вернуть его обратно.

— Да, Джим. Вот что случилось… Я чувствовала… ну, я чувствовала, что ключ будет стоять между нами. Если что-то случится с Хаммелом и я открою шкатулку, и ты услышишь об этом — что ж, мне придется объясниться. Так, как я объясняю сейчас. Мне было бы стыдно. И теперь мне действительно стыдно.

— Значит, ты вернула ключ.

— Жаль, что я этого не сделала. Но разве ты не понимаешь, Джим? Я хотела вернуть его без сцен. Я не хотела больше видеть Хаммела. Поэтому попросила Ларри забрать ключ и лично передать его Хаммелу, чтобы никто никогда не узнал.

— Ларри, — сказал я.

Она обняла меня.

— Да. Бедный Ларри. Нет, Джим, я не любила Ларри. Но он был моим другом. Нашим. И теперь кто-то имеет…

Я почувствовал, как она вздрогнула, когда замолчала.

— Успокойся, — сказал я. — Об остальном я догадываюсь. У тебя есть ключ к Ларри. Он обещал отвезти его Хаммелу сегодня вечером, а потом встретиться с тобой здесь. Вот почему ты ждала.

— Но кто-то еще ждал. Кто-то, кто знал о ключе, — в голове у меня происходил мозговой штурм. — Слейд знал об этом?

— Слейд? — она наморщила лоб.

— Джо Слейд из автобусного депоа. Друг Ларри.

— Нет. Откуда ему знать?

— Ларри мог бы сказать ему об этом как бы невзначай. Но давай оставим это на мгновение. Как ты думаешь, кто именно знал о ключе?

— Ну, Хаммел. И конечно, его адвокат.

— Как его зовут?

— Кажется, мистер Кинселла. Да, Эйвери Кинселла. Я никогда его не видел.

— Но ни один из этих людей не знал, что ты возвращаешь ключ, не так ли? — потребовал я.

— Конечно, нет.

— Ну, я просто думаю вслух. Предположим, была причина — веская причина — для того, чтобы снова получить этот ключ. Разве они не попытаются получить его?

— И… ты хочешь сказать, что они убьют за это?

— Кто-то убил Ларри. А до этого кто-то убил еще одного человека. Его повесили. Или это могло быть самоубийство.

Я подошел к двери и выключил свет.

— У меня болят глаза, — сказал я достаточно громко. — Я больше не могу думать. Все это слишком сложно для водителя автобуса. Давай подышим свежим воздухом, малыш.

Кей поморщилась, но направилась к двери и открыла ее. Я задержался достаточно долго, чтобы взять пресс-папье с офисного стола. Затем вышел из двери, когда она открыла ее. Но я не пошел по прямой линии, а резко свернул. Затем я опустил пресс-папье на запястье человека, который присел рядом с дверью.

У него был пистолет. Правда, недолго. Я сбил его на пол. Он замахнулся. Я тоже. Мы сцепились между собой и покатились по полу. Он был хорош, начал сжимать мою трахею тугим захватом — как веревка. Все стало расплываться. Я дал ему коленом, но он увернулся. Он продолжал сжимать мою шею. Свет уже погас…

Старая добрая Кей — у нее был пистолет. Мужчина увидел это, и у него хватило ума отпустить меня. Он стоял, подняв руки кверху, как будто просил разрешения выйти из комнаты. Бьюсь об заклад, он чувствовал себя так же. Я встал и отряхнулся. Не знаю, как долго он там стоял. Я заметил его, вернее, его тень, примерно в то время, когда Кей начала плакать. Идея забрать это пресс-папье, когда я подойду к входной двери, оказалась хорошей. Кей не очень-то подходил тяжелый пистолет, и я отобрал у нее оружие, продолжая держать его направленным на нашего друга.

Это был высокий, крепкий на вид парень в синем костюме, не предназначенном для того, чтобы ходить по коридору офисного здания. У него тоже была хорошая шляпа, но она была помята. А еще у него при себе имелась уверенность. Это меня устраивало.

— Прошу прощения, приятель, — вежливо сказал я. — Не объяснишь мне, какого черта ты здесь делаешь?