Роберт Блох – Рассказы (страница 246)

— Приклеишь человеческую ногу?

— Он просто кукла, — объясняю я. — Робот. Механический человек. Здесь не о чем беспокоиться.

Гомер выслушивает все это, и его лицо приобретает нежный оттенок синего.

— Не о чем беспокоиться? — задыхается он. — Хочешь сказать, что поставил мои пятьсот долларов на то, что скачки выиграет манекен вместо жокея?

— Но он очень умен для куклы, — уверяю я Гомера. — Смотри, — говорю я, снова надевая его ногу, — он сделан из пластика. — И сгибаю ногу назад. — Мягкий, как глина.

— Не делай этого, — кричит Гомер. — Это очень грязный ход, Фип! Этим сумасшедшим трюком ты вложил 500 моих долларов в лапы Болтуна Гориллы.

— Не поджигай мосты, пока не дойдешь до них, — подбадриваю я его. — Просто понаблюдай за роботом Робертом.

— Я закрою глаза и лягу, — вздыхает Гомер.

Потом в первый раз трубит горн. Я надеваю на Роберта спортивный костюм и даю ему последние указания. Но он выглядит обеспокоенным.

— А как же Роберта? — говорит он. — А как же она?

— Она ждет тебя на трибунах, — игриво говорю я, — вот, она посылает тебе это.

И я вытаскиваю часть парика манекена, который срезал.

— Прядь ее волос! — шепчет робот Роберт. — Вот это да!

— А теперь иди и побеждай, — наставляю я. — Приближается пятая гонка.

И я передаю его на попечение Гомеру. Потом возвращаюсь на трибуны. Здесь я сижу вместе с Робертой, манекеном из окна магазина. Я откопал для нее красивое платье и несу к свободному месту. Ее приходится нести на себе, но никто особо не обращает внимания — все вскакивают на ноги и кричат, наблюдая за скачками. Наступает пятая гонка. Лошади подходят к барьеру. Приходит Фабрика Клея и Вилка — лошадь Гориллы. Гремит сигнал старта. Скачки начались!

Робот Роберт плывет в седле. Жокей Вилки понукает ее. Но Фабрика Клея вырывается вперед. Не испытывая на себе почти никакой тяжести, она скачет очень легко. Я вижу, как Роберт подпрыгивает в седле, как лошадь скачет галопом по внутренней стороне трека. Толпа ревет. Фабрика Клея вырывается вперед и заканчивает на финише.

— Яяяаахууу! — кричит громкий голос мне в ухо.

Оказывается, это мой собственный голос.

— Меня ограбили! — кричит другой голос позади меня. Я оборачиваюсь и вижу Болтуна Гориллу, танцующего польку на одной ноге.

— Дай мне деньги, — зову я его очень сладким голосом.

— Почему ты… — начинает Габфейс.

Но он никогда не идет дальше в своем описании, потому что внезапно замечает Роберту, манекен, сидящий рядом со мной.

— Здесь дамы, — бормочет он. — Это твоя последняя пассия, да, Левша?

Я держу Роберту спиной.

— Нет, — объясняю я. — Она… Подруга моего жокея.

— О, этот грязный… — начинает Габфейс. И снова останавливается. Он качает головой. — Я все еще не понимаю, как ты победил, — стонет он. — Лошадь выглядит так, будто не чувствовала никакого веса.

— Плати, — говорю я очень терпеливо.

— Ладно, Фип. На этот раз тебе повезло. Но это больше не повторится.

— Правда? — Я вижу шанс поквитаться с этим мошенником. — И что ты собираешься делать? Дать твоей кляче кусок динамита с овсом, чтобы она с треском стартовала?

— Хочешь сказать, что я жульничаю? — хрюкает Горилла.

— Какая разница? — ухмыляюсь я. — Что бы ты ни делал, я выиграю все скачки.

— Ну и что? Возможно, ты хочешь сделать еще одну ставку? В субботу я снова поставлю на свою лошадь, — рычит Горилла. Это как раз то, что я хотел услышать.

— Конечно, я готов. Поставим по-крупному? — предлагаю я.

— Это очень рискованно.

— Боишься?

— Слушай, — говорит Горилла, выпятив подбородок. — Я не боюсь ни людей, ни зверей — и одна из этих категорий охватывает тебя. Ставлю тысячу. Моя лошадь против этой твоей пробки.

Снова заключено пари.

Горилла уходит, а я бегу навстречу роботу Роберту и Гомеру, который очень возбужден. Он не может поверить, что гонка выиграна. Когда я говорю ему о новом пари, он счастлив как никогда. Робот Роберт тоже счастлив. Я приношу ему целую пригоршню волос из парика манекена и говорю, что она выдернула их от волнения. Ему не терпится снова участвовать в гонках.

— Это веселее, чем карусель, — признается он.

Так что дело решено. Робот Роберт и манекен Роберта едут со мной домой на такси. Я держу их отдельно друг от друга и выступаю в качестве компаньона, когда мы добираемся до моей берлоги. Начиная с раннего утра следующего дня я веду Роберта в конюшню на тренировку. Остается только два дня и я не хочу рисковать. Я знаю, что Болтун Горилла переживает проигрыш, а когда это происходит, он становится злым, и когда он становится злым, он опасен, и когда он опасен, жди неприятностей. Он сделает все, чтобы выиграть гонку в субботу, я знаю. Поэтому следующие два дня я тренирую Роберта и тщательно охраняю его. Гомер также охраняет свою лошадь. Думаю, у Гориллы не получится провернуть какое-нибудь сомнительное дело. В пятницу все готово к большому завтрашнему дню.

Я обнаруживаю свою ошибку, пока мы не возвращаемся домой. Все это время я охраняю робота Роберта и лошадь. А Роберта осталась дома одна. И когда мы возвращаемся в дом, ее уже нет! Она исчезла!

— Где Роберта? — пищит Роберт, прыгая по комнате от возбуждения.

— Наверное, она ушла в салон красоты, чтобы привести в порядок волосы, — говорю я. — Она много выдернет завтра, когда ты выиграешь.

Но я в панике. Когда раздается звонок в дверь, я подпрыгиваю на два фута.

Потом подхожу к двери, открываю ее и выглядываю. Там никого нет. Но в холле стоит Роберта. Она выглядит нормально. Тот, кто забрал ее, не причинил манекену вреда. Я затаскиваю ее внутрь и показываю Роберту. Он приободряется и остается веселым весь вечер. Но я беспокоюсь.

Субботнее утро, день больших скачек, застает меня на трассе довольно рано. Гомер взял Фабрику Клея на разминку и сказал, что лошадь очень в хорошей форме. Робот Роберт идет в конюшню отдохнуть. Ну а я направляюсь к Горилле Габфейсу. Конечно же, вот он. И когда он видит меня, то не может сдержать мерзкую ухмылку.

— Итак, — обвиняю я его. — Это ты похитил подружку моего жокея.

— Кто кого похитил? — говорит он. — Никто ее не похищал. Она вернулась, не так ли?

— Да, — признаю я. — Но ты схватил ее при первой возможности.

Горилла искоса смотрит на меня.

— Возможно. Может, я рассчитываю испортить гонку, заставив твоего жокея расстроиться из-за его подружки, — намекает он. — Но я не понимаю, зачем ему эта девушка-манекен.

— Ну и что? У всех есть свои увлечения.

— Оконные манекены — это не увлечения, — продолжает Горилла. — Знаешь, Фип, когда я об этом узнал, то начинал думать. Размышлять о том, что за человек может увлекаться манекенами. Возможно, решил я, он и сам кукла.

— Ты видимо немного не в себе, — предполагаю я.

— Возможно. А может и нет, — ухмыляется Горилла в подбородок. — Все сходится, не так ли? Скорость твоей лошади, будто она не ощущает большого веса.

— Но живой манекен — это смешно, — настаиваю я.

Горилла кивает.

— Я согласен с тобой, Фип, — говорит он мне. — И в сегодняшней гонке такой ерунды не будет.

— Что ты имеешь в виду?

— Я послал ребят осмотреть твоего жокея, — сообщает он мне.

— Эй, о чем это ты? — кричу я.

— Не могу рисковать, — отвечает он. — Увидимся после скачек.

Я больше не теряю времени и бегу обратно в конюшню, где оставил робота Роберта. Врываюсь туда и кричу:

— Роберт, ты где?

Нет ответа. Я никого не вижу. Но, пробежав чуть дальше я натыкаюсь на Роберта… или то, что от него осталось.