Роберт Блох – Легион. Психопат (страница 73)

— Ну все, хватит! — произнес он. — Вам никто не давал права официально обвинять кого-нибудь вот так. Пока что вы нам не предъявили ни единого доказательства, подтверждающего ваши слова.

Арбогаст потянулся за новой сигаретой.

— Значит, нужны доказательства? А чем же, по-вашему, я занимался по дороге сюда с самой среды? Тогда, в среду утром, я нашел ее машину.

— Нашли машину Мери! — Лила вскочила на ноги.

— Точно. Я как чувствовал: первое, что ваша сестра сделает, — попытается избавиться от нее. Так что я опросил всех, имеющих отношение к торговле и обмену машинами, дал ее описание и назвал номерной знак. И не зря — я нашел то место, где она совершила обмен. Показал парню свое удостоверение; он сразу все рассказал. И без всяких увиливаний, подумал, наверное, что машина угнана. Что ж, я его не стал разубеждать, как вы понимаете. Выяснилось, что вечером в пятницу, накануне закрытия, Мери Крейн обменяла у него свою машину. И здорово потеряла при этом. Но я получил четкое описание развалюхи, в которой она уехала от него. Уехала на север. Я тоже отправился на север. Но быстро двигаться не мог. Я исходил из предположения: раз она направляется сюда, то поедет по шоссе. И наверное, в ту ночь она гнала машину, не останавливаясь. Так что я тоже нигде не останавливался первые восемь часов пути. Потом довольно долго болтался вокруг Оклахомы, проверяя все мотели рядом с шоссе и места, торгующие подержанными машинами. Мне казалось, что она могла снова поменять машину, просто для перестраховки. Нулевой результат. В четверг я уже добрался до Тулса. Проделал там то же самое, с тем же результатом. Только сегодняшним утром я как бы нашел свою иголочку в стоге сена. К северу отсюда. Она снова поменяла машину в ночь с пятницы на субботу на прошлой неделе, — опять потеряла уйму денег, — и отправилась дальше на голубом «плимуте», модель 1953 года, с поврежденным левым передним крылом. — Он вытащил из кармана записную книжку. — Тут все записано, черным по белому, — марка, серийный номер мотора, в общем, все. Оба торговца сейчас готовят копии документов и пришлют их в мою контору. Но теперь это уже неважно. Важно то, что Мери Крейн на прошлой неделе, в ночь с пятницы на субботу, выехала из Тулса и направилась на север по главному шоссе, после того, как в течение шестнадцати часов дважды обменяла машину. И, насколько я могу судить, этот город был ее конечной целью. Так что, если только не произошло что-нибудь непредвиденное, — сломалась машина или, скажем, несчастный случай, — она должна была появиться здесь в прошлую субботу, поздним вечером.

— Но она не появилась, — сказал Сэм. — Я ее не видел. Слушайте, если вам надо, я могу доказать это. На прошлой неделе, в субботу вечером, я был в клубе, играл в карты. Сколько угодно свидетелей. Утром, в воскресенье, пошел в церковь. Днем обедал в…

Арбогаст с усталой гримасой поднял руку.

— О’кей, я все понял. Ты ее не видел. Стало быть, что-то случилось по дороге сюда. Я начну все проверять по второму разу.

— А как насчет полиции? — спросила Лила. — Я все-таки думаю, что надо обратиться в полицию. — Она нервно облизала губы. — Вдруг действительно произошел несчастный случай. Вы ведь не сможете осмотреть все госпитали между Тулсой и этим городом? Кто знает, может, сейчас Мери лежит где-нибудь без сознания. Или даже…

На этот раз Сэм успокаивающе похлопал ее по плечу.

— Ерунда, — вполголоса произнес он. — Если бы случилось что-нибудь вроде этого, вас бы давно уведомили. С Мери все в порядке. — Он обжег взглядом сыщика. — Вы один не сможете проделать всю работу как надо, Лила дело говорит. Почему бы не подключить полицию? Скажем, что она пропала; пусть попробуют выяснить, где она.

Арбогаст поднял со стола свой серый стетсон.

— Что ж, до сих пор мы пытались все сделать сами. Это правда. Если нам удастся найти ее, не втягивая в дело полицию, мы спасем репутацию компании и нашего клиента. Кстати говоря, Мери Крейн мы тоже можем спасти от крупных неприятностей, если сами разыщем ее и вернем деньги. Возможно, ей даже не предъявят обвинения в воровстве. Согласитесь, ради этого стоило поработать.

— Но если вы правы, и Мери действительно почти что добралась до Фервела, почему мы не встретились? Вот что я хотел бы узнать, — сказал Сэм. — И больше ждать не желаю.

— Сутки ты сможешь подождать? — произнес Арбогаст.

— Что вы задумали?

— Как я уже сказал, проверить еще раз. — Он поднял руку, предупреждая возражения. — Не на всей дороге отсюда до Тулсы, конечно; должен признать, это невозможно. Но я хочу попытаться разнюхать что-нибудь в здешних местах: посетить придорожные ресторанчики, заправочные станции, поговорить с теми, кто торгует машинами, с хозяевами мотелей. Возможно, кто- то видел ее. Дело в том, что я до сих пор убежден, что интуиция меня не обманывает. Она собиралась приехать сюда. Кто знает, может быть, добравшись до Фервела, Мери передумала и продолжила путь. Но я хочу знать точно.

— И если вы ничего не выясните в течение двадцати четырех часов…

— Тогда я говорю: «все, хватит», и мы звоним в полицию, втягиваемся во всю эту рутину с объявлением о пропаже без вести и так далее. Ну что, договорились?

Сэм бросил взгляд на Лилу.

— Как ты думаешь? — спросил он, незаметно для себя переходя на «ты».

— Я не знаю. Так волнуюсь сейчас, что ничего не соображаю. — Она вздохнула. — Решай ты, Сэм.

Он кивнул Арбогасту.

— Хорошо. Договорились. Но я хочу предупредить тебя сразу. Если завтра у тебя ничего не выйдет, и ты не сообщишь в полицию, это сделаю я.

Арбогаст надел пиджак.

— Пойду-ка сниму себе номер в гостинице. А вы как, мисс Крейн?

Лила посмотрела на Сэма.

— Я провожу ее туда попозже, — сказал Сэм. — Я планировал сходить пообедать с Лилой и позабочусь о номере для нее. А утром мы оба будем здесь. Ожидая твоего звонка.

В первый раз за весь вечер губы Арбогаста растянулись в улыбке. Он явно не годился в соперники Моны Лизы, но все же это была улыбка.

— Я вам верю, — произнес он. — Извините, что вначале так навалился на вас, но я должен был убедиться. — Он кивнул Лиле. — Не волнуйся, девочка. Мы разыщем твою сестру.

С этими словами он вышел из комнаты. Прежде чем дверь успела закрыться, Лила уже всхлипывала на плече Сэма. Ее голос звучал словно приглушенный стон.

— Сэм, я страшно боюсь; что-то случилось с Мери. Я знаю, я чувствую!

— Ну, ну, все в порядке, — сказал он, удивляясь про себя, куда пропадают в нужный момент подходящие слова, почему никогда не удается найти слов, способных прогнать страх, горе, одиночество. — Все в полном порядке, поверь мне.

Неожиданно она оторвалась от него, отступила назад, заплаканные глаза расширились. Когда она заговорила, ее голос звучал тихо, но спокойно:

— Почему я должна тебе верить, Сэм? — еле слышно спросила она. — Ты можешь назвать причину? Причину, о которой ты умолчал, говоря с этим сыщиком? Сэм, скажи правду, Мери была у тебя? Ты знал все об этом, о деньгах?

Он покачал головой:

— Нет, ничего не знал. Тебе придется поверить мне на слово, как я верю тебе.

Она отвернулась к стене.

— Должно быть, ты прав, — произнесла Лила. — Мери могла за прошлую неделю встретиться со мной или с тобой, так ведь? Но ничего такого не было. Я доверяю тебе, Сэм. Просто уж очень трудно во что-нибудь поверить после того, как твоя родная сестра оказалась…

— Успокойся, — оборвал ее Сэм. — Сейчас тебе нужно немного перекусить и хорошенько отдохнуть. Завтра все перестанет казаться таким уж безнадежным.

— Ты правда так думаешь, Сэм?

— Да, правда.

До этого он ни разу не лгал женщине.

8

Когда он проснулся, наступило это самое «завтра». Обычный субботний день превратился в бесконечную пытку ожидания.

Примерно в десять он позвонил Лиле из магазина. Она уже встала и позавтракала. Арбогаста в номере не оказалось: он уже приступил к работе. Но сыщик оставил записку для Лилы, в которой обещал связаться с ней в течение дня.

— Ты не хочешь прийти ко мне? — предложил по телефону Сэм. — Какой смысл сидеть весь день одной. Мы могли бы перекусить вместе, а потом связаться с гостиницей и узнать, звонил ли Арбогаст. Нет, лучше так: я попрошу, чтобы разговор перевели прямо ко мне.

Лила согласилась, и Сэм почувствовал облегчение. Ему не хотелось сегодня оставлять ее одну. Лила опять начнет волноваться и переживать. Сам-то он всю ночь не мог глаз сомкнуть. Он изо всех сил пытался изгнать из головы эту мысль, но все-таки надо честно признать: теория Арбогаста вполне логична. Мери скорее все^о планировала приехать к нему, после того, как взяла деньги. Если, конечно, она их взяла.

Вот что самое страшное: смириться с тем, что Мери — воровка. Нет, Мери не такая, все, что он знал о ней, говорило против этого.

И все же, все ли он знал о Мери? Еще прошлой ночью он отметил про себя, с каким трудом понимает свою невесту. Он настолько мало ее знал, что в полумраке умудрился спутать Мери с другой девушкой!

Странно, сказал себе Сэм, как мы убеждены, что знаем человека, только потому, что часто встречаемся или близки с ним. Да тут, в Фервеле, сколько хочешь можно найти примеров такого. Вот, скажем, старина Томкине, долгие годы работавший инспектором школ, уважаемый в Ротари-клубе человек, покинул жену, семью и сбежал с шестнадцатилетней девчонкой. Кто бы мог подумать, что он способен на такое? Кто мог подумать, что Майк Фишер, страстный игрок и первый гуляка в этом крае, перед смертью завещает все свое состояние Пресвитерианскому Приюту для Сирот? Или Боб Саммерфилд, служащий у Сэма приказчиком. Целый год он работал с ним бок о бок, не подозревая, что Боб попал под восьмой пункт, когда служил в армии, после того, как пытался выбить мозги из головы своего полкового священника рукояткой пистолета. Теперь, конечно, он был в полном порядке: скромный, тихий, симпатичный парень, второго такого и за сто лет не найти. Но ведь таким он был и в армии, пока что-то не заставило его взорваться. Почтенные пожилые дамы ни с того, ни с сего покидают мужей после двадцати лет счастливой совместной жизни, трясущиеся за свое место ничтожные банковские служащие оказываются способными на крупную растрату — все может случиться.