Роб Сандерс – Адептус Механикус: Скитарий (страница 8)

— <Очень хорошо>, — ответил Стройка Тибериаксу. — <Ты как раз вовремя>.

Тибериакс послал ноосферный импульс приветствия командиру, на который Стройка ответил, присоединившись к делегации.

Краниальные замки по сторонам украшенного гребнем шлема Стройки отключились, позволив альфа-примусу отсоединить шлем от краниального интерфейса. Его бритая голова была покрыта механорецепторными разъемами, вживленными в плоть, и целой паутиной кабелей. Он протянул шлем сервочерепу Френосу~361, чтобы тот нес его, держа в мехадендритах.

Кожа Стройки была темной, как и у его собратьев-сатциканцев. Глаза были свои, не аугментические, но окруженные винтовой интерфейсной оптикой, из-за которой было похоже, что он носит очки без линз. На его лице было расслабленное выражение умиротворенности и повиновения, обеспеченного процедурами психохирургического подавления.

Стройка, взглянув на магоса Торкуору, решил придать речи модуляции неформальности.

— Генерал-фабрикатор послал свою личную баржу за вами, мой лорд.

— За мной? — отозвался эксплоратор, модуляции его голоса звучали резко и язвительно. — Нет, единица Стройка. За тем сокровищем, которое мы доставили ему. Он оказывает честь своей баржей отнюдь не нам, но чуду Бога-Машины.

— Разве мы все не являемся чудесами Бога-Машины, магос? — спросил Стройка.

— Да, но не все мы равны в Его глазах, — ответил Торкуора, пока группа техножрецов и их почетный караул шли по палубе. Баржа генерала-фабрикатора уже садилась в ангаре. Гидравлика ее посадочных когтей шипела, окутывая баржу облаком пара. — Одна шестерня может вращать другую через прочие шестерни, но природа механизма такова, что те две шестерни никогда не встретятся. Мы и есть такие шестерни, мы добросовестно вращаемся, давая энергию тем, чье место в механизме выше нас.

— Но мы встретимся с генералом-фабрикатором… — заметил Стройка.

— По твоей должности тебе позволяется любопытство, — предупредил его магос. — Не используй столь благословенный дар для дерзких предположений.

— Мой лорд, я…

— <Я знаю, о чем ты думаешь, прежде чем ты успеешь это подумать, единица Стройка>, — сказал эксплоратор, чей голос эхом раздался в мыслях скитария. — <Не забывай об этом. Если твои вопросы порождены духовным порывом…>

— Именно так, магос, — уверил его Стройка.

— <Слова солдата культа>, — транслировал в ответ Торкуора. Альфа-примус не знал, считать это комплиментом или нет. И снова Стройка услышал голос магоса, срывавшийся с иссохших губ.

— Эти события необычны по своей исторической значимости. Протокол нарушен. Ты для меня то же, что я для генерала-фабрикатора. Что миллиарды подданных для него. Но он сам — ничто перед Великим Создателем, который есть триумф Машины Совершенной, Корпус Механикус. Омниссия создает нас, но Он может и сломать нас. В данном случае произошло нечто чудесное. Давно утраченный дар Омниссии возвращен нашей империи. Эта аудиенция у генерала-фабрикатора — не чествование нас, это просто формальность. Я вот что тебе скажу: Омниссия удостоил этим даром нас всех. И пусть меня постигнет проклятие плоти, если я позволю этому сокровищу сгинуть в глубинах какого-нибудь хранилища или стать подкупом в политической игре. Оно должно функционировать так, как ему предназначено Омниссией, и в этом будет честь и слава для всех нас. Я бы не стал встречаться с этим гнездом силиконовых гадюк, если бы в них не было необходимости для осуществления этого.

— Значит, вы не особо уважаете генерала-фабрикатора и жречество Сатцики Секундус? — спросил Стройка.

— Я воздаю им должное уважение, — сказал Омнид Торкуора. — Просто я хочу быть той шестерней, которая удалена от них как можно дальше. Я не желаю участвовать в их скользких делишках, их алчных интригах. Как ты думаешь, почему я избрал путь эксплоратора? Чтобы их корабли и техножрецы, командовавшие ими, могли увезти меня как можно дальше от этого места. Однако, нам придется платить за наш успех.

Когда делегация техножрецов, телохранителей и рейнджеров-скитариев подошла к орбитальной барже, с нее спустился трап. Вместе с ним на полетную палубу спустился магистр-эконом Проксис, личный эмиссар генерала-фабрикатора, скрывавший в широких рукавах инструментарий аугментических конечностей. Гофрированное одеяние и капюшон магистра-эконома скрывали чудеса его аугметики, но его лицо было хорошо видно. В стеклянной чаше его головы бурлила странная смесь жидкого металла, скрывавшего черты лица. У металла была способность копировать лица тех, к кому обращался магистр-эконом. В сочетании с диалогус-матрицей это позволяло Проксису быть отличным эмиссаром, потому что трудно испытывать враждебность к своему же лицу.

Проксис испустил поток данных, почтительных инфоимпульсов и бинарного канта. Вслед за этим приветствием последовало другое — из вокс-динамиков.

— Магос Торкуора, — произнес Проксис, его лицо из жидкого металла приняло подобие язвительного лица эксплоратора. — Его превосходительство Ворикар Трега, генерал-фабрикатор и верховный Гностарх Сатцики Секундус приветствует ваше возвращение.

— Это честь для меня, — ответил Омнид Торкуора, слегка отвернув капюшон и укрепив Стройку в мнении, что это для него отнюдь не честь.

На несколько секунд лицо магистра-эконома снова изменилось. Оно приняло вид лица генерала-фабрикатора — конечно, когда тот был более молодым — прежде чем снова вернуться к изображению лица Торкуоры.

— Вы так долго отсутствовали, магос, — сказал Проксис.

— И все же недостаточно долго… — ответил Торкуора, заставив тень сомнения промелькнуть по жидкому металлу в стеклянной чаше, — … чтобы полностью достигнуть целей моей экспедиции. Мне пришлось оставить макрокладу скитариев для охраны остальных тайн нашей находки. И я опасаюсь, что мы оставили другие тайны неоткрытыми, и их могут присвоить враги Марса.

— Генерал-фабрикатор сожалеет об этом, — сказал Проксис. — Но он пожелал, дабы я удостоверил вас, что в систему Пербореи уже направлены подкрепления для усиленной охраны места крушения «Стелла Зенитика».

Торкуора повернулся, позволив Халдрону-44 Стройке увидеть выражение неудовольствия на его изуродованном лице, когда свет люменов, освещавших палубу, проник под капюшон техножреца. Стройка оставил гарнизон скитариев под командованием Талуса-Спуриа I/X, получившего заслуженное повышение за свое участие в зачистке колонизационного корабля от орков.

Ему было приказано обеспечивать безопасность места крушения и небольшой армии каталогистов и магосов-археотехников, которых Омнид Торкуора оставил на том несчастном ледяном мире вершить работу Омниссии. Стройка полагал, что едва ли тайны колонизационного корабля могут быть открыты кем-то другим, учитывая, сколько времени прошло с тех пор, как планету посещал кто-то еще. Альфа-примус не считал, что «Стелла Зенитика» или даже зеленокожие дикари целенаправленно прибыли на маленькую ледяную планету, не представлявшую ценности ни в стратегическом отношении, ни в плане ресурсов. Что Стройка не учитывал в своих оценках — опасность, которую представляли другие магосы и эксплораторы, которым не терпелось самим добраться до Пербореи и присвоить драгоценные тайны и сокровища корабля.

— Это…? — начал Проксис, повернув стеклянную чашу своей головы и глядя на передвижной ковчег.

— Да, — прервал его Торкуора. — Это он.

— Когда генерал-фабрикатор узнал о вашей находке из зашифрованных астротелепатических донесений, он настоял на том, что должен увидеть такое сокровище лично. Он убежден, что оно только выиграет от пребывания в святости и полной безопасности мира-кузницы. Это не проблема, не так ли, магос?

— Не проблема, — процедил эксплоратор сквозь стиснутые зубы из адамантиевого сплава.

— Вы, конечно, понимаете, магос…

— О да, — сказал Торкуора. — Я вполне понимаю.

— Тогда пойдемте? — предложил Проксис. — Весь мир-кузница ждет вас и ваше сокровище.

— Пойдем.

ИЗБРАНО: ДЕНТРИКА II ИЗ II

ПОДКЛЮЧИТЬ НЕЙРОКОНФЕРЕНЦИЮ — ЗАПРОШЕНО БЕСПРОВОДНОЕ АВТОШУНТИРОВАНИЕ

ЗАГРУЗКА… +ПОИСК ЗНАНИЯ +

Орбитальная баржа с ревом мчалась над поверхностью туч, поднимая цветную дымку из ядовитой тьмы внизу. Стоя в причудливой роскоши ее тамбура, Халдрон-44 Стройка наблюдал, как мимо проносится его родной мир. Баржа летела между цеппелинами, привязанными к перерабатывающим башням, сквозь потоки высотного движения: бриги-буксиры, грузовые корабли и огромные транспорты-балкеры.

Среди пассажиров баржи двигались херувимы и сервиторы с серебряной кожей, все облаченные в ливреи цветов Громового Храма, предлагая освященные масла, электроэнергию и амасек для техножрецов, которые не полностью заменили плоть бионикой.

Пара древних автоматонов-охранников стояла на страже у поднятого трапа, их неподвижные внушительные фигуры были похожи на статуи. Магистр-эконом Проксис обменивался поздравлениями с техножрецами диагностикорума Торкуоры, в соответствии со своей ролью эмиссара. Появились несколько электрожрецов, напевавших литании своего культа и выражавших благодарность, плоть на их лицах была покрыта сетью подкожных схем. Творя знамения Святой Шестерни и выпуская потрескивающие электроразряды благословений кончиками пальцев, техножрецы приступили к официальным ритуалам над гусеничным ковчегом.