Рия Райд – Пламя Десяти (страница 59)
Изабель прикрыла глаза и мягко положила руку ему на грудь. Она все еще плакала, но Кристиан чувствовал слабую улыбку в ее голосе, когда она согласилась остаться после приема. Его сердце было готово разорваться от любви.
– Я всегда буду заботиться о тебе, Изи, – снова и снова обещал он, сильнее прижимая Изабель к себе, целуя ее пальцы, лоб, веки и высушивая губами влажные дорожки от слез. – Клянусь, что бы ни случилось, я всегда буду заботиться о тебе.
Глава 20. Война – лишь ширма
– У тебя будет минут двадцать, – предупредила на ходу Мэкки. – Сейчас в отсеке Хейзеров дежурят Альберт и Нокс, они с нами, но их смена скоро закончится. На твоем месте я бы поторопилась. Их сменит Уильям Хант, а на его поддержку я бы рассчитывать не стала. Он брюзга до мозга костей и продажная мразь. Дополнительной охраны на этаже нет, о сигнализации мы позаботились. Калиста должна была отключить внутреннюю сеть связи во всем крыле, так что вызвать подкрепление и скрутить тебя раньше времени Хейзеры не смогут. Как минимум им придется тебя выслушать. Нам же это и требуется, верно? – на всякий случай уточнила Мэкки. – Ты ведь не выкинешь какую-нибудь глупость?
Это наверняка был вопрос с подвохом. Когда мы добрались до блока командования, она остановилась и, оглянувшись, бросила на меня озадаченный взгляд.
– Надеюсь, обойдемся без этого, – подтвердила я.
– Хорошо, – кивнула Мэкки. – Но есть и сложности. Не только Хейзеры не смогут вызвать подмогу, но и ты. Твой браслет здесь бесполезен, – она указала на мою руку. – Мы останемся без связи.
– Я справлюсь. Главное – проследите за Заком. Пусть использует код взлома лишь в крайнем случае, иначе это повлияет на работу всей спутниковой сети. Надеюсь, Дикие леса выйдут на связь до того, как станет слишком поздно.
– Это было бы весьма кстати, – скривившись, отметила Мэкки.
Я приблизилась и обняла ее до того, как она успела опомниться и оттолкнуть меня, и плавно скользнула рукой в кобуру ее заднего кармана.
– Спасибо, Мэк.
– За то, что помогаю тебе спасти мою же задницу, или за то, что прикрываю твою от Конгресса?
– За все. Я в тебе не ошиблась.
– Понятия не имею, что все это значит, – пробормотала Мэкки, отстраняясь, – но надеюсь, я в тебе тоже. Дерьмо, – сказала она, заметив входящее уведомление на браслете и побледнев. – Мы опоздали. Хейзеры только что одобрили приказ о наступлении на Дарген.
У меня упало сердце.
– От кого новости?
– Калиста, – сухо процедила Мэкки и, машинально перехватив меня за локоть, нервно оглянулась. – Все кончено. Надо уходить.
– Если приказ пришел только сейчас, ничего еще не кончено. Хейзеры у себя? Значит, у меня все еще есть двадцать минут, как ты и сказала, – отрезала я. – Ничего не изменилось, Мэк. Дай мне проклятые двадцать минут. Я заставлю Хейзеров отменить приказ. Это наш последний шанс сделать все мирно.
Мэкки отпустила мою руку.
– Двадцать минут и ни секундой больше.
– Проследи за Заком, – на бегу бросила я.
Двадцать минут могли все решить. Этого хватило бы, чтобы убедить Лаима Хейзера связаться с Аликом и отозвать приказ, но могло оказаться недостаточно, чтобы остановить корабли Кастелли и Гелбрейтов. И в этом была главная проблема – у нас бы получилось отсрочить катастрофу на Тальясе, но не вышло бы предотвратить ее у кристанских рубежей. Все могло оказаться зря – вот что пугало меня больше всего. Но даже спасти силы Тальяса было возможно лишь в том случае, если Лаим Хейзер согласится меня выслушать…
Я сжала челюсти и ускорилась. Рейнир всегда учил меня никому никогда ничего не доказывать – лишь ждать, когда от безысходности те, кому необходимо, сами обратятся за помощью. Он говорил, что лишь в настоящем отчаянии люди способны предложить действительно стоящую плату. А еще это был лучший способ минимизировать риски – избавиться от лишних вопросов и требований того, кто просит. Поэтому Рейнир так любил катастрофы – он терпеть не мог что-либо объяснять и имел возможность взвинчивать за свои услуги самую высокую цену. За вызволение Нейка Брея он получил земли в Галийской и Валаатской системах, а за помощь в создании повстанческих баз его личный счет пополнился суммой, в несколько раз превосходящей годовой бюджет всего Кериота. На восстании он сколотил состояние, соизмеримое с имуществом членов лиделиума. Полагаю, ничто в галактике не стоило так дорого, как верность Рейнира Триведди.
Еще один его урок, которым я в очередной раз пренебрегала, – всегда иметь второй план про запас. У меня не было даже первого. Я неслась в кабинет Лаима Хейзера, полагаясь лишь на собственную убедительность, его понимание и лояльность совета. Рейнир бы счел меня полоумной. Кажется, я даже слышала его горький, полный разочарования смех и слабые саркастические упреки.
На всем этаже, как и обещала Мэкки, не было никакой стражи. Лаима Хейзера я увидела сразу, как ворвалась в кабинет. Он стоял в противоположном конце помещения. Нас разделял большой стол, за которым я насчитала около двадцати участников, большая часть из которых присутствовала здесь в виде голограммы. Их объемные яркие силуэты в креслах казались почти реальными. Все как один гости удивленно обернулись в мою сторону, стоило мне переступить порог. Я почувствовала странную смесь облегчения и тревоги, когда узнала некоторых из них. Несколько человек из присутствующих были мне знакомы еще по советам в Диких лесах, и, с одной стороны, это почему-то добавило мне уверенности, а с другой – страх быть узнанной оказался куда сильнее.
Физически в кабинете Лаима Хейзера присутствовали только пятеро – главы геологического отдела, отдела безопасности и оперштаба и еще два незнакомца – низкий светловолосый мужчина с узким разрезом глаз и тяжелым двойным подбородком и юноша-альбинос лет семнадцати, вероятно его сын. Их внешнее сходство было таким же очевидным, как и то, что происходящее навевало на них чудовищную скуку. Я догадалась, что передо мной были Валериан Антеро и его сын, о которых успела вскользь упомянуть Мэкки.
– Лаура? – Лиам Брайт вытянулся в лице.
Лаим Хейзер выглядел не менее растерянно.
– Прошу прощения за вмешательство, милорд, – я старалась говорить так, чтобы меня мог расслышать лишь мистер Хейзер и те, кто физически был здесь. Я боялась, что члены совета, с кем мы уже встречались ранее, вспомнят мой голос. – Меня зовут Лаура Гааль. Чуть ранее мистер Брайт просил меня помочь восстановить связь со спутником в Пальской системе. Так мы узнали о кораблях Гелбрейтов и Кастелли…
– Что вам нужно? – нахмурившись, перебил Лаим.
Мистер Брайт смотрел на меня так, будто я подставила его перед всем советом. Или ударила ножом в грудь.
– Вы отдали приказ выступать на Дарген, хотя знаете, что это не только погубит наших людей, но и спровоцирует ответную атаку Диспенсеров. Сколько бы кораблей мы не отправили, они будут в выигрышном положении…
– Что тут происходит, Лаим? – со слабым возмущением проворчал Валериан Антеро.
Он был не единственным, кого возмутило мое вторжение. По кабинету расползся недовольный шепот. Я заметила одну странность – голосов в помещении было явно больше, чем гостей, из чего я сделала вывод, что видела не всех, кто следил за собранием. Часть из них не показывались перед советом.
Это было плохо. Я могла мысленно установить связь с теми, кого хоть раз видела вживую. Но проникнуть в разум тех, кого я не могла даже представить, у меня бы не вышло. Это все сильно осложняло. Если все пойдет по худшему сценарию, у меня не будет возможности использовать силы незаметно для остальных.
– Не думал, что решения, принимаемые здесь, подлежат обсуждению, – в голосе Лаима Хейзера не чувствовалось ни ярости, ни надменности, однако понимания в нем тоже не было и в помине. – Мы прекрасно осведомлены о рисках…
– Это не так.
– Простите?
– Судя по тому, что вы уже приняли решение и отдали приказ, вы не осведомлены о рисках и, при всем уважении, скорее всего, не осознаете масштабов бедствия, которое непременно наступит, если мы выступим на Дарген, – сглотнув, выпалила я на одном дыхании. – Я ничего не понимаю в политике, мистер Хейзер, но я хорошо разбираюсь в геологии. При наилучшем раскладе до Даргена более пяти часов пути. Если корабли Гелбрейтов и Кастелли атакуют его сейчас, и Кортнеры, и Диспенсеры незамедлительно примут меры. До нашего ближайшего союзнического рубежа тридцать световых лет, до их – пять. К тому моменту, как наш флот пересечет ближайший рубеж Даргена – на границе его встретит целая армада. Вы, как и все присутствующие, конечно же, не можете этого не понимать, к тому же мистер Брайт наверняка известил вас о всех сложностях, – я бросила короткий взгляд в сторону геолога. – Но вот чего вы не знаете. Чтобы добраться до Даргена, вы, как я понимаю, намерены использовать черные дыры и последние разработки Триведди, которые были испытаны лишь раз. Вы полагаете, что все черные дыры работают одинаково, но это большое заблуждение. Каждая из них – это мини-вселенная, требующая отдельного изучения и просчетов. Ближайшая черная дыра к Тальясу – Крейс-V, через нее вы намерены отправить корабли к Даргену? Полагаю, что да. Ее физическая масса в три раза больше той, что использовал Андрей Деванширский, чтобы через «Стрелец А» вывести корабли к Данлийской системе. Вы учли это при расчетах? А искажение времени внутри горла дыры? Оно минимум в полтора раза больше, чем в данных, которые, должно быть, передали вам из Диких лесов…