Рия Райд – Пламя Десяти (страница 56)
Калиста вздрогнула при упоминании сестры. Ее губы дернулись и сжались в узкую полоску, а глаза потерянно блуждали по лицам вокруг, будто она искала поддержки – хоть какой-нибудь надежды, что все может обойтись.
Бессилие отдавало металлической горечью на языке. Я наскоро вытерла тыльной стороной ладони искусанные в кровь губы и бросила взгляд на панель с часами. Секунды, мелькающие на них, ощущались вечностью – стук собственного сердца казался мне куда быстрее. При наилучшем раскладе корабли Гелбрейтов и Кастелли должны были достигнуть Пальскую систему минут через сорок. В худшем, при увеличении скорости, это могло занять чуть более двадцати. До Шариатской системы, а также до Ральса и Даргена флот должен был добраться немногим позже. В среднем от получаса до пятидесяти минут. Если Дикие леса не отзовут приказ – Кристиан уничтожит флот Гелбрейтов и Кастелли, едва тот пересечет границу.
А следующими будем мы.
Глядя на часы, я будто отсчитывала секунды до собственной смерти.
Я знала, что Андрей меня не слышит, но продолжала мысленно повторять это снова и снова. Он сказал, что не имеет к этому отношения, значит, должен был все понять, вернуть контроль и отозвать приказ. Если, конечно, тот, кто руководил всем этим, заранее не позаботился о том, чтобы его остановить. Меня пробрала холодная дрожь. Поэтому он мог не отвечать. Андрей бы вряд ли услышал меня, будь он без сознания.
– Мэк, – тихо позвала я, – на пару слов.
Мэкки оглянулась и, нахмурившись, подошла ко мне.
– Ты знаешь, где проходит собрание Лаима Хейзера? – начала я, чувствуя на спине пристальные взгляды Калисты и Филиппа.
– Допустим, – настороженно отозвалась Мэкки.
– Сколько там человек? Известно, кто присутствует лично? Кроме самого Лаима?
– Откуда я, по-твоему, могу это знать?
– Хотя бы примерно, Мэк! Ты можешь предположить?
– Полагаю, человек пять-семь, – сухо ответила Мэкки. – Из лиделиума – сам Лаим, Валериан Антеро и его сын – они прибыли несколько часов назад. А из наших – Лиам Брайт, само собой, Руфь Дарс – глава отдела безопасности, и Роман Крейс – глава оперштаба. – Между ее бровями залегла складка. – Почему ты спрашиваешь? Что ты задумала?
– Единственное, что еще может нас спасти. Мне нужно попасть на это собрание. Если они собираются послать вас в Дарген, я смогу их остановить.
– Как?! Залезешь к Хейзеру и Антеро в голову? – прошипела Мэкки.
– Попробую их переубедить. Я работала над «Стрельцом А», перемещение отсюда до системы Дарген – это чистое самоубийство. Надеюсь, у Лаима Хейзера хватит ума не отправлять на гибель своих людей.
– Мы не отправимся туда, – сказала Мэкки. – Если он отдаст этот приказ, мы все откажемся, – она спешно осмотрела зал, где помимо ее отряда собралось больше двух сотен штурмовиков. – Все уже решено, – понизив голос, добавила она, – никто из нас на это не согласится.
– Это дезертирство, Мэк, – прошептала я.
Она кивнула.
– И бунт, если потребуется. Если уж умирать, то хотя бы не бессмысленно.
– Калиста с Филиппом в курсе?
– Они первые, кто это поддержал, – серьезно ответила Мэкки.
– Помогите мне проникнуть к Хейзеру. И у вас есть кто-то свой из геологов? Кто угодно. Нужно срочно отозвать флот Гелбрейтов и Кастелли. Нельзя допустить, чтобы он достиг прицельного расстояния. Я объясню, как связаться с кораблями напрямую.
– Зак, – коротко окликнула Мэкки тощего светловолосого парня лет семнадцати.
– Я пропишу основные команды и хронологию действий, – сказала я, когда он с одного пинка Мэкки без единого вопроса протянул мне планшет. – Сделаешь все в точности как тут указано? Ясно? И следи за временем. Этот код введешь только, когда до прицельного расстояния останется не более трех минут.
Глаза Зака полезли на лоб.
– Что это за команды?
– Это программа взлома. Она поможет установить связь с кораблями напрямую через спутник и зашифровать наш сигнал под Дикие леса.
– Фантастика! – пробормотал Зак.
– Она сломает всю систему. Вводишь ее в крайнем случае, ты понял меня? – требовательно переспросила я.
Зак кивнул и с немым восторгом бросился прочь.
– Никогда в жизни не видела его таким воодушевленным, – отметила Мэкки.
– Я только что дала ему термоядерную бомбу. Когда Рейнир впервые показал мне этот код, я была воодушевлена не меньше.
– И что теперь? – оглянулась Мэкки, едва Зак растворился в толпе.
– А теперь веди меня к Лаиму Хейзеру. Что бы ни произошло дальше, мы должны это остановить.
Глава 19. Я всегда буду заботиться о тебе
– Давай, спроси еще что-нибудь! – весело махнул рукой Кристиан. – Говорю же, я подготовился.
Изабель чуть нахмурилась и немного пролистала длинный список имен на голограмме.
– Далми.
– Земли в четвертом кольце. Столица, как и резиденция, на Бельгарсе в Гальдатской системе. На гербе белая птица с обвитыми вьюном крыльями. Что не удивительно, они просто… помешаны на этих птицах, – скривился Кристиан. – Я никогда не был на Бельгарсе, но Раиса Далми так часто хвастается своими ручными пернатками, что я мечтаю попасть туда только ради того, чтобы зажарить их на вертеле и заставить ее наконец заткнуться.
Изабель бросила на него озорной взгляд, и уголок ее рта тут же взлетел вверх.
– А вы видели моих пернаток? – спародировала она визгливый голос Раисы Далми. – В том месяце они дали целый выводок!
– Вам стоит немедленно навестить нас на Бельгарсе! Сейчас же! – подхватил Кристиан, громко хлопнув ладонями по сиденью по обе стороны от себя и выпучив глаза в точности как это делала женщина. – Мои пернатки лучшие! Таких, как у меня, вы не найдете во всей вселенной!
– Она сумасшедшая, – расхохоталась Изабель, когда на лице Кристиана расплылась широкая улыбка.
– С этим не поспоришь.
Искренний смех Изабель переливался в воздухе мягким звоном, и, если бы он мог вдруг материализоваться, его свет непременно разлился бы золотом по всей гостиной. Он был бы ярче, чем лучи Данлии, что с рассветом пробирались к Кристиану в спальню через плотные шторы.
– Так, ну допустим, – выдохнула Изабель. – Бренвеллы!
– Главная резиденция на высушенной Элькаде в Дальфийской системе, земли – в пределах второго и третьего кольца, – не думая ни минуты, сказал Кристиан. – На гербе дома – роза в огне. У Сейруса Бренвелла было двое детей, но сын умер в детстве, и осталась только дочь.
– София, – одобрительно кивнула Изабель, – она будет сегодня. Я вас представлю.
– Точно, София, – равнодушно пожал плечами Кристиан. Он почему-то был уверен, что встречал ее раньше, но никак не мог припомнить ее лицо. Впрочем, его это не сильно волновало. О Софии Бренвелл он забыл уже в следующую минуту.
Изабель немного поерзала на месте и озвучила следующую фамилию:
– Лангборды.
Кристиан слегка нахмурился и потер пальцами у висков, пытаясь припомнить, о ком речь.
– Сложно. Галисийская система с резиденцией на Кериоте. Герб… три скрещенных меча. От Лангбордов сегодня будет человек пять, кажется.
– Впечатляет, – одобрила Изабель, быстро пролистывая список, который, казалось, не закончится никогда. – Как ты всех запомнил? Тут больше двух тысяч гостей.
– Поверь, это было несложно. Уверен, как минимум десятую часть из них занимают одни Адлерберги.
– От которых ты не в восторге, – заключила Изабель.
– От которых я не в восторге, – подтвердил Кристиан. – Они сметают всю еду, не говоря уже о том, что этот Пирс плетется за каждой юбкой и вечно снует везде где ни попадя.
– Ты хотел сказать, Питер?
– Нет, не хотел.
Кристиан встал и подошел к окну, пытаясь скрыть улыбку, что против воли вновь тронула уголки его губ. Ему нравилось подтрунивать над Адлербергами и другими семьями лиделиума вместе с Изабель, нравилось говорить с ней о всякой ерунде и обсуждать вечер в честь Дня Десяти, что должен был состояться сегодня в их Данлийской резиденции. А еще нравилось делать вид, будто все это ничуть его не волновало, а томительное предвкушение от ожидания праздника не заставляло его сердце биться в два раза чаще.
Джорджиана не устраивала приемов два года, с того самого дня рождения, на котором Кристиан вновь встретил Изабель. В любой другой день он был готов поклясться, что на дух не переносит любые массовые праздники – и в особенности те, что проходили в их резиденции. В отличие от детства, когда размашистые торжества его завораживали, теперь Кристиана раздражало в них все – от толпы наглых гостей, что разгуливали по парадным залам как у себя дома, до громкой музыки и вычурных нарядов, от пестроты которых ему хотелось выколоть себе глаза. Но в этот раз все было по-другому.
Предстоящий прием должен был стать настоящим триумфом. Впервые за долгие годы его мать осмелела и, судя по списку гостей, решила собрать в их стенах весь лиделиум. День Десяти идеально для этого подходил. Кто, если не Диспенсеры – прямые наследники последней сохранившейся династии Десяти, – имел право отмечать этот праздник как собственный? Кристиан соврал бы, если бы не признал, что этот факт весьма ему льстил.