Рия Миллер – В лабиринтах лжи (страница 53)

«Все будет повторяться вновь и вновь, до тех пор, пока не разрушишь лабиринты».

Ночь XIV

Допрос

– Обещай, что позаботишься о будущем и станешь лучшим королем, – проговорила она.

– А ты?

– А я буду наблюдать и гордиться твоими успехами.

Я открыл глаза, и воспоминания с голосами испарились. То обещание было выполнено мной. Каролина солгала, она не наблюдала и не выходила на связь, а лишь дарила новые кошмары и погружала с каждым новым годом меня в ад… В ад воспоминаний. Любые прикосновения и воспоминания стали невыносимы. Я видел кровь и как любой человек, к которому я прикасался, обращался постепенно в скелет, кожа гноилась, сохла и отваливалась кусками, а затем слышалось шипение черных с алыми глазами змей. Они ползали по издающим хруст костям и лабиринту, где я находился. Чтобы не видеть этого, я стал носить перчатки и меньше спать. Если сон оказывался сильнее, то напивался и после проваливался на пару часов во тьму. Однако все изменилось, когда внезапно на одном вечере в Совете я увидел в лабиринте Каролину. Она убегала от тени и, возможно, неосознанно звала меня на помощь. Зажмурив на секунду единственный глаз, я тогда выкинул сон из головы и списал его на галлюцинацию, но на следующий день при обсуждении новых законов и новостей города все повторилось. Только во второй раз раздался голос Анжи, пропавшей сестры Кары. Услышав его, я перевел взгляд на Лилиану Сойлер. Подозрение, словно змея, обвившая мою шею, шипело в ее сторону. Пока бессмертная увлеченно рассказывала свои идеи и выдвигала теории, кто мог оказаться убийцей, оставлявшим розы в глазницах жертв, я, как хищник, осторожно пробрался в сознание Лилианы. И усмехнулся, но никто не заметил этого. Все за круглым черным столом были увлечены, а вернее, соблазнены ложью бессмертной.

– Лилиана, а скажите мне, вы верите в то, что убийцей мы можем быть сами? Судя по вашей теории, создается ощущение, будто убийца прячется в вас или находится в вашем доме, – вертя трость под столом, задал я провокационный вопрос.

Лилиана стихла. В ее ледяных глазах что-то мелькнуло. Полагаю, это был страх. Бессмертная боялась и в то же время засомневалась в смысле моих слов. Увидели ли остальные в ней изменения? Впрочем, какая разница. Я равнодушно наблюдал за Лили, но внутри все горело, и было дьявольски интересно, что ответит и как выкрутится Сойлер.

– Верю, – мило улыбнулась она после небольшой паузы. – Но у меня нет раздвоения личности и тому подобного. У убийцы, подозреваю, вполне может быть.

Я перестал вертеть трость и сжал набалдашник, представляя вместо черепа головы Каролины и Лили заодно.

– Я не люблю розы, – призналась она, но все равно приняла мой подарок.

– Почему?

– Не знаю. Мне порой кажется, что они вскоре станут моим проклятием на всю жизнь.

Я сделал глоток виски, и воспоминание исчезло, вернув меня обратно в кабинет. Когда я сел в кресло, задумчиво посмотрел на камин. Языки пламени дарили тепло, пока я бродил в лабиринтах мыслей и пытался понять, что у Лили на уме. Она окончательно сошла с ума за последние несколько дней. Закрывать глаза на ее преступления я не собирался, да и просящий помощи голос Анжи беспокоил больше, чем состояние Кары. Ох уж эти женщины… Одни проблемы от них. Устало выдохнув, я допил виски и включил телефон. Найдя контакт лучшего друга, набрал его. Несколько томительных секунд шли гудки.

– Да, я тебя слушаю, дружище, – взял трубку Александр.

Помимо его голоса гремела музыка и посторонние разговоры. Охотник снова развлекался в клубе NEON.

– Как там продвигаются поиски Анжи? – спросил, улыбнувшись уголками губ и глядя сквозь бокал в окно на ночной Бен-Йорк.

– А-а, слушай, тут такое дело. – Друг замолк, оставив меня ненадолго с музыкой и посторонним шумом. – В общем, твой кошмар вернулся. Анжелика находится у него и Лили.

Ситуация набирала интересные обороты.

– Так кошмар сейчас с вами в клубе?

Я надеялся, что получу ответ «нет».

– Она пока не пришла, но ее запах уже чую. Кажется, кошмар сейчас подходит к клубу.

В голове созрел план, и я довольно улыбнулся. Мне захотелось немного веселья, ведь я давно не играл. Поделившись планами и дав несколько приказов другу, я взял трость и подошел к окну.

– Я перепишу финал вашего с Лили спектакля, Каролина д’Эсте.

Представив голову Кары, я сжал набалдашник.

– Ты наверняка считаешь меня сумасшедшей.

– У всех есть свои причуды.

– То есть тебе нравится дружить с той, кто видит галлюцинации и считает, что розы предсказывают будущее?

Девочка остановилась возле куста белых роз. Я не смог сдержать улыбку, замечая в ее глазах удивление. Оно так красило принцессу, что я готов был все отдать богам, лишь бы это чудо всегда дарило мне удивление и делилось со мной всеми своими причудами.

– Да, нравится.

– Никогда не думала, что с кем-то буду делиться своими кошмарами и странностями, которые боюсь признать.

Прогнав воспоминания, я зашел в ресторан «Старый рояль». Музыка оркестра и фальшивые ядовитые улыбки компании Лили и ее сестры испарились, когда увидели нежданного гостя. Почувствовав себя новым главным героем спектакля, я двинулся гордой и уверенной походкой вперед, опираясь на трость и ощущая за спиной страх и панику бессмертных. Лилиана думала, что все держала под контролем, а ее ложь еще не разоблачили. Усмехнувшись мысленно наивности Сойлер, я сел напротив нее за стол и взял бокал с кровью. Пока в ее ледяных глазах плясали вальс недоумение со страхом, я жестом отдал приказ охотникам окружить этот «рай», в котором собрались предатели, убийцы и мои «сторонники», мечтавшие скинуть меня с трона.

– Ну что, сыграем в «Правду или ложь»? – обратился я к Лилиане и сделал несколько глотков крови. Сладкая жидкость сначала обожгла горло, а затем тепло разлилась. Чудовище внутри потребовало еще, но я не собирался его кормить… Не сегодня.

– Я боюсь, что все мои сны и видения скоро станут реальностью, от которой я буду всю жизнь убегать. Мне страшно, что потеряюсь в собственных лабиринтах.

Голос Каролины из воспоминаний я заблокировал, когда спустился в подвал и встретился взглядом с Анжи. Обмотанная серебряной цепью на стуле, сестра-близнец королевы из последних сил наградила меня измученной, но благодарной улыбкой.

– Ты пришел, – прохрипела она и отключилась.

Не обращая внимания на соблазняющий разум запах крови и мигающий свет, прихрамывая, я подошел к бессмертной и принялся избавлять ее от адских цепей, что оставили многочисленные шрамы на когда-то бархатной нежной коже. Если бы на месте Анжи оказалась Каролина, я бы без лишних сожалений продлил ей ад и вдобавок внушил, как после каждой лжи она падала бы в объятия огня.

Передав Анжи одному из охотников, я отдал приказ, чтобы о ней позаботились во дворце, а остальных подопечных Лили и участников спектакля нашли и собрали в комнате для допроса. Сам я остался в особняке дожидаться возвращения Каролины, чтобы окончательно поставить точку в этой истории лжи. Королева даже не догадывалась о том, что я давно следил за ней и слышал все ее мысли. В своих иллюзорных лабиринтах она тщательно продолжала игнорировать меня и внушать, что никакого короля нет. Забавно это все, конечно, и глупо. Если она думала, что всю жизнь будет убегать и прятаться от правды и ответственности, то у меня для нее плохие новости: то, от чего Каролина убегала, сегодня ночью ее догонит. Сколько бы личностей Кара себе ни создавала, я без проблем найду ее и заставлю вспомнить все, что она заставляла себя забыть. Но для начала повеселюсь и создам ложный финал для нее.

– Королева лжи, я создам вам сюжетный поворот, который вы даже в книгах не встречали, – довольно проговорил я и спрятался, сливаясь с тьмой.

– Ты встречал когда-нибудь любовь?

– Еще нет.

– Я ее встречала и видела, но потом она ушла вместе с мамой, а отец стал монстром. – Принцесса замолчала, глядя на розу, а затем добавила: – Чтобы выжить после смерти матери, я научилась лгать и отключать свои чувства и эмоции. Мне было страшно вновь встретить любовь, которая потом какого-то дорогого для меня человека заберет, превратив меня в еще одного монстра.

Воспоминания потухли, когда я вошел в комнату, напоминающую скорее клетку, но без железных решеток. Вместо них были серые стены и зеркало, за которым находилось другое помещение. Сев на стул и поставив возле ножки стола трость, я жестом отдал приказ начинать допрос. Первой вошла и села напротив Надия. Любопытство, почему она участвовала в этом спектакле, душило меня. Даже если дочь согласилась ради «легких денег» поиграть от скуки, перед судом и Советом я не собирался ее защищать. За свои поступки каждый нес ответственность, независимо от того, кто он.

– Я не хочу использовать внушение на тебе, – признался я. Висевшая над нами лампа пару раз мигнула. – Надеюсь, ты будешь честно отвечать на мои вопросы.

Улыбка ненадолго украсила грустное милое личико дочери. Нарушать личные границы и лезть ей в голову я не хотел и не собирался.

– Тебя соблазнили деньги Лили, которые я и сам мог тебе дать? – задал первый вопрос.

Давать ответ Надия не спешила. Она будто искала нужные слова, а я не торопил ее и терпеливо ждал.

– Нет, – прозвучало первое слово дочери, из-за чего я мысленно с облегчением выдохнул. В глазах промелькнула грусть. Все бы отдал богам, чтобы больше не видеть подобного у дочери. Куда приятнее смотреть, как она смеялась звонким смехом или хитро улыбалась. – Я хотела увидеть мать, чтобы убедиться, что она жива, и узнать правду. Мне было все равно, какую роль или какое задание даст мне Лили. Признаюсь, ради этого я готова была даже нарушить любые правила и законы.