Рита Толиман – Месть с того света (страница 36)
— Клара, ты здесь? — спросил Эдик в трубке.
Клара, скуксив лицо, продемонстрировала Инне, что у нее сверхважный разговор по телефону.
— И где он живет? — спросила она Эдика.
— В Москве на Хохловском переулке.
— Заеду к ней, — заверила Клара.
Инна не отступила ни на шаг, дожидаясь, когда Клара положит трубку.
— Ты закончила с процедурами? — спросила она, когда Клара убрала телефон.
— Да.
— Отлично! Я тоже! Пойдем пообедаем в Шантеле.
— Инна, я занята, — ответила Клара. Следовало как можно быстрее ускользать из лап этой бестии. — Мне нужно встретиться с внучатой племянницей.
— Дорогая, мы быстро, Шантель на первом этаже. А ты пробовала оленину от шефа под ягодным соусом?
Только от названия у Клары рот наполнился слюной и спазмом свело желудок.
— Нет, — мотнула головой она. — Мне правда пора.
— Клара, не узнаю тебя, ты отстала от жизни. Ты обязана это попробовать!
— Не сегодня, — Клара чмокнула назойливую Инну и бросилась к кассе.
Кузьминична протянула карту кассиру. Краснова встала за ней.
— Оплата невозможна, — прокомментировала кассирша.
— Как это?! На карте есть деньги! — возмутилась Клара.
— Не волнуйтесь, Клара Кузьминична. Я вышлю вам счет на почту, оплатите позже, — успокоила девушка.
— Ладно, — сказала Клара с досадой.
— Может, тебе перекинуть денег? — с напускной заботой спросила Инна. Во всем этом Клара видела лишь издевку.
— Спасибо, не надо. Оплачу позже, — пресекла Клара и пулей направилась к дверям.
Кузьминична села в машину.
— На Хохловский переулок, — скомандовала она водителю.
За окном проносился город. Модный, суетный, хваткий. Город для людей с тугими кошельками, высасывающий из любого, попавшего в его сети, все финансовые соки. Город, не оставляющий места для бедных и слабых, для тех, у кого не течет в жилах денежная кровь.
Стеклянные бизнес-центры, поражающие исполинскими масштабами, средоточие финансовой энергии города. Именно сюда, как пчелы в улей, слетались богатеи, чтобы оставить свою порцию финансового меда. И сейчас Клара отдалялась от этих стекляшек с совершенно опустошенной душой и кошельком.
Кристиночка выбежала встретить Клару во двор. Кузьминична подтерла слезу, натянула улыбку. Что-что, а перед любимой племянницей всегда нужно держать марку. Клара для нее всегда была кумиром, им и следовало оставаться.
— А ты чего так странно одета? — спросила Клара повисшую на ее шее племяшку.
На худеньком тельце висел огромный черный балахон с одной лямкой через плечо, топорщащийся во все стороны и длиной до щиколотки. Кристина отошла, покрутилась.
— Ты что, Кларусь?! Это же последний писк.
— Это кто тебе такое сказал?
— Мы вместе с Николя покупали. Он француз. У него тонкий вкус.
— Николя — это твой друг?
— Да. Он скоро придет, я вас познакомлю.
Обрушившееся на Клару бедствие она собиралась переваривать в уединении. Не хотелось выдать слабину, а сил оставаться прежней у Клары не было. Она едва вырвалась из цепких лап Инны Красновой, как попала в Кристинины коготочки.
— Этого еще не хватало! — нахмурилась Кузьминична.
— Кларита, прошу! — воскликнула Криса.
Но не могла Клара отказать внучатой племяшке.
В квартире, куда привела Кристина, веяло духом богемы. Экспрессионистское панно на полстены с переплетенными человеческими телами, скульптуры в виде женских органов, забитые книгами стеллажи. На кухне на стене висели половники с ручками в виде фаллосов. Кларе стало не по себе от всей этой эротической эстетики.
На плите в кастрюле что-то булькало. На столе лежали овощи, рыба.
— Я готовлю обед, — сказала Кристина.
— Умеешь готовить?! — удивилась Клара.
— Теперь да. Николя любит французскую кухню.
— А что твой француз делает в Москве?
— Он здесь живет. Россия вдохновляет его.
— И долго ты здесь собираешься оставаться?
— Что за вопрос? Мы любим друг друга!
— А как же будешь готовиться к ЕГЭ? С этими гадкими поварешками за плитой?!
— Кларусь, какое это имеет значение? Николя — гений, а я буду его музой.
— Сомневаюсь, что в робе с половником в руках возможно стать музой.
— Я понимаю, что у тебя катастрофа и ты не в настроении. Выпей лучше вина, — Криса протянула бокал.
Кристина ловко жонглировала ингредиентами, приправами и подливами, вскоре на столе выстроился ряд блюд.
— Все в лучших французских традициях! — довольная собой Криса сняла передник.
Из прихожей донесся шум голосов, в гостиную вошел плечистый мужчина лет сорока не первой свежести. И без того некрасивое лицо выдавало любовь к выпивке: одутловатость, мешки, недельная щетина. За ним следовали длинноногая красотка в коротком платье и худощавый мужчина лет тридцати.
— Кристиночка, к нам гости! — Николя явно был навеселе. — Надеюсь у нас достаточно лукового супа, чтобы накормить всех.
И только сейчас он обратил внимание на Клару, сидящую в кресле.
— Добрый день, — сказала она, поднявшись гостям навстречу. — Я — Клара. Двоюродная бабушка Кристины.
— Я — Николя, это Серж и Алла. Мои друзья, — ответил он на неплохом русском. — Меня определенно восторгает Россия. Как может бабушка выглядеть как подружка внучки?!
— Заметьте, двоюродная, — поправила его Клара, но Николя уже было не до того.
— Все давайте за стол, — хлопотал он, — Кристина, пташка, подай суп.
Кристина явно не ожидала нашествия друзей и не рассчитала с объемом. Она разлила суп по пиалам, его хватило только покрыть дно.
— Моя новая девушка готовит очень вкусно, — говорил Николя. — Но очень мало.
— А предыдущая готовила очень много, но очень невкусно, — с усмешкой отметил Серж.
Клару разрывало от такого отношения к племяннице, при этом она совершенно не понимала, как прекратить это глумление. Устроить скандал? К чему это приведет? К тому, что и она потеряет связь с девочкой. Давясь возмущением, Клара едва сдерживала себя.
Криса пулей носилась между гостиной и кухней. Николя с друзьями поглощали еду и весело болтали. Из его витиеватых речей сложно было понять, то ли он ее хвалит, то ли поругивает.