Рита Навьер – Обмани, но останься... - Рита Навьер (страница 17)

«Вот как только ты это сделаешь – так сразу съеду», – ответила ему Марина. И больше они к этому разговору не возвращались.

Олег с Мариной жили просто как соседи, то есть друзья. Наверное, даже лучшие. Женьке этого не понять, но для Олега эти восемь месяцев были самыми счастливыми. Случались, конечно, и горькие моменты. Когда Марина ссорилась с Кириллом и ходила потом несколько дней вся серая, а то и вовсе рыдала у него на плече. И когда мирилась с ним и, счастливая, порхала по квартире. Или же когда Марина ночевала там, у Кирилла. Те ночи для Олега были самыми тяжелыми и мучительными. Он буквально задыхался и места себе не находил. Порой даже хотел бросить все и уехать. Но наступал день, она возвращалась, и всё становилось как прежде. Они вместе завтракали и ужинали, вместе ходили по магазинам и убирали квартиру, вечерами смотрели какой-нибудь фильм вдвоем или занимались математикой – Олег натаскивал ее к экзамену, чтобы на следующий год уж точно поступила.

Да, у нее был другой. Но жила она с ним, с Олегом. Ему готовила завтраки и ужины, ему гладила рубашки, ему доверяла свои секреты. И никому другому. И отказаться от всего этого он просто не мог. Ведь это было самое ценное в его жизни.

– Олег? Ну что ты молчишь? – спросила Женька. – Ты обиделся на меня, что ли? Но я же не со зла, я просто за тебя переживаю. Ну, хочешь, я больше ничего про нее говорить не буду?

– Хочу.

– Я постараюсь, – вздохнула Женька. – Подарок-то уже выбрал?

Олег перевел взгляд под кровать, куда спрятал коробку.

– Да.

– И что, если не секрет?

– Синтезатор.

– Синтезатор? В смысле, это типа электронного пианино?

– Да.

– А Маринка умеет играть?

– Нет, но давно мечтала научиться.

– Да-а, ты, как всегда, пытаешься все ее мечты воплотить в жизнь… Всё, прости, больше не буду. Но научиться играть – это же не просто. Кто ее учить будет?

– У нее от природы очень хороший слух, а синтезатор с функцией обучения.

– Надо же! До чего дошел прогресс… – присвистнула Женька.

Они распрощались на дружеской ноте, но на душе все равно было тяжело. Не из-за этого разговора. Просто Олег, хоть и не признавался себе, но боялся пятницы, боялся этой вечеринки, боялся того, чем она может закончиться…

20

Когда Олег приехал из университета, вечеринка была как раз в полном разгаре. Гуляли в комнате Марины, она и просторнее, и с выходом на балкон – для тех, кто курит.

Шум Олег слышал еще на подходе к подъезду. Но в самой квартире музыка грохотала так, что стены и пол вибрировали. Соседи наверняка завтра доложат хозяйке, но это сейчас его меньше всего волновало.

Хоржан стоял в прихожей, слегка ошарашенный. Не рассчитывал он на такой размах гулянья. Думал, будет примерно так, как было прошлой зимой у Женьки Гордеевой – посидели за столом, пообщались, немного потанцевали. Здесь же творилось настоящее светопреставление. И судя по воплям, визгам, хохоту и топоту, народу явилось раза в три больше, чем ожидалось.

Первый порыв был развернуться и уйти. Малодушно сбежать. Причем хоть куда, лишь бы подальше от толпы и этого оглушительного веселья. Но ведь тут оставалась Марина. Хотя вряд ли, конечно, она заметит его отсутствие, во всяком случае пока идёт праздник. Пока рядом с ней ее Кирилл.

Но, в конце концов, это была его идея. Так что придется потерпеть…

А как же вчера было хорошо! Они вместе с ней съездили в дискаунтер за продуктами и напитками. Кассирша, а затем и таксист приняли их за молодоженов. Марину это развеселило, и она в лифте назвала его в шутку мужем. Потом они полночи в четыре руки убирали до блеска дом и готовили закуски. Точнее, Марина готовила, а Олег был на подхвате.

Когда он утром уходил в универ, она еще спала. Будить было жалко. Так что открытку с поздравлениями и цветы – миниатюрные розы в крохотной плетенной корзиночке – он оставил на кухонном столе. Остальное – потом. Когда разойдутся гости.

Гости… Под ритмы очередного трека они плясали так, что, казалось, решили во что бы то ни стало проломить пол. И где-то там, среди них, Марина. Ей хорошо и весело. Сбегать он не станет, но и портить ей веселье тоже ни к чему.

Незамеченным Олег проскользнул в ванную, затем пошел к себе. Открыл дверь и вздрогнул. В темноте комнаты на фоне окна виднелся чей-то силуэт. Он включил свет и затворил дверь. Незнакомая девушка оглянулась на него, но сразу же опять отвернулась к окну и, низко склонив голову, сдавленно произнесла:

– Извините… я сейчас уйду…

Она плакала.

– У вас что-то случилось? – растерянно спросил Олег, подходя к ней ближе.

Девушка покачала головой, мол, ничего.

– Я же вижу, вам плохо. Кто-то обидел? Может, я могу чем-то помочь?

Она снова покачала головой.

– Я… я сейчас уйду, – повторила она, всхлипнув.

– Можете не спешить. Вы мне не мешаете… – Олег встал у окна боком, рядом с ней, облокотившись о подоконник. Оглядел ее внимательно. Худенькая, невысокая, русые волосы собраны в тонкий хвостик. Нос уже красный – видимо, долго плакала. – Что всё-таки у вас произошло? Расскажите. Станет легче.

Она скосила на него подслеповатые глаза, промокнула платочком слезы. Затем пошарила рукой по подоконнику, нашла очки и нацепила на нос. И снова на него посмотрела.

– Мы незнакомы, – то ли спросила, то ли сообщила она.

– С незнакомыми откровенничать легче всего, – выдал Олег прописную истину, хотя сам никому и ни за что не стал бы изливать душу.

Девушка кивнула, но продолжала молчать.

– Вы с Кириллом пришли?

Она снова кивнула и заплакала. И вдруг произнесла:

– Я люблю его… очень сильно… а он вспоминает про меня только во время сессии. Или когда какие-то проблемы в универе. Мне все… ну, девчонки из нашей группы и из общаги… так и говорят: «Он тобой пользуется». И я сама себе каждый раз клянусь, что всё, больше не куплюсь на его слова. Но вот он подходит, говорит что-нибудь приятное, ласково так… улыбается, зовет на свидание куда-нибудь, ну или сразу к себе и… я снова ведусь. Не могу отказаться. Хочется ему верить. Я же люблю его, он же мой пер… – Она осеклась и густо покраснела.

– А как же Марина? – вырвалось у Олега.

– А что Марина?

– Он же с Мариной встречается.

– С кем он только не встречается… – горестно вздохнула она. – С половиной курса у него хоть раз да было. Хотя с Мариной он дольше всех, да. Мне он говорил, что эта Марина так… ничего серьезного. Бегает за ним. Чуть что истерики устраивает. Типа достала его уже. Я как дура верила. А ему просто от меня нужен был тогда курсовик, сейчас вот диплом… А за ней скорее уж он бегает. Бесится из-за нее постоянно. Сам не знает, чего хочет. То просил меня ей сказать, что между нами ничего нет. То сюда приволок, чтобы она приревновала. А потом я подслушала нечаянно, как он ей на кухне говорил, мол, нашла к кому ревновать. Так и сказал: «Только посмотри на нее!».

Олег слушал ее, окаменев. Девушку было абстрактно жаль, конечно, но куда больше его угнетала мысль, что будет с Мариной, когда она узнает правду.

– Господи, это так унизительно! – воскликнула девушка. – Вот я сейчас вам рассказываю и как будто вижу всё со стороны… себя, его, всю эту ситуацию… И самой противно. Да пошел он к черту! Только пусть еще подкатит… Я ему так же скажу: «Нашел к кому подкатывать». И диплом свой пусть сам пишет!

И тут вдруг дверь открылась, и в комнату заглянула Марина. Девушка, вспыхнув, выбежала из комнаты. Марина удивленно оглянулась ей вслед, затем закрыла дверь и подошла к нему.

– Олег, а ты почему здесь? Ты давно пришел? Я тебя уже потеряла. Звоню и слышу в прихожей знакомое треньканье. И точно, из твоей куртки…

Она остановилась напротив, всего в шаге. Посмотрела прямо в глаза, и его словно жаром окатило. Так всегда бывало раньше, до того, как они стали жить вместе. До того, как он привык к ее постоянному присутствию. Тогда он деревенел, стоило ей подойти ближе, а каждое ее случайное прикосновение было равносильно неслабому удару током. И вот сейчас опять это – нахлынуло, вышибло воздух из легких, заполыхало в груди.

– … звенит… – шепотом и словно по инерции закончила фразу Марина и замолчала, глядя на него совсем не так, как обычно. Будто вдруг увидела то, чего прежде никогда не видела и сама растерялась. На миг показалось, что сейчас что-то произойдет, что-то очень важное. Сердце неистово заколотилось.

Этот странный момент длился всего несколько секунд. Затем Марина как будто смутилась и, сморгнув, отвела взгляд.

– Пойдем туда? – позвала она, больше не глядя на него.

– Пойдем, – хрипло отозвался Олег. Кровь все еще горячо стучала, и внутри пекло.

Он послушно последовал за ней. Музыку, к счастью, приглушили. Но народу и впрямь оказалось гораздо больше, человек двадцать. И галдеж стоял ненамного тише, чем когда громыхал бит.

Половину гостей Олег видел впервые. А девушка в очках, очевидно, все-таки ушла домой. Олег так и не узнал ее имени.

– Кирилл с собой привел, – словно угадав его мысли, сказала Марина с явным недовольством. – У них так принято, видать.

Люди сидели кто где – на диване, на креслах, на полу, на подоконнике. Одни держали в руках стаканчики, другие – бутылки с пивом. Стол задвинули в угол, высвободив пространство в центре комнаты. Если кому-то хотелось что-нибудь съесть или подлить – просто подходили, что-то брали и отходили.