Рита Лурье – Все без ума от Зои (страница 3)

Давай-давай.

Одно из двух. Если я его первая жертва, он может струсить. Положим, он – чокнутый поклонник Зои, который планировал похитить ее и трахнуть, вовсе не убить. Тем более в его планы не входила ее бешеная подруга, угрожающая вспороть себе глотку изделием китайской промышленности. Ему не захочется оттирать кровь, а ее будет много, уж я постараюсь перемазать ей всю эту стерильную клетку.

При худшем раскладе я имею дело с опытным, бывалым маньяком, но и он не захочет так быстро лишаться своей игрушки. Пусть я не Зои, но вполне себе утешительный приз. Он бы убил меня еще в лесу, но захотел поиграть. Слишком короткая игра выйдет игра…

Сыграем?

В двери щелкает замок. Я пячусь, чтобы пяткой нащупать брошенную на пол толстовку. Это – мой путь к отступлению на случай, если затея с осколком себя не оправдает. Я тощая, но жилистая. А еще очень злая. Пусть подойдет поближе. Посмотрим, смогу ли я задушить его рукавами. Как минимум, оглушить, чтобы запереть здесь и сбежать. Словом, я полна решимости.

К несчастью, я не учла, что он может быть вооружен. Мой взгляд утыкается в дуло пистолета, смотрящего в мою сторону. Даже если он не заряжен, сам вид оружия пагубно сказывается на моем боевом духе. Да и сам похититель… внушает трепет своим исполинским ростом и странной внешностью. На нем все еще противогаз, а сверху накинут капюшон худи. Черные стекла недружелюбно впериваются в меня. Это выглядит опасно, как и то, что нигде не видно и полоски кожи – так глухо он затянут в ткань и резину. Перчатки тоже резиновые. Он явно не в себе, раз даже в своем логове разгуливает в полном обмундировании на случай ядерной войны.

Он молчит. Мне не нравится это молчание. Мне вообще не нравится эта ситуация. Я привыкла иметь дело с людьми, а из-за противогаза этот тип кажется чудовищем из глупого фильма ужасов. Я бы не выиграла схватку с Кожаным лицом. С резиновым… сомнительно. Но сейчас не подходящий момент, чтобы смеяться над собой и каламбурить.

Я обязана хотя бы попробовать.

С воплем берсерка я бросаюсь вперед, надеясь, что успею всадить свое импровизированное оружие в черное зеркало, отражающее мое перекошенное гневом и ужасом лицо. До того, как получу порцию свинца. До того, как… Поздно. Предохранитель пистолета щелкает.

Но стоит откатиться назад и рассказать историю с самого начала.

1

Тогда

Зои пропускает меня в квартиру. Не дожидаясь, пока я разуюсь и сниму верхнюю одежду, она уходит. Я слышу характерный хлопок, с которым пробка выскакивает из бутылки, а потом – многообещающее «буль-буль-буль». Зои разливает вино. Красное. Бордо. Она разбирается в энологии, щепетильна в вопросах подачи и всегда использует соответствующую посуду. Большие пухлые бокалы звучат по-особому. Хотя обычно она предпочитает белое. Недобрый знак. Красное вино – как кровь из разбитого сердца. Белое… просто слезы. Они не смертельны.

Я вхожу гостиную, а вино и менажница с сырами уже на журнальном столике. Ненавижу этот столик – он из стекла, я постоянно боюсь разбить его неаккуратным маневром и получить от подруги счет, равнозначный арендной плате за мою крысиную нору. Не Уиллес-Поинт, конечно, но и не Манхеттен. В Нью-Йорке неприлично дорогая недвижимость, зато самостоятельность. Ютиться у Зои на коврике ниже моего достоинства, хотя я часто у нее ночую, а в колледже мы делили одну спальню.

На Зои длинная футболка и шорты; косметики лишь прожиточный минимум – она в дурном настроении. Опережая все мои вопросы, она делает щедрый глоток, даже не дав вину основательно насытиться кислородом, и облизывает искусанные губы. Пока она собирается с силами, чтобы начать говорить, я осматриваюсь.

У панорамного окна стоит массивное, очень удобное кресло, в нем клетчатый брендовый плед и макбук Зои в розовом пушистом чехле. Дожидаясь меня, она, должно быть, сидела там, смотрела на город, и делала вид, что печатает. На деле – переписывалась с другими подружками. Я знаю, что они есть, но не ревную. Я – главная фрейлина ее Величества. Лишь мне предназначены самые сокровенные чертоги ее души, пьяные сопли и ночные звонки. Это честь.

– Что случилось? – тороплю я и тоже делаю глоток. Безусловный бонус дружбы с Зои – возможность пить хороший алкоголь и лакомиться изысканными закусками. Зои не принцесса из богатой семьи, она сама поднялась на вершину и любит наслаждаться благами красивой, элитарной жизни, которой не знала, будучи обычной девчонкой со Среднего Запада.

– Я… я думаю, что он мне изменяет, – выпаливает Зои. Ее губы кривятся и надуваются, как у обиженного ребенка. Она начинает плакать. Я притягиваю ее к себе и глажу по волосам, хотя мне тревожно. Я должна узнать больше.

– Да-а-а?

– Посмотри! – Зои отстраняется, хватает со стеклянной столешницы телефон, лязгнув по ней длинными ногтями, и показывает мне экран, – он подписался на эту суку! Лайкнул все ее последние посты, а вот тут оставил комментарий. Пусть это всего лишь смайлик, но… Когда он в последний раз лайкал мои публикации и тем более комментировал, Грейс?

Я тупо пялюсь на фотографии какой-то грудастой брюнетки. Фитнес-топик и леггинсы обтягивают ее тело так плотно, что будто вот-вот выдавит из нее жизнь. Она явно делала пластику – характерный нос и линия челюсти. Меня всегда подмывало сходить в клинику и спросить каталог, чтобы убедиться – их и правда штампуют по одним лекалам или это мои домыслы. Зои куда лучше. Она не накачивала губы (разве что чуть-чуть), и в целом ее красота естественная.

Она и поразила меня в первую встречу, хотя тогда мы были совсем мелкими девчонками. Она выделялась на фоне всех наших сверстниц. Никаких прыщей, угрей и прочей мерзости. Кожа, не как у резинового пупса, а бархатная, словно спелый абрикос. Мягкие, густые волосы. Яркие глаза. Я, конечно, подумала, что она, наверное, беспросветная тупица с такой внешностью или какая-нибудь самовлюбленная дрянь. Она только пришла в нашу школу и была отличной кандидатурой для вступления в местный клуб пустоголовых тетерь. Но они ее не интересовали. Она подошла ко мне. Спросила, можно ли сесть рядом на свободное место. Так все и завертелось.

Она и сейчас выглядит хорошо, с опухшими глазами и красным носом. Ей идут слезы, идет ее персональная драма. Она так хороша, что это бесит. Одна наша однокурсница в колледже все допытывалась, чего это я так восхищаюсь Зои, не влюбилась ли я в нее. Я послала ее подальше.

– Прости, знаю, как глупо это звучит, – говорит Зои и трет веки пальцами, – но что-то не так… я не могу ни о чем другом думать, не могу работать, постоянно хочется плакать. И это не ПМС. Я… – она мигом разгоняется до злости, снова хватает телефон и фотографирует бокалы на столешнице. Я инстинктивно тянусь за смартфоном, но мне не приходит уведомлений о ее новых публикациях. Я жду, пока не понимаю – это не для всех. Только для него. Ответный удар.

Зои засовывает телефон себе под ягодицы и сидит, сосредоточенно уставившись перед собой. Я вожу пальцем по краю бокала – он издает легкий, протяжный звук, похожий на ангельское пение. У меня нет желания напиваться, меня тоже ждет работа. Но Зои этого не объяснишь, как я когда-то не могла объяснить этого матери.

Айфон Зои вибрирует, а потом начинает звонить. Она смотрит на экран – там имя, Брэд, и его фото. Вместе с ней. Они такие счастливые, надо же. Интересно, кто это снимал, точно не я.

– Надо же, – бормочет она.

– Возьми, не дрейфь, – говорю я.

– Пусть помучается, – выносит свой вердикт Зои, и тогда я, перегнувшись через нее, провожу по экрану, чтобы принять вызов. Она ставит на громкую связь, распознав мой замысел. Сначала мы слышим шум улицы – болтовню прохожих, шорох машин и музыку. Чиркает зажигалка – он, вероятно, вышел из какого-то бара и закуривает. Только потом раздается голос Брэда.

– Зои? И как это понимать? С кем ты там?

– А ты как думаешь? – запальчиво интересуется она, – угадай!

– С Грейс? – предполагает он самое очевидное. Зои рычит и ерзает на месте, кожаный диван вторит гадкими, пердящими звуками. Интересно, слышит ли их Брэд.

– А если бы нет? – возмущается Зои, – если бы с другим мужчиной, если… у меня свидание? Как тебе такое?

– Привет, Грейс, – смеясь, откликается Брэд, – как дела?

– Привет, Брэд, – сдаюсь я и ловлю гневный взгляд Зои. Мне стоило подыграть, но это не в моих интересах. Я примерно догадываюсь, что будет дальше.

– Супер, сейчас приеду, – говорит Брэд, – а то вам, наверное, без меня скучно.

– Боже! – восклицает Зои и вскакивает с места.

Она хочет казаться раздраженной, но блестящие глаза выдают, что она счастлива. Она жаждет встречи с ним, а алкоголь придает ей храбрости. Но храбрости мало. Для войны с разлучницей нужно оружие посерьезнее. Зои пулей мчится в спальню, а мне не остается ничего другого, как пойти за ней. Она мечется, ничуть не смущаясь, сменить при мне обычные слипы на кружевные стринги, а растянутую футболку на мужскую рубашку. Скорее всего, она принадлежит Брэду. Зои любит таскать его вещи, это ее маленькие трофеи. Каждый раз, когда он уходит и выкидывает какую-то фигню, она грозится сделать вуду-алтарь со всеми этими безделушками и наслать на него проклятие.

Мне приходится помочь Зои уложить волосы. Я частенько помогала ей собираться на свидания, пока мы учились в колледже, и уже набила в этом руку. Она чихает от лака и смотрит на свое отражение.