Рита Корвиц – Война Трёх ведьм (страница 42)
Мурима, плачущего от боли, поднимают под руки и уводят. Плем оборачивается и встречается с Дионой взглядом. Девушка вся напрягается. Глион кладёт ладони Дионе на плечи, ободряюще сжимая. Но Плем лишь кивает, улыбается и уходит.
Глава 39. Оракул
Белоснежная шерсть развевается тёплым весенним лесным ветром. Зверь рычит утробно, переступает с лапы на лапу, принимая более устойчивую позу. Разрывая землю когтями, он бросается вперёд. Девушка уворачивается в последний момент, перекатываясь и выставляя вперёд кинжал. Сталь блестит в лучах солнца. Отражённый свет падает прямо в глаза волку и он, ослеплённый, жмурится в полёте и падает, тихо заскулив. Девушка же подбегает ближе, садится на зверя приставляя кинжал к его горлу.
— Победа, — одними уголками губ улыбается она.
Волк под ней, рычит и, поддавшись ближе, широким языком оставляет на щеке девушки мокрый след. Выпустив от неожиданности кинжал, она принимается стирать с лица чужую слюну, а волк, воспользовавшись моментом, придавливает девушку к земле и перевоплощается.
— Победа, — копирует улыбку Ланики Плем.
Он лежит на ведьме, полностью нагой, игриво улыбается и накручивает на пальцы рыжие пряди, что путаются в густой зелёной траве. Ланика хмурится.
— Если бы это был реальный бой, ты был бы уже мёртв, — говорит она.
— Умереть от рук такой прекрасной девушки я всегда согласен.
— Прекрати нести чушь.
— Тебе же нравятся мои шутки, — обиженно гнёт брови Плем.
Вместо ответа Ланика многозначительно приближает колено к паху парня.
— Понял, — говорит Плем.
Он встаёт и отходит в сторону, надевая заранее приготовленные вещи. Ланика поднимается, отряхивается от земли и подходит к фамильяру.
— Тот трюк с солнцем, я оценил. Это было умно, — говорит Плем, завязывая верёвку на вороте рубахи.
— Ничего необычного, просто воспользовалась возможностью, — отвечает девушка.
— Ты как всегда скромничаешь.
— Плем! Ты здесь?! — раздаётся крик из глубин леса.
— Я здесь! — кричит фамильяр в ответ.
— Где?! Есть новости, я… Ой! Ай!
Треск веток и звуки падения спугивают стаю птиц. Среди деревьев показывается рыжая шевелюра, а затем, почёсывая ушибленный лоб, на поляну выходит Рорент.
— Богиня ногу сломит пока вас найдёт, — причитает он, приглаживая волосы и убирая прицепившиеся листья.
— Не богохульствуй, — упрекает его Ланика.
— Что такого важного случилось, что ты пришёл сам, а не отправил подчинённого.
— Мы нашли его. Человека, который знает о местонахождении Чёрного рынка.
— А теперь подробнее, — в привычной манере широко уперев руки в стол, говорит Плем. — Что конкретно вы узнали?
— Мы нашли человека, который знает, где сейчас находится местоположение Чёрного рынка.
— И сколько он за это просит? — интересуется Эрбин.
Маг сидит на стуле вальяжно раздвинув ноги и скрестив руки на груди.
— Деньги его не интересуют, но…
— Но что? — спрашивает Роксана, сидя на столе и болтая ногами.
Как хлипкий стол не сломался под её весом всех присутствующих осталось загадкой.
— Неужели он хочет, чтобы мы кого-то убили? — насмешливо бросает Диона, но, увидев взгляд Рорента, настороженно замолкает.
— Ты серьёзно? — спрашивает Глион.
Рорент кивает.
— За кого он нас принимает! Мы не наёмники какие-нибудь, чтобы так просто убить человека! — возмущается Диона.
— Но это наш единственный шанс попасть на рынок. Поиски информатора заняли несколько месяцев. Если сейчас упустим этот шанс, то можем вообще не приблизиться к покупке посоха.
— Да, но… убийство? — в голосе Адеи страх, неверие и надежда, что худшего можно будет избежать.
Афер приподнимает возлюбленную за плечи и прижимает к себе. Повисает напряжённая тишина. Все собравшиеся обдумывают справедливость цены за представившуюся им возможность. Плем хлопает ладонями по столу и выпрямляется.
— Решено. Мы сделаем это.
— Но, Поем, убийство! — пытается вразумить главного Роксана.
— Я понимаю, но Ланика права. Это наш единственный шанс и упускать его нельзя. Неважно какая будет цена. Не волнуйтесь, я сам всё решу.
— В каком это смысле? — хмурится Диона. — Неужели ты собираешься взвалить убийство на себя?
— Нет, разделю между всеми, — шутит Плем, но тут же надевают на лицо маску серьёзности. — Я не позволю вам марать руки без лишней необходимости.
— Не гони коней, может мы сможем договориться с ним? Рорент, неужели это единственный вариант, который он предложил?
Фамильяр морщится.
— Либо это, либо один миллион фэс.
— Сколько! — вскрикивают одновременно Роксана, Диона и Глион.
— Такой суммы даже у короля не наберётся, — бурчит Эрбин.
— Боюсь представить какие деньги крутятся на Чёрном рынке, раз он так легко требует их от нас, — говорит Роксана.
— Даже если мы соберём все имеющиеся у нас сбережения, не наберётся и десятой части, — грустно произносит Афер.
— Именно поэтому выполнить его условие это единственный возможный вариант, — говорит Плем.
— Но убийство… Плем, ты уверен, что сможешь это сделать?
После вопроса Адеи повисает напряжённая тишина, которая прерывается лишь жужжанием стучащейся в окно мухи. Плем, не отрывая взгляда от насекомого, говорит:
— Мы готовимся к войне, а на войне не обойтись без смертей. Мы должны привыкнуть к тому, что от наших рук будут гибнуть люди. Это неизбежно.
От слов Плема по спине проходят мурашки. Адея дёргается в руках Афера, Роксана и Ланика тяжело вздыхают, Диона нервно дёргает ногой, а Эрбин молчит, уперев взгляд в одну точку.
— Эх, — Рорент яростно треплет волосы на голове. — Приказы командира не обсуждаются. К тому же, Плем прав. Лучше привыкнуть к смертям сейчас, а не на поле боя.
— Но идти одному глупость, — говорит Эрбин. — Ты не можешь знать, вдруг это ловушка. Ваш информатор может просто обмануть.
— Я пойду с ним, — говорит Ланика.
Все взгляды обращаются на девушку. Диона хмыкает с двусмысленным намёком. Эрбин кивает.
— Хорошо.
— Ничего хорошего! — возмущается Плем. — Это опасно! Я не позволю…
— Ты сомневаешься в моих способностях? — перебивает его Ланика, бросая на фамильяра тяжёлый долгий взгляд.
— Я… нет, просто… Аргх, ваша взяла.