Рита Хоффман – Моровое поветрие (страница 34)

Прежде чем подойти, Лука порылся в походной сумке Владлена, достал отрез чистой ткани, разорвал его на куски поменьше и смочил их чистой водой из умывального ушата. Он действовал быстро, Владлен терпеливо ждал, усевшись на табурет.

Подойдя к другу, Лука наклонился, чтобы осмотреть раны.

– Скверно выглядит, – заметил он, промакивая сочащуюся кровь. – Тварь не ядовита?

– Да вроде нет.

– Вроде?

– Рыж такого не рассказывал. Ай… – Владлен поморщился. – Но заразу занести могла.

Лука помог другу снять рубаху и еще раз осмотрел раны.

– Шрамы останутся, – глухо сказал он.

– Шрамом больше, шрамом меньше. – Владлен пожал плечами и тут же зашипел от боли. – Ай, зараза…

– Тебе бы к лекарю. Перевязать надо, мазь наложить.

– Я думал, что у меня собственный лекарь есть, – хитро щурясь, сказал Владлен.

Лука хмуро посмотрел на него:

– Не разделяю твоего веселья. Чтобы силой волкодлака такое исцелить, целая ночь потребуется. Могу только в мазь плюнуть, чтобы заживало быстрее.

Усмехнувшись, Владлен с готовностью кивнул.

– Принесу сейчас, сумка в моей ложнице осталась.

Не успел Лука выйти, как друг окликнул его:

– Лука!

– М?

– Тебе придется научиться быть охотником, – серьезно сказал Владлен. – У меня есть книжица, в ней записано все, что я повидать успел. Твоя сила впечатляет, но хорошо бы понимать, с кем дело имеешь.

– Я все выучу, – пообещал Лука. – И больше тебя не подведу.

Владлен улыбнулся и кивнул:

– Договорились.

Луке еще не приходилось доставлять дурные вести, поэтому Владлен потеснил его и первым поднялся на крыльцо богатого дома. Станислав топтался рядом, с сомнением посматривал на них и прятал руки за спиной. Он выглядел скорее виноватым, чем горем убитым, и это казалось странным.

– Ну, с богом, – пробормотал Владлен и постучал.

Долго ждать им не пришлось – дверь открылась, и на крыльцо вышел мужик с внушительным пузом. Позади него замерла бледная женщина, к ее боку прижимался вихрастый мальчишка.

– Чего явился? – недружелюбно спросил мужик, обращаясь к Станиславу. – Мало я тебе всыпал?

– Всыпал ты ему достаточно, – вмешался Владлен. – Вот только к делу это отношения не имеет. Тебя как зовут?

– Баян, – нехотя ответил мужик.

– А я Владлен. Мы с другом на нечисть охотимся, прибыли из безымянных земель. У меня дурные вести, Баян. Твоя дочь…

– Ее нашли? – перебил тот. – Цела?!

– Нет твоей дочери среди живых.

Владлен сказал это отстраненно, холодно, будто ему не впервой убитому горем мужику такое сообщать.

Женщина за спиной Баяна побледнела пуще прежнего и пошатнулась. Мальчишка крепче обхватил ее и помог устоять на ногах.

– Откуда знаете? – только и спросил Баян. – Нашли?

– Она сама пришла к жениху, Навь ее не приняла. Вчера встретились с ней, она оставила мне на память парочку отметин, – сказал Владлен и отодвинул ворот рубахи, показав Баяну перевязанное плечо.

«Парочку отметин», как же. Лука скривился, вспомнив, как до рассвета наносил мазь и накладывал повязки. Он надеялся только на то, что волкодлачья слюна исцелит Владлена быстрее, чем раны загниют.

– Что ты такое говоришь? – испуганно спросил Баян. – Ты определись уж, жива она или мертва!

– Мертва, мертва, своими глазами видел, – заверил его Владлен. – Да только не будет ей покоя, пока мы тело не найдем и не похороним как следует.

– Скоморох! – вдруг разъярился Баян. – Враль! Не могла моя дочь нечистью стать!

Между мужиком и Владленом встал Лука. Он посмотрел сверху вниз на Баяна, надеясь, что взгляда хватит, чтобы остудить его пыл.

– Он ее со свету сжил! – Баян ткнул пальцем в притихшего Станислава. – Он! Будь ты проклят, скотина!

Из-за плеча мужа выглянула Малушина мать. Робко, едва слышно, она спросила:

– Что с нашей дочерью сталось?

– Утопилась, как мы поняли. Баян, отойди, дай нам поговорить.

Мужик окинул Владлена тяжелым взглядом, но все же позволил жене выйти вперед.

– Ваша дочь поссорилась с женихом. Так вышло, что… В общем, Станислав передумал жениться на Малуше и признался ей в этом. Она убежала и пропала, а потом стала приходить к нему в виде стенающей нечисти. Поэтому мы считаем, что она наложила на себя руки. А по воде, которая после ее появления осталась, догадались, что утопилась.

– Врешь, падлюка! – прорычал Баян, не сдержавшись. – Она не могла…

– Могла, – тихо перебила мужа женщина. – Орлик ее видел, но я ему не поверила.

– Ваш сын? – уточнил Владлен. – Могу поговорить с ним?

– Не хотелось бы, но…

– Я взрослый уже!

Мальчишка пролез между родителями, встал перед Владленом и храбро расправил худые плечи.

– Орлик, значит, – протянул Владлен.

– Орел, – резко поправил тот. – Орликом меня только матушка зовет.

– Что ж, Орел, тогда давай по-взрослому говорить.

Владлен опустился перед мальчишкой на колено и положил ладонь на угловатое плечо. Теперь они друг другу прямо в глаза смотрели.

– Рассказывай, когда и как сестрица твоя приходила.

– Я спал, а потом услышал плач. Подумал, что это кутёнок стонет где-то, вот и пошел посмотреть. Открыл дверь, а за ней Малуша стояла, но такая страшная…

Он поежился, однако сумел со страхом совладать, снова плечи расправил и продолжил:

– Она была сама на себя не похожа, так скажу. И платье у нее грязное было, и руки. Я спросил: «Ты чего плачешь?» – а она лицо закрыла ладонями и убежала.

– И ты не испугался? – спросил Владлен.

– Чего бояться? Она ведь моя сестра, – по-детски просто ответил Орел.

– Она снова приходила?

– Да, – кивнул мальчишка. – Все за моим окном ходила, ставни хотела открыть, но я их на крючок запер. Мне показалось, что нельзя ее в дом впускать.

– Ты правильно поступил, – одобрительно сказал Владлен. – Дурные сны снились?