Рита Феденева – Михаил. История любви (страница 2)
Мы переглянулись: какова! В моей душе всё запело, повысилось настроение, и жизнь закрутилась веселее. Макс отреагировал кисло: кивнул в дальний угол и напомнил, что мы пришли поговорить. Угнездившись за столиком, я заворчал.
– Зачем такая конспирация?
– Какая конспирация! – возмутился Макс. – Ты нарушил все правила конспирации. Я тебя просил, чтобы никто ничего не знал. А ты что сделал? Ты устроил драку, засветился фингалом и захватил заложницу. Кто такая эта девица? Ты знаешь?
– Марго? – я оглянулся. – Она – никто! Она – случайность!
– Даже случайность не бывает случайной.
Я заёрзал на стуле.
– Чего ты боишься?
– Не боюсь, а опасаюсь, – назидательным тоном произнёс Макс, нацепил очки и углубился в меню.
Читал он долго и вдумчиво. Изучал состав блюд, их калорийность и стоимость в граммах. Покончив с чтением, захлопнул меню, наклонился через весь стол и шёпотом прогнусавил:
– Мне угрожает опасность!
– Тебя хотят убить?
Макс позеленел. Мне сделалось неловко, но тут появился официант, и неловкость сама собой рассосалась. Подали куриные маффины, шпинатную закуску с грецкими орехами и яйцо пашот. Макс сделал правильный выбор, когда выбрал кафе в девять часов утра на тридцатом первом километре от МКАД. Здесь тихо, уютно, хорошая кухня и красивая девочка. Я отсканировал свекольные, живописно всклоченные волосы, бежевый обтягивающий свитер и прямую линию плеч. Задержал взгляд на груди. Высокий бюст и тонкая талия взывали к шевелению самых сокровенных мужских чувств.
Макс не смотрел на Марго. Женская красота его не волновала. Наверное, он пользовался борделями, не растрачивался на любовь и не ущемлял неординарность своей личности.
Он уткнулся в тарелку и активно заработал челюстями. Его лицо оставалось зелёным, мрачным и вытянутым.
– Я работаю в Вене, в генетической клинике, – проговорил он, не переставая жевать. – Есть строго засекреченные лаборатории. Там работают инопланетяне.
– Ты серьёзно?
– Более чем! Там производят пересадку сознания.
– Разве такое возможно?
Макс снял очки, помассировал переносицу и водрузил очки на место.
– Для нас – нет. Для внеземных цивилизаций – да!
Я недоумевал:
– Да как? Как это возможно?
– Замена генов, – преспокойно ответил Макс. – Только один процент генов отвечает за тело человека. Остальные – за его сознание. Один процент всегда можно приживить к девяноста девяти. Сознание одного человека можно пересадить на тело другого человека.
– Мазерфакер!
Я был потрясён и обескуражен. Макс откинулся на спинку стула и полюбовался эффектом, какой произвёл на меня.
– Это обеспечит человечеству бессмертие. Сознание пожилых можно вживлять в головы молодых, и таким образом человек будет жить вечно.
– Понятно. Пожилые будут жить вечно. А куда девать молодых?
– Это другой вопрос.
Макс прокашлялся.
– Кхе-кхе!
Он смерил меня недоверчивым взглядом и всё же доверился. Наверное, от безысходности.
– Там не просто пересадка. Там замена человеческого сознания на сознание инопланетян. Внешне человек остаётся человеком, а внутри него пришелец из космоса.
– Не может быть! – воскликнул я и бросил вилку с ножом.
Приборы громко звякнули, и оглянулся официант. Я виновато улыбнулся и тут же про него забыл. Склонился над столом и сосредоточился, чтобы осознанно вникнуть в страшные тайны Венской генетической клиники.
– В клинику входят люди, а выходят инопланетяне. Среди них есть общественные и политические деятели, руководители государств и представители королевской династии. Они освоили парламент и захватили Европу. Теперь метят в государственную власть США, России и Китая. Так они распространятся по всему миру и приберут к рукам систему мирового управления.
«Это уж слишком!» – подумал я и недоверчиво покачал головой: не может быть, чтобы руководители государств, королевские династии и видные политические деятели – все-все состояли из инопланетян!
– Ты в это веришь? Макс?
– Это реальность.
А я почему-то разуверился. Бредовые идеи и bike-shedding[1] были не для меня. От гения, каким являлся Макс, я отличался здоровым прагматизмом, лёгким характером и интересом к женщинам.
Ни на одну секунду я не выпускал из виду Марго. Следил, как она съела салат, выпила кофе и перешла к клубнике: поместила ягодку в рот и, слегка придавив десной, высосала сок и облизала губки. Сладенькая девочка!
Я надкусил пирог. О-о-о! Пирог был хорош! С яблоками и взбитыми сливками.
Меня одёрнул Макс:
– Не отвлекайся на баб! Не увлекайся едой! Говори по делу. Что думаешь?
Я дожевал пирог и смахнул крошки.
– Ты прав. Все мы в матрице. Нами кто-то управляет.
– Так оно и есть! Нами управляют, – Макс глотнул минералки. – Пришли из космоса, захватили влиятельные персоны и поместили в них своё инопланетное сознание.
– Ага.
– Моя фамилия Гогенберг.
– Угу.
– Фамилия принадлежит австрийской королевской династии. Завладев фамилией Гогенберг, они откроют любые двери и перевернут весь мир.
– Это перебор, – упрямо не соглашался я.
Макс занервничал.
– Ты не понимаешь. Фамилия Гогенберг имеет прямое отношение к морганатической ветви Габсбург-Лотарингского дома Австрийского королевства.
– Да ладно! Ты не королевич!
Макс уставился на меня, как удав на кролика.
Я не сдавался.
– Точно. Не король! Твой дом – пятиэтажка на окраине Москвы.
Макс едва сдерживал негодование. Я не отступал.
– Вспомни своих предков. До революции жили в Сибири в небольшом немецком поселении. В тридцатые годы подвергались репрессиям. В сороковые сражались за Родину. После войны работали на заводе. Потребляли трудности, лишения и советскую бытовуху. Жили совсем не по-королевски. Родители погибли в девяностые. Твоим воспитанием занималась бабушка. Сейчас ты живёшь в Вене. Работаешь в клинике. Ты не королевич. Ты генетик. Врач. Молодой и перспективный учёный.
Макс признал, что я был убедителен. Он сразу скис и потупился. Сделался маленьким и несчастным, совсем не похожим на себя – уверенного и спокойного, знающего всё то, что ему нужно в жизни. Наверное, ему было обидно, что он не королевич, хотя внешне был похож. Даже очень похож. Вылитый герцог фон Гогенберг. Тот тоже был Максимилианом.
Подали кофе. Терпкий запах напитка приятно защекотал ноздри, вытесняя пары депрессии, которые распространял Макс.
– Проблема гораздо глубже, чем тебе кажется. Инопланетяне завладеют миром и приступят к уничтожению человечества.
– Ты бредишь!
Не найдя понимания, Макс замолчал. Глянул в меню, изучил счёт и, аккуратно рассчитавшись, оставил скромные чаевые.
– Кто эта девушка?