Риска Волкова – Семь невест. Кицунэ в подарок (страница 2)

— Почему вы меня испугались? — нахмурилась я, а мужчина, Шин, хмыкнул, покачав головой.

— Никто тебя не испугался, мокрая человечка. Просто есть причины, по которым я не общаюсь с людьми.

Какой у него был голос. Бархатный, смущающий до мурашек. А еще я только сейчас обнаружила, что действительно мокрая насквозь после купания в пруду. Невольно глянула в отражение водной глади, клацнула зубами и поняла, что я не только мокрая, но еще и грязная. На щеках боевой раскрас из ила, с макушки кувшинка свисает, а на носу прилип кусок водорослей.

— Шин! Отойди от нее! — вновь сделала попытку отогнать от меня своего друга женщина, но мужчина не сильно слушался ее советов.

— Ей нужна помощь. — сказал он. — Посмотри на нее! Она не опасна для меня! В такую я точно не влюблюсь!

Вот он сказал, а я покраснела. А еще мне почему-то стало обидно. Да! Выгляжу я не очень сейчас, но ведь в человеке главное — это не внешность! Главное — это душа!

— Спасибо! Обойдусь и без вашей помощи! — фыркнула я, лелея свою задетую гордость.

Попыталась встать с камня, чтобы уйти с вздернутым подбородком в туман, но поскольнулась. Нога, в промокшем насквозь зимнем сапоге, поехала, и я с диким воплем полетела в воду.

Едва не став заикой от страха и памятуя о том, что в пруду зверушка дюже злая водится, я вынырнула, показавшись на мелководье, и заорала:

— ПОМОГИИИИТЕ!

Ответом мне был снова бархатный смех, а затем какая-то сила подхватила меня, выдернув прямо из воды, и весьма некультурно выкинула на зеленый, покрытый мелкими розовыми цветочками, бережок. А я, разглядывая слева от себя узкие шлепки с торчащими из них ярко-алыми коготками, а справа от себя мягкие мужские сапожки и край алого, словно заря, кимоно, понимала, что, наверное, я попала в психушку. Вот и грезится мне всякое. Мало того, что вдруг переместилась неизвестно куда, это еще можно на алкоголь списать… Но ведь раньше зима была! Нееет, точно это дух этот со своей бутылкой перемудрил! Воздаятель несчастный!

Лукавая мысль о том, что духа я тоже уже в дурдомике углядела, невольно все же царапнула душу, но я ее отогнала подальше. Лучше буду думать, что я здорова! И попала в другой мир! Сразу легче стало!

Мокрая одежда неприятно липла к телу. Особенно шерстяной свитер и повисший безжизненной тряпочкой шарф. Куртку я свою потеряла в пруду, и об этом не жалела. Потому что припекающее солнце все равно заставило бы меня ее снять.

— Рассказывай, как сюда попала, долбежница! — хмыкнул мужчина. — Наверняка, чего-то попросить хотела? Романтического характера!

Чтоооо?! Хам! Нахал! Я тут же вскочила на ноги, гневно сверкая глазами. Так и хотелось сказать все, что думаю по поводу его предложений, но почему-то моя интуиция, развитая с годами, подсказывала, что с этим мужчиной ссориться не стоит. Опасный он. И хитрый. По глазам видно, хоть и строит из себя такого пушистого и насмешливого. Добрые парни — они другие. Вот у меня на работе, например. Веселые и простые. С такими легко. А с этим…типом…очень сложно! Так же, как и с его подружкой, наверняка.

— Вы все неправильно поняли! — выдохнула я, подобрав в голове самый безобидный вариант продолжения нашего диалога.

— Дааа? И что же ты здесь делаешь? На моих, священных землях, а?! — в голосе у Шина послышались грозовые нотки, а я почувствовала, как возмущение новой волной накатывает на меня.

Чего он там сказал? На его священных землях?! Да он кто такой вообще?!

— Возомнил себя божеством?! — процедила я, смерив мужчину гневным взглядом с ног до головы. — Если красавчик, так сразу Че Эс Вэ зашкаливает?!

Женщина рядом застонала и, щелкнув пальцами, вдруг растворилась, будто ее и не было. Дымок только остался. Как от хлопушки. А вот Шина, я, кажется, разозлила. Неужели и впрямь мнил себя богом? Вот это случай! У меня брат одного коллеги по работе — психиатр. Он как раз любит интересных больных. Наверняка возьмется за этого типчика!

Об этом я, собственно, и намекнула мужчине. Из самых добрых побуждений, разумеется. А он… А он вдруг совсем озверел.

Я заметила, как его взгляд вдруг засветился магическим зеленым огнем.

— Ты фосфора что ли переел? — пробормотала я, а в следующий миг заметила, как взметнулись за спиной мужчины полупризрачные лисьи хвосты.

Не поленилась посчитать количество мохнатых конечностей. Ровно девять. Интересно, для чего ему столько? Может, он их использует вместо лопастей и на них взлетает? Перед глазами сразу же представился взлетающий Шин на хвостах. Весь такой величественный, кимоно развевается, хвосты вращаются…Взгляд серьезный, готовится к вертикальному штопору!

— Человечка! — тем временем торжественно-громовым голосом начал мужчина. — Раз ты нарушила закон и ступила на мои священные земли, я приговариваю тебя…

Договорить он не успел. Мое воображение разыгралось не на шутку, и я уже, не обращая на него никакого внимания, вовсю хохотала, надеясь избавиться от навязчивой картинки перед глазами.

— Шиииин… Ради бога, скажи зачем тебе хвосты, иначе я умру от смеха! — сквозь слезы сумела выдавить я.

Мужчина был как-то озадачен. Взгляд, напитанный яростью, гневом и фосфором, потух, а губы растянулись в странной усмешке.

— Хочешь сказать, не знаешь, кто я?

Я кивнула, заметив, как вместе с вернувшимся спокойствием мужчины, пропадают его волшебные хвосты.

— Иллюзионист? Маг? Мой глюк? — сделала предположения я.

Шин покачал головой.

— Я — Иошинори! Кицунэ! Лиса — оборотень. Божество, достигшее высшей ступени! Я обрел девять хвостов и вместе с ними вечность. Моя мудрость не знает границ, мои силы безграничны! Мое благородство и щедрость…

Я зевнула, сбив весь настрой Шина на дальнейшее самовосхваление.

— И что?

— В смысле? — не понял мужчина.

— В смысле, и что с того, что ты божество? Даже если твои земли такие священные и так далее, и тому подобное… То при чем здесь я? Меня сюда забросило из-за разбитой на Новый Год бутылки, понимаешь? Я не виновата! А значит, приговаривать ты меня ни к чему не можешь! Вот лучше того, из-за кого я тут оказалась, приговаривай. И лучше бы помог вернуться назад, раз ты божество!

Шин скептически на меня посмотрел.

— Никакого почтения! — вздохнул он и неожиданно сдался. — Ладно. Ты, вон, мокрая и грязная вся. Надо тебе во что-то переодеться, а потом уже будем выяснять, откуда ты и кто.

Шикарный мужчина. Жаль только, что с манией величия. А такие не в моем вкусе.

Ну и мы пошли. Иошинори впереди, а я за ним. Туда, где вдали виднелась выгнутая красная крыша его обиталища — дворца. Как оказалось, прудик, в котором я гостеприимно тонула, находился на территории большого парка. А парк этот был удивительно красивым! Раскидистые сосны, а рядом цветущие вишни… Камни и крупные валуны, у которых примостились миниатюрные кустарнички. Ирисы, какие-то незнакомые дикие цветы…

— Какая красота! — невольно вырвалось у меня, когда мы проходили мимо цветущей сакуры.

Я склонилась к розовой и хрупкой ветви, чтобы ощутить нежный аромат, как вдруг заорала так, что едва сама не оглохла. Нос! В мой бедный маленький носик что-то вонзилось! Острое и явно живое, впрыскивая свой ужасающий яд в мое лицо. Я хотела было смахнуть неизвестное насекомое рукой, как почти гробовой голос Шина заставил меня окаменеть:

— Не двигайся. Желание.

— Что? — вырвалось у меня.

Я чувствовала, как нос начинает принимать размеры картофелины. Мне предлагают загадать последнее желание перед смертью или я что-то неправильно понимаю?

Глава 2

— Что? — прошептала я севшим от ужаса голосом.

— Это особое божество этого сада, охраняющее цветы моих вишневых деревьев от посягательства смертных. Если ты загадаешь желание, то оно оставит тебя в покое. — спокойно ответил Шин, разве что не зевая.

Я к его словам отнеслась с сомнением, но все же загадала то единственное и насущное, что мне было нужно: “найти путь домой”. Как только мысль стала более ясной и оформленной, я почувствовала, как насекомое оставляет мой несчастный нос в покое, улетев в неизвестном направлении.

— Молодец! — похвалил меня мужчина. — Теперь если в течении девяноста дней твое желание не исполнится, ты умрешь.

Я поперхнулась, разве что с кулаками не кинувшись на Иошинори, но тот невозмутимо продолжил идти дальше, а мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Думает, я не смогу исполнить свое желание? Ха! Смогу! Еще как! Не умирать же, в конце концов… Хотя, что-то мне подсказывало, что умереть от укуса вот такой вот козявки, как раз в моем стиле.

Оставшийся путь до дворца этого напыщенного равнодушного Шина я уже не восторгалась красотами. И вообще, таинственные пугающие насекомые мне мерещились чуть ли ни на каждом кусте и дереве.

— Пойдем. Я отведу тебя в комнату для гостей. — легко поднявшись по выкрашенным красной краской ступеням, Шин отодвинул легкую тростниковую циновку, заменявшую здесь дверь, впуская меня внутрь.

Сделав шаг, я даже рот открыла от изумления. Магия! Самая настоящая, была здесь повсюду! Дворец словно был живой внутри… Здесь витали маленькие светлячки, сами по себе в коридорах опускались и таяли снежинки-лепестки. А еще здесь порхали бабочки. Легкие и нежные, чуть светящиеся в темноте.

— Нравится? — бархатный голос сзади заставил меня обернуться.

Я встретилась взглядом с Иошинори и не смогла ничего ответить. Просто он… Он тоже был волшебным. Его черные, как смоль, волосы переливались серебряными искрами, кимоно светилось странным сиянием, а глаза… В них тоже плескалась магия. И она настолько зачаровывала, притягивала взгляд, что впору было лишиться разума. И я, наверное, сошла бы с ума неприметно, если бы внезапная судорога не свела мою ногу, и я с криком не полетела бы от неожиданности на пол.