Риска Волкова – Хулиганка и Ледовитый князь (страница 4)

Я говорила, что шутки у меня не всегда смешные? Вот, говорю. А сам юмор чернее ночи. И, конечно же, Ледовитому князю он не пришелся по вкусу. Зато как быстро мы перешли на ты! Просто стремительное знакомство и близость!

– Теперь понимаю, почему твоя мать рассказывала в красках о том, что тебя нужно держать в строгости, – он сощурил взгляд. – Видимо, все ее старания быть доброй и ласковой были зря.

– Она мне не м-мать. И дай пройти.

Не став больше тратить время на разговоры, я поспешила исполнять свое наказание. У Сибиллы всегда на счет моих опозданий срабатывало особое заклинание, и работы прибавлялось вдвое, а то и втрое.

Перебирать слизней было уже привычным для меня делом. Сибилла использовала какую-то гадость, что они выделяли для ее колдовских омолаживающих зелий.

Нужно было отделить из общей кучи всех по цвету и породе.

Вздохнула. Может, не стоило хамить этому снежноволосому мужчине? Чего мне стоило сказать ему “спасибо”? Ведь он и правда меня спас. А я поступила как неблагодарная деревенщина.

“Ага! А кто снежноцвет заморозил?! И по сути отнял надежду на излечение у твоего отца!” – ехидно подсказал внутренний голос, и я почти моментально распрощалась с муками совести.

Вошла в лабораторию мачехи. Одну из. Всего их сколько было даже и не знаю. Она не во все пускала меня. Знаю, что у нее в подземельях было полно тайных комнат, где она оттачивала свое колдовство. Кажется, даже кого-то приносила в жертву… Мне об этом мышки да светлячки нашептали.

Огляделась. Стеллажи, стеллажи, стеллажи… Стол, котел на треноге, какая-то алхимическая конструкция с кучей баночек, колбочек и змеевиков...

Нужный каменный чан обнаружился в углу. Не без отвращения подошла к нему. Рядом стояли пять закрытых крышками банок. Вздохнула. Прикрыла глаза.

- Т-ты сильная, Г-гретта, ты справишься! - попыталась я успокоить саму себя.

Дрогнувшей рукой приоткрыла крышку. Почти сразу же в нос ударила вонь. Фу-у-у-у!

- Закрой крышку! – тут же послышался писк.

- Сквозняк!

- Ты выдуваешь нежнейшие ароматы из чана!

- Она что собирается нас съесть?!

- Мне страшно! Страшно!

Захотелось заткнуть уши.

- Н-ну-ка тихо всем! – рявкнула я. – Все в п-порядке! Никто вас не сожрет! Вас ждет всего-то лишь с-сортировка!

- Сортировка!

- Ой-ой-ой!

- Что это вообще такое?!

Я показала на несколько банок и объяснила перепуганным слизням, что собираюсь делать. Никто из них, понятное дело, покидать уютный дом и друзей не собирался, к моим увещеваниям не прислушивался, пытаясь сбежать. Это было плохо. Я знала, что Сибилла обязательно будет их пересчитывать, и если кого-то не досчитается, то мне придется еще раз быть наказанной. Впрочем… Я в долгу не останусь. Я усмехнулась. У меня уже была идея, как испортить Сибилле настроение!

- Бананосы! В п-первую банку! – скомандовала я и, морщась от отвращения, выцепляя бананово-желтых слизняков и пересаживая их.

Во вторую шли лиончики – коричнево-красные с ракушкой на спине. В третью – толстые с леопардовым окрасом. В еще одну – Рэдды, черные, с ярко-красными пятнами на спине. И в пятую – блюсы, синего оттенка. Работа эта была муторной и долгой, и пока я делала ее, не слушая писки, визги и возмущение слизней, обдумывала то, как мне найти еще снежноцвет. Возможно, в Намгарде где-нибудь остался лес, не укрытый снежным покровом? Не мог же Ледовитый князь заморозить целое королевство? А значит, снежноцвет наверняка там есть. Нужно попросить птиц или зверей поискать. Потом просто сбегу в очередной раз из замка и нарву этих цветов!

Решив так, я улыбнулась. И работа пошла куда как проще. Когда спустя пару часов закончила, то уже собралась уходить, но вспомнила о своей запланированной шалости.

В прошлый раз не зря подглядывала за мачехой, и запомнила, какие именно флакончики она берет для приготовления своего зелья из слизней. Вот те… Которые стоят на верхней полочке в стеллаже слева. Синий и красный. Ничего же страшного не произойдет если в одном из них, разумеется, по чудовищной ошибке, окажется совсем другая субстанция. Скажем, вот эта? Из другого шкафчика. И она тоже красная! Совсем не отличить! Использовав еще одну пустую колбочку, я справилась с заменой жидкостей быстро.

На всякий случай плеснула каплю себе на палец, и не ощутив жжения или неприятных ощущений, довольно кивнула. Это не кислота. Я знала и то, что Сибилла точно не будет эту гадость пить, видела, как она делала разные маски и кремы. А значит, ничего плохого точно не случится!

Когда справилась с работой и вернулась в комнату, первым делом вымылась. Мне казалось, что этим мерзким запахом я провоняла вся! А чистой было быть очень здорово!

Уже после этого я засобиралась к отцу. Нужно было проверить как он, и поговорить с целителями. Ему наверняка доложили о моей пропаже вчера… Правда, не думаю, что он хоть как-то на это отреагирует. В последнее время он все меньше меня узнавал, и от этого на сердце было очень и очень горько.

- Как отец? – спустя полчаса я как раз встретила целителя, выходящего из его комнаты.

Тот удрученно покачал головой.

- Спит. Сейчас его лучше не тревожить. Я только что дал лекарство.

- А он с-сам…?

- Хуже. Знаете, принцесса, ведь мне на какое-то мгновение показалось, что у него есть шанс, - сказал мужчина задумчиво. – В последний месяц с ним происходили прямо какие-то чудеса. Улыбался! Меньше спал! И память словно бы начала к нему возвращаться… А сегодня все снова вернулось на круги своя. Причем очень резко.

Снежноцвет! Это точно он! И если бы не Ледовитый князь, то отцу сегодня было бы лучше, а не хуже!

- Есть ли еще н-новости?

Он покачал головой.

- Нет.

Когда целитель ушел, я немного потопталась у двери. Приоткрыла ее, глядя, как размеренно дышит отец, укутанный тяжелыми одеялами. На тумбочке стояло множество чашек из-под отваров, которые он принимал по часам.

- Я этого т-так не оставлю! – прошептала я. – Я добуду для т-тебя эти цветы, папа! Обязательно!

- О! Заикашка! – Янус встретил меня в коридоре, в руках его был здоровенный трехэтажный бутерброд с колбасой и солеными огурчиками, который он откусывал и, чавкая, жутко раздражал.

- Чего т-тебе? – хмуро смерила его взглядом, все мои мысли были о том, как помочь отцу.

- Мама сказала, что ужин через полтора часа. Велела тебе не опаздывать. И надеть лучшее платье, чтобы не позорить приехавшего гостя.

Поджала губы. Ну конечно же! Хочет, чтобы наша семья, как и при всех ее гостях, выглядела идеальной! Причесанной, прилизанной, такой сахарной, что аж зубы сводило.

- Я не очень г-голодна… - пробурчала я в ответ.

- Фогда она не отдаст тебе фвою фобаку, - с набитым ртом сообщил мне Янус. – Она так и фказала.

Фальшиво улыбнулась.

- Буду ровно в н-назначенное время, - промурлыкала я и от злости едва не позеленела.

Сколько можно?! Когда мачеха поняла, что я могу ей дать отпор, и не собираюсь во всем слушаться, она стала забирать у меня спаниеля. А я его прятала от нее по возможности. Жаль, что не получилось на этот раз!

Перед ужином меня ждало еще одно наказание. Хотя, будет точнее сказать – изощренная пытка. Кларита!

Старая молодящаяся карга, и настоящая ведьма! Такая же, как и моя мачеха!

- Ваше Высочество пришли на процедуры? – старческим надтреснутым голосом произнесла она, отходя в сторону.

Я с содроганием вступила в ее “обиталище”.

Кларита казалась молодой, но была ужасно при этом некрасивой. С маленькими, крысиными глазками, кривым носом-крючком и огромной бородавкой на нем! Зато у нее были шикарные угольно-черные волосы и идеальная гладкая кожа, а еще длинные изогнутые волной ресницы.

- Меня п-послала Сибилла, - сказала я, ежась от мерзкого ощущения, что каждый раз накатывало здесь, в этом кабинете, отчасти похожем на одну из лабораторий мачехи.

Правда, отличием здесь было то, что посреди стояла длинная кушетка, застеленная белоснежной простыней.

- Знаю-знаю! – премерзко захихикала Кларита. – Обветрилась кожа… Мы ее подпитаем! Ложитесь!

Нервничая, облизнула губы. Я ненавидела эту кушетку. Боялась. И, на какой-то момент дала слабину.

- М-можно вы просто с-скажете Сибилле, что я все с-сделала, а я уйду? Я з-заплачу вам!

Кларита тут же вцепилась в меня взглядом.

- Ах, принцесса! – запела она. – Я бы и рада, Ваше Высочество. Рада! Но… Красота требует жертв! И я пожертвую этими деньгами ради вашей красоты! Ложитесь на кушетку. Вы же не хотите, чтобы о вашей трусости узнала ваша матушка?

В груди что-то оборвалось. Не сбежать! Сглотнула вставший в горле ком. Прошла к кушетке. Легла, чувствуя, как начали подрагивать пальцы. Невольно скосила глаза на Клариту. Над огнем она прокаляла свои длинные уже знакомые мне иглы. Одну… Вторую… Третью… Тринадцать насчитала я в сумме. По щеке невольно скатилась слеза, и я смахнула ее. Сжала пальцы в кулаки.

- Ж-ж-ж! Гретта! Гретта! – над ухом у меня пролетел тяжелый шмель. – Ж-ж! Не бойся! Я тебе помогу-у-у-у!