Риша Вольная – Ты меня поймал (страница 1)
Риша Вольная
Ты меня поймал
Пролог
Я попалась.
Как мышка в ловушку саму себя загнала. Только вместо капкана – шкаф и двери, а за ними "котик Лео".
Я слышу приглушённые пушистым ковром шаги зверя и буквально всем тельцем ощущаю приближение мужчины.
Вот! Секунда, другая… он стоит перед шкафом, словно раздумывает, открыть или нет. Только откуда-то мне известно, что мы оба знаем, что я в его ловушке.
Задерживаю дыхание и закрываю глаза в надежде, что это лишь сон. И вот раздастся звон моего старого будильника, и я окажусь дома, в своей постели. Одна.
Лёгкий скрип распахнутых дверей, и поток прохладного воздуха бьёт мне в лицо. И вместе с ним я чувствую одурманивающий запах его парфюма.
Мужской, что-то тяжёлое и агрессивное, ему под стать.
Делаю долгожданный вдох и распахиваю глаза. От страха меня парализует, так что могу только смотреть прямо перед собой. В его хищные глаза. И, несмотря на весь треш, происходящий со мной, в мою голову лезет не то, ЧТО НАДО БЫ… его глаза.
Изумрудные, внимательные, с длинными пушистыми ресницами и мелким веером морщинок снаружи глаз, но, главное, взгляд, наполненный непонятной смертной тоской, но впивающийся в меня как весенний клещ.
Пауза растёт и давит, как и мой страх – разрастается, множится и рисует картинки в голове одни краше других.
Я никак не смогу объяснить этому человеку, почему я здесь. Прячусь в шкафу его личного кабинета на этаже, куда ходить строго запрещено. А ещё он с охраной, что только множит мой страх. Я видела этих парней, и если он отдаст меня им, то сегодняшний восход я точно не увижу, как и все последующие тоже. Здесь и лес неподалёку имеется…
– Поймал, – произносит самый главный человек этого места, но по его интонации не могу понять, кому это было сказано.
Его людям, которые разыскивали нас с подругой, или всё-таки лично мне.
И мой рот зачем-то открывается и произносит нечто.
– Привет. Я Клара.
Глава 1
Лара
– Ты обязана!
– Нет!
– Но Ларочка! Пожалуйста…
Сосредоточиться просто невозможно, когда Натали стоит за спиной и уже почти двадцать минут уговаривает меня на сделку с чёртом!
Чёрт – это она!
Бросаю кисти на табуретку рядом с мольбертом и разворачиваюсь к подруге лицом.
Этот чертёнок имеет абсолютно ангельскую внешность – белокурые локоны на нежных плечах, тонкая кость, хрупкая как стекло, и взгляд полной невинности, которую она подарила на заднем сиденье минивэна своей любви на всю жизнь номер один.
– Натали, неужели ты позабыла наш последний разговор?
Смотрю прямо в её голубо-серые глаза и не ведусь на удивлённые взмахи густых длинных ресниц. Во-первых, они у неё нарощенные, а во-вторых, я наивна по жизни, но в вопросе с подругой подкована так, что можно диссертацию защитить «Кто, что и как часто. Портрет Натальи Вознесенской».
– Ты о чём, Мотылёк?
– Не переигрывай, Вознесенская! – теперь действительно начинаю сердиться, что тут же понимает подруга.
И прежде, чем мне удаётся сделать хоть шаг в сторону, она хватает меня под локти и прижимает к себе.
– Да помню я. Ну перебрала чуток, ну поссорилась с охраной клуба. С кем не бывает?! – легко перечислила девушка свои заслуги, продолжая смотреть на меня глазами раненого Бэмби.
– Со мной. Если я не иду в комплекте с тобой. Две по цене одной, но как-то так выходит, что вся оплата, а именно наши приключения и их отдача, ложится только на мои плечи. И когда по ошибке вместо тебя загребли меня эти секвойи человеческого происхождения, то я чётко и окончательно высказалась: «Ната, это было в последний раз!». Забыла?!
Вознесенская аристократично морщит носик, выслушивая чистую правду, но, судя по захвату моего тела, отпускать не собирается.
– Хорошо, Ларочка. Обещаю, это будет самый последний раз. Но только сходи со мной. Я должна там быть. Просто обязана!
Натали далеко не ангел, любит кутёж и праздную жизнь, но такого блеска этих голубых глаз я давно не замечала.
– Если тебе так приспичило выгуляться на какой-то вечеринке, то причём тут я?! Не понимаю!
Возмущаюсь от души и при этом начинаю отлеплять женские ручки от своих локтей.
– Вечеринка закрытая. Приглашены не абы кто- меценаты, миллионеры, критики.
– Тем более чего ты там позабыла? И я тоже?
– Там будет ОН!
Я снова не ведусь. Плавали, кушали и не раз.
– Он – это сто пятая любовь «всё и навсегда, пока смерть не разлучит нас»?!
Подруга вожделенно вздыхает, и теперь в глазах загорается настоящий огонь.
– Третьяков Лев Николаевич, урождённый граф Леонардо Лабарр де Бомарше.
Сказала и замолчала с выражением полного возвышения. Утопия какая-то!
– И кто это? – вынужденно задаю вопрос, так как продолжения рассказа об этом французском лягушонке не последовало.
Ната сокрушенно качает головой, словно я только что призналась, что я как минимум мужчина.
– Это, Мотылёк, мечта ВСЕХ женщин мира и моя любовь. Папочка одобряет.
Ну, если папочка… значит, там миллион миллионом погоняет и миллиардом закусывает.
– И я одобряю, так что, Наталья Павловна, вперёд! На баррикады! Пуш ап свой любимый только под платье натянуть не забудь.
Подруга показывает язык и упёрто прижимает к себе. Вот же пристала… блондинистая пиявка.
– Лара, ну очень надо. Там будет бал – чинно, гладко и дорого. Шампанское и твои обожаемые морепродукты. Обещаю, можешь слопать своих королевских креветок хоть тазик.
Тазик я, естественно, не осилю, но возможность прогуляться по балу с креветками уже не так меня пугает.
– Бал?
Наташа кивает.
– Ты трезвая умничка, которая никого не бьёт, а весь вечер охмуряет своего лягушонка?
– Кого?
– Ну, де Бомарше или как его там?
Снова кивает, а потом начинает подпрыгивать от нетерпения на месте в ожидании заветного «да», уже готового сорваться с моего языка.
– А зачем тебе я?
– Для поддержания морального духа, – смело заявляет девушка, отпуская мои локти.
Подозрительно прищуриваюсь, делая поспешный шаг от неё, пока она не надумала снова меня держать и дёргать.
– А что не так с твоим духом? Вон вижу, что бодр и весел. Если с таким настроем и хлопаньем ресниц на бал подашься, то не только граф, но сам король будет твоим.
Наташа радостно улыбается, но взгляд горит упрямством.