Риша Вольная – Ромовая бабочка (страница 28)

Я улыбнулся, подавляя неуместный смех. Наверное, это было ещё то зрелище! Сомневаюсь, что моя матушка ранее сталкивалась с такими людьми, которые не падают ниц перед ней. Столкновение с этим штормом не каждый выдержит. Я вон каждый раз даже физические потери несу, так что мать ещё легко отделалась. Счастливица.

Провёл языком по ранке на губе, которую ещё до сих пор пощипывало. Это не девушка – это беда!

– Моей матери полезно. Так сказать, общение с массами простого народа, а уж на лекцию от тебя она сама напросилась, заявившись без приглашения на твою частную собственность.

– Значит ли это, что ты не будешь истерить и бить по заднице?! – возвращая улыбку на лицо, полюбопытствовала Бабочка.

– Нет, но насчёт последнего я не против! Только предлагаю найти более уединённое место?!

– Номер в отеле?! Отведешь душу, облегчишь член и снова «бизнес и ничего личного»?

Это уже была не шутка. Это последствия моего командировочного прокола. Если мне казалось, что это все просто и достаточно внятных разъяснений и извинений, то я сильно пролетел. Алиса серьёзно зациклилась на факте моего пренебрежения нашей первой ночи.

– Зачем в отеле. У меня прекрасный дом, и вначале я хотел бы пригласить тебя на ужин.

– О! Ты растешь на глазах, Ромашка. Свидание?! Браво! – она даже театрально похлопала в конце фразы. – Боюсь, вынуждена ответить отказом. Моя щедрость к убогим на сегодня исчерпана: разговоры, поцелуй. Можешь поспешить на смотровые площадки, и там явно найдутся желающие до твоих сказок. Например, Оленька. Ты будешь доволен.

– Ты ревнуешь?! – у меня это вырвалось неосознанно.

Даже сам немного завис, оценивая поведение девушки.

– Савельев, не пори чушь! Ревность после одноразового секса не рождается, максимум, дети.

Я шагнул в ее сторону, желая обнять и успокоить, но звук рассекающего воздух бича меня остановил. Алиса всё-таки использовала его против меня. Сердитая и явно обиженная она не допускала до себя. Поднял руки вверх, признавая полную капитуляцию. Я не сомневался, что в пылу недовольства Волконская воспользуется этим воспитательным оружием, но и знал, что потом она будет раскаиваться в своей несдержанности.

Проще уступить сегодня, чем провалить всю миссию. К тому же грех жаловаться. Мне удалось поговорить и даже урвать сладкий поцелуй. Никто не говорил, что будет легко. Особенно, когда вмешиваются ненужные помощники. Надо бы пресечь эти выходы матери в общество плебеев.

Алиса ушла, оставляя после себя сливочный запах дорого десерта. Я же составлял новый план.

Алиса

Ух уж мне эти аристократы! Мало того, что сама от себя страдаю, так ещё и мать родная со своими идеями о проведении досуга. И, вроде бы, уже достаточно, но нет! Сначала госпожа Савельева прискакала с претензиями, а тут и сынок её драгоценный с извинениями и жаркими поцелуями.

Если с женщиной я знала что делать – послать и подальше, дабы мне детей с ней не крестить, то с Романом всё обстояло гораздо хуже. Этот противный снобик мне нравился! Я буду последней лгуньей, если начну отрицать сей факт, а ещё и всплески ревности. Меня таки переклинило на щенячьих глазках Оли. Вроде бы, нутром понимаю, что Савельев не дебил и с такими пустышками не свяжется, но остановиться уже не могла.

Нервы были на пределе! Виктория Викторовна открытым текстом высказалась о желании избавиться от меня любыми способами. Наверное, ей вообще удалось начать тот разговор только благодаря моему минутному шоку от ее прибытия.

– Алиса, вы абсолютно испорченное создание! Такая женщина не может находиться рядом с моим сыном. Вы погубите и его бизнес, и его самого. Вам хватило пары дней в Индии, чтобы скомпрометировать моего сына в глазах невесты и деловых партнёров. Мало того, он начинает перенимать ваши дурные привычки. Этот вопиющий факт рушит созданное годами мною и педагогами воспитание.

Как говорится… охренеть какой пассаж! Уверена, что стены этого здания раньше никогда таких фраз не слышали и, скорее всего, больше не услышат. Я постараюсь.

– И вам добрый день, Виктория Викторовна. Смотрю, вы всё ещё в добром здравии и даже решаете за сына, с кем ему можно спать, а с кем нет!

– Вот! Вы снова всё передёргиваете!

– Я?! Уверена, что не выдвигала требований по отбору сексуального партнёра.

Мы были на первом этаже моего клуба среди строительно – монтажного отделочного беспорядка. Так что присела на высокий барный стул и теперь возвышалась над неожиданной гостьей. От моего намеренного нарушения правил этикета ноздри женщины затрепетали с новой силой. Ей огня не хватает, а так дракон огнедышащий получился бы славный.

– Да, какие требования?! Вы спите налево и направо с такими же абсолютно аморальными людьми.

– Хотите сказать, что я проститутка?! – предостерегающе спросила я.

– Хуже! Те женщины берут за это деньги! Как это ни прискорбно, но это уже у них работа такая. Вы же спариваетесь как кролики за просто так. Этого требует ваша невоспитанная сущность!

Ну, приплыли! Моё терпение уже таяло как снег в марте месяце – быстро и необратимо.

– Скажу вам по секрету, ваш сын ОЧЕНЬ хороший кролик, такой активный и немного необузданный! Я бы его порекомендовала.

Женщина быстро вдохнула и уже не выдохнула. Её лицо покраснело, глаза стали как шарики, она беззвучно открывала и закрывала рот. Я даже малость испугалась, что у женщины приступ сердечный от моих интимных откровений.

– Вы … вы просто нахалка!

Слава Богу! У женщины открылось второе дыхание, и смерть ей не угрожает.

– Вы… вы позор вашей семьи, всего вашего рода. Испорченная овца знатного племени. Чтобы вас рядом с моим сыном не было. Я хотела по-хорошему. Ваша мать не справляется с вами, так я решила поговорить и объяснить абсурдность вашего поведения. Сейчас я понимаю, что вы потеряны для нашего общества.

– Вот и замечательно! А теперь раз вы выполнили свою «мозготрахательную» миссию, то милостиво прошу на выход!

Я уже почти рычала. От матов и рукоприкладства меня удерживало только то самое воспитание, которое, по словам Савельевой, в меня не смогла вложить мать.

– Нахалка, как ты со мной разговариваешь?! – пропищала женщина, снова начиная изображать жабу на болоте в поиске комариков.

Только жаба красная и язык короткий, а в остальном феноменальное сходство.

– Виктория Викторовна, вы повторяетесь. Разговариваю так, как хочу! И хочу вас тоже ПОПРОСИТЬ… не смейте трогать мою мать, семью и весь мой род. Иначе, как вам известно, я не белая и не пушистая ручная кошка. Могу в ответ и поцарапать, и загрызть до смерти, – спрыгнула со своего стула и стала наступать на посетительницу.

Что- то в моём лице ей не понравилось, так что она стала отходить к выходу.

– Алиса, вы больной человек! Я любыми способами не допущу вашего влияния на Романа! – уже меня явно боясь, ещё продолжала выступать женщина.

– О да! Я абсолютно чокнутая! Так что валите отсюда, пока целы, и занимайтесь устройством благополучия вашего сынка вне стен моей собственности и моей жизни в целом!

Я случайно запнулась о небольшую круглую кисточку, валяющуюся на полу, и начала падать вперёд. Дабы не грохнуться фейсом об пол, выставила руки перед собой и немного ими взмахнула в попытке найти равновесие. Мне это удалось, и я не упала, но Савельева с громкими криками о спасении от бешеной выбежала из здания. Мои телодвижения она приняла за нападение на её драгоценную персону. И, правда, говорят, что у страха глаза велики!

После такой головомойки и тесного общения с Ромашкой я была в полном раздрае. С розовыми мечтами о прекрасном отдыхе я прибыла ранним субботним утром на пирс. Чувства полной уверенности, что Савельев меня послушается и не припрется сюда, не было, но та самая пресловутая надежда теплилась во мне.

Машины снобика я не заметила, да и с яхты Мишка махал мне один. Сейчас главное быстренько отплыть с пристани и дело в шляпе. Ускорила шаг, перекидывая спортивную сумку поудобнее на плече.

– Лиска, привет! Я уж думал, ты сегодня не будешь!

– Миш, ну, работа никуда не убежит, а вот мои нервы приказали долго жить. Мне нужна небольшая передышка и перезагрузка. Так что помчали!

Мужчина с кривой ухмылкой поиграл бровями.

– Я имел в виду, что ты сегодня не приедешь, дабы не видеться с новичком нашего развлечения. Как я понял из нашего с ним вчерашнего разговора, то ты должна быть в курсе.

Он снова смешно пошевелил бровями и указательным пальцем определил направление моего взора, за мою же спину.

Медленно, словно стою на противотанковой мине, развернулась. Из припаркованного БМВ поспешно выходил Савельев. Махнув нам рукой в знак приветствия, быстро открыл заднюю дверцу и вытащил спортивную сумку.

– Я его или сейчас, или в открытом море утоплю, – выдохнула я, чувствуя, что хочу убивать.

Мой отдых накрылся медным тазом! Так что желание, калечить, было вполне обоснованным и даже очень рациональным!

Мой с большой натяжкой друг громко рассмеялся. Снова повернулась к нему лицом, которое ничего хорошего ему не сулило.

– Зря ржешь! Ты уже второй раз подставляешь меня! Боюсь, что таких ударов наша дружба может не выдержать!

Аксенов смеяться прекратил, но раздражающая улыбка на лице осталась.

– Алис, согласен на всё, кроме убийства босса средь бела дня, да ещё и на моей яхте. Давай ты его как- то без меня замочишь?! А!?