Риша Вольная – Пламя в ночи (страница 2)

- Малышка, тебя как зовут? – спросила как можно спокойнее. – Я хочу помочь.

После очередного скана моего тела девочка ответила.

- Лера.

Что именно она во мне разглядела – одному богу известно, но главное решила пойти на контакт. Я добавила в голос побольше теплоты, прекрасно понимая шоковое состояние ребёнка.

- Лера, у тебя очень красивое имя. Давай знакомиться?! Меня зовут Маргарита, я врач, очень хочу действительно тебе помочь. Можно?

Девочка слегка качнула головой, соглашаясь.

Ура! Сегодня ангелы на моей стороне.

Я протянула руки, чтобы снять малышку с каталки. Вот только не успела дотронуться до ребёнка, как мою руку схватил мужчина. Несмотря на своё тяжёлое состояние, он с такой силой дёрнул меня, что я практически легла поверх него.

Прежде, чем успела закричать или даже пискнуть, зловещий шёпот прямо мне в ухо предостерёг от подобного.

- Молчи, слушай и запоминай. Защити ребёнка, иначе я за тобой с того света вернусь. Авария была подстроена, чтобы скрыть все улики, включая нашу с ней смерть. Ни с кем об этом не болтай, а найди …

Кого именно я должна найти, так и не узнала.

Меня отдернул от пострадавшего подоспевший охранник, а хирурги, которых я ранее вызвала, забрали несчастного. Бред, галлюцинации и прочая казуистика являются подарками нашего головного мозга, если тело находится на грани.

Леру в какой-то момент мне удалось снять с каталки. Девочка, как паучок, обхватила меня своими тонкими ручками-лапками, продолжая прижимать к своему боку игрушку.

Халат испачкан, но ребёнок был важнее.

Отнесла её в процедурный кабинет подальше от хаоса, чтобы заняться ожогами.

Клятвенно себе пообещав, что выдержу всё и не потеряю марку перед пятилетним ребёнком, начала осмотр. И облегчённо выдохнула.

Пронесло. Степень ожогов была незначительная, в большей степени её конечности пострадали от ссадин и ушибов.

- Ты такая умничка. И очень терпеливая, - похвалила я её, заметив, что Лера молча сносит все мои манипуляции.

Другой ребёнок уже бы тут истерику закатил и убежал подальше от зловредной тётки.

- Я привыкла к боли. Если расслабиться, то можно и потерпеть.

Я даже перестала бинтовать ручонку.

- Тебя бьют? Родители? – у меня даже голос дрогнул, но спросить надо.

- Маргарита, всех детей бьют.

Я подняла голову и встретилась со спокойными тёмными глазами, на дне которых плескалась грусть.

- А я сама всех бью, - но тут же добавила она с лёгкой ухмылкой в уголке губ. – Маргарита, не переживай. Я хожу на борьбу, меня дядя с трёх лет учит. Он тоже против, чтобы детей били. Только это секрет!

Я удивлённо воскликнула. Фантазии это или реальность, мне сейчас не разобраться.

- Да-да! Я не вру! Он делает нас суперкрутыми! – восхищённо затрещала девчонка, показывая для убедительности большой палец. – Я такое могу, что даже взрослые не смогут! Так что меня лучше не трогать!

Последняя прибавка к предложению меня смутила. Хотя и весь её рассказ был крайне сомнительным.

- Лерочка, а тебе сколько лет?

- Почти семь.

Я нахмурилась, продолжая очищать раны на коже ребёнка.

- Да, я просто маленькая. Папа говорит, что я в маму.

- Это с тобой был папа? – задала я наконец-то давно интересующий меня вопрос.

- Нет. Это мой охранник. Борис.

Я снова посмотрела на ребёнка. Взгляд прямой и уверенный, но новая информация тоже больше напоминала детскую фантазию.

Я не понаслышке знаю о способностях детей юного возраста к сочинительству.

- Вы мне не верите, - утвердительно заключила Лера.

Не верю.

И не зная, что лучше ответить, я просто улыбнулась и продолжила своё занятие.

- Надо кому-то сообщить, что ты здесь, - спустя пару минут тишины предложила ребёнку.

- Меня должны скоро забрать папа или дядя. Борис успел сообщить, что мы едем в больницу.

Я вздохнула, но ничего не сказала. Надо просто показать девочку местному психологу. Обработала все раны, забинтовала. Моя работа завершена.

- Спасибо, - сдержанно поблагодарила меня Лера. – Ты могла бы посидеть со мной, пока за мной не приедут?! Мне нельзя оставаться одной. Это опасно!

Последняя фраза была сказана практически шёпотом.

Пристально посмотрела на ребёнка. Вот такие шутки уже перебор.

- Я говорю правду. Это авария на заводе неслучайна. Она из-за меня.

Странно, что тоже самое сказал и мужчина. Вроде, сейчас не девяностые и время разборок группировок прошло. Массовый психоз? Надышались дымом до галлюцинаций?!

Вариантов много, но словам девочки я верила меньше всего. Так что была непреклонна. Сказки должны оставаться сказками.

Интересно, с какого фильма или мультика она взяла этот сюжет.

- Пожалуйста, - жалобно попросила Лера, хватая меня за руку.

В её глазах плескался страх. Возможно, на фоне стресса и общего состояния она действительно верила в то, что говорила.

- Хорошо. Я немного побуду с тобой, но сначала мне надо сделать один звонок.

И пока несчастный ребёнок согласился, отошла в сторону и вызвала штатного психолога.

Вскоре она пришла.

Егоровна, как мы все её звали, кроме образования, таланта и многолетней практики, имела троих детей и четверо внуков. Она взяла огонь на себя, вовлекая уставшую девочку в свой разговор.

Я же потихоньку слиняла из кабинета.

У меня ещё много работы, которая никуда не денется.

Утром я вспомнила о темноглазой девчонке. Узнала, что её благополучно забрали, а вот мужчина скончался во время операции.

Жаль.

В этот момент очень хотелось верить в рассказ Леры, что это не её отец! И малышка не осталась без папы!

На память о ней осталась только её игрушка. Грязная сова. Егоровна отдала её мне, объяснив это просьбой девочки.

- За что это? – немного удивлённо спросила я, забирая подарок.

- Не знаю. За помощь, возможно, - предположила женщина, уже махнув мне на прощание рукой.

Её смена подошла к концу, и она спешила домой.

А мне в некотором роде повезло – не нужно никуда спешить. Я сама себе хозяйка. Почти.