Риша Вольная – Море, отпуск и ... Золотая рыбка (страница 2)

У бассейна я снова изображаю синий чулок. Скорее по привычке, чем по воле души.

До встречи со своим бывшим я была девочкой-зажигалочкой, кроме периодов, когда запойно впадала в процесс рисования картины и выполнения заказа. Но Бахарев заявил, что в семье женщина и тем более будущая жена и мать не может быть такой полуумной, в ещё Я должна соблюдать дресс-код светских раутов. Я и сама не заметила, как через некоторое время растеряла всех друзей и моим любимым занятием осталось только рисование и работа.

– Злат, что я сейчас выяснила, – шепчет мне Павлинка, присаживаясь на край моего шезлонга.

Она только что совершила несколько заплывов по всем трём бассейнам нашего отеля и, естественно, собрала все свежие и не очень местные новости.

– Лина, ты самый лучший корреспондент нашего города, но ты же в отпуске, – намекаю подруге, что сбор сведений и поиск горячих новостей можно пока приостановить.

– Ой, это издержки профессии. Ты же знаешь. Ну в общем, – и она снова понижает голос. – Я выяснила, что владелец нашего отеля очень секси -мужчина, а ещё он бывший военный и ему пришлось кого-то убить.

– Убить? Ну ты же сама сказала, что он военный, а значит, это и убийством не назовёшь. Не фантазируй, родная.

– Надо бы с ним познакомиться, – задумчиво шепчет скорее сама себе, чем мне.

– Я согласна, если только с целью заведения курортного романа, а не в попытке сделать из его жизни новость выпуска.

– Мне можно всё. Я та, кто пережил развод с Масловым, и меня даже не вынесли из зала суда вперёд ногами.

Решаю не тормозить порыв подруги сделать себе и миру приятно. А вдруг этот владелец вообще её новая судьба.

– Хорошо, я тебя благословляю, но, Павлина, хватит мочить меня и брысь с моего лежака.

Но эта коза в ответ ещё сильнее трясёт своими распущенными волосами, с которых вода капает прямо на меня, замотанную в накидку.

– Рыбка, ну давай разчехли уже свои прелести! Смысл заниматься три раза в неделю в фитнес-зале, но при этом скрывать свои труды под метрами ткани.

– Между прочим, это шикарный муслин… Кажется, – пытаюсь сменить тему, но Павлина взяла след и теперь будет монотонно капать под мои нервы.

Ей взгляд острее бритвы. Небезопасной.

– Хорошо. Вечером ближе к закату пойду на пляж и поплаваю. Заодно покрасуюсь.

– Перед кем, Злата? Перед чайками и рыбками? В это время все нормальные уходят в отели, бары и прочие развлекательные учреждения.

– А я может хочу познакомиться с ненормальным, – не уступаю подруге. – С нормальным у меня уже вроде как всё было. Не понравилось!

Павлинка сразу сдаёт обороты. Тема расставания с нашими половинками у нас у обеих вызывает чувство изжоги и депрессии.

– Благословляю! – повторяет за мной и даже крестит меня. – Но смотри, ты мне обещала!

Заученно киваю.

На самом деле я, и правда, собираюсь на пляж, полюбоваться на закат, но с целью его же и порисовать. С натуры я уже давно не писала, но тут вдруг захотелось вспомнить юность.

А то в последнее время я лишь в графическом редакторе феячу шедевры рекламы и офисных помещений.

Так что поздним вечером, когда Павлина уходит выслеживать владельца отеля, я уже после неё отправляюсь на пляж.

Красота, естественно, непередаваемая. Ну не хватит мне всей палитры и таланта, чтобы передать мелочи природного дара. Я стараюсь перехватить основные моменты, заполняя холст грубыми и быстрыми мазками, чтобы уже потом в номере отеля не торопясь вывести все детали и свет картины.

И вот с последними лучами солнца я откладываю кисти в сторону. Вроде бы всё основное успела. Даже от волнения вспотела чуток.

Решаю, что надо, наверное, сдержать обещание подруге и всё-таки зайти в море хоть на пару минут. Я не люблю открытую воду и вообще мне больше нравится суша.

Снимаю свою накидку и остаюсь в раздельном купальнике. Кожу холодит прохлада, что веет от остывающего моря. Сразу высыпают мурашки и усиливаются перед новым прибоем крупных волн.

Я быстро бегу к неспокойной воде, пока не передумала, и с шумом и даже лёгким вскриком врезаюсь в волны.

Вода холоднее, чем я ожидала, или это я так разогрелась, пока в быстром темпе рисовала. Но возвращаться уже лень.

Иду дальше, решая нырнуть и полностью уйти под воду, чтобы быстрее согреться. Плаваю я плохо, хоть и Рыбкина. И тут дело скорее в не знании техники, а в отсутствии практики. А всем известно, что последнее ещё никому не вредило.

Вот мне и прилетает ответ от космоса за отсутствие той самой практики: от резких перепад температур у меня сводит правую ногу судорогой.

Я недалеко от берега, но с моими жалкими гребками рыбки-гуппи, я доберусь до твёрдой земли не раньше, чем через минут десять. А это очень долго для моего состояния…

Решаю расслабиться и лечь на воде, чтобы попробовать размять несчастную ногу.

Не успеваю.

Нечто ужасное и лохматое впивается в мою руку.

Я визжу так, что сейчас ко мне не только наш отель, но и парочка соседних на помощь прибегут.

Вместе с криком морской сирены ко мне прилетает и вода в рот. Приходится заткнуться и начинать соображать.

– Рыбка, ко мне, – едва различимо доносится до меня, но не придаю значения.

Мне бы с этим чудовищем разобраться для начала. Хотя… Это же собака!

Мне в первую секунду легчает, но он не чудовище с клыками, но уже во второй удар сердца хочется снова истерично орать.

– Фу, фу, – стараюсь отделаться от псины, которая почему-то не отпускает мою руку и пытается тянуть в сторону берега.

Страшно… Передо мной снова реки крови и океаны боли… А потом в глазах темнеет.

Глава 3

Злата

Очухиваюсь быстро где-то между морем и берегом.

В голове вместо мозга намокшая вата, руки и ноги словно онемели, во рту вода и соль. Первый же глубокий вдох и сразу кашель, но я главное, я ещё жива.

– Держись! – чей-то хриплый голос прорывается сквозь ту самую вату в моей голове.

А ещё резкий собачий лай.

Точно собака!

Я поворачиваю голову и понимаю, что до сих пор держусь на плаву только благодаря животному, которое, схватив меня за рукав туники, изо всех сил пытается не только удержать моё тельце на плаву, но и вытащить на берег.

А ещё я вижу как к нам плывёт мужчина, отчаянно работая руками. Его лицо искажено напряжением от усилий, но глаза горят такой решимостью. Очень красивые глаза, в такие даже можно влюбиться.

Ещё через мгновение моего бессилия сильные руки обхватывают меня за талию.

И, чёрт возьми, сейчас я безумно рада этим объятиям.

– Не борись, расслабься! – шепчет хрипло незнакомец прямо в ухо.

Его дыхание горячее против холодной воды, что тут же вызывает взрыв эмоций. Спасена!

Перестаю изображать жалкие попытки плыть и, просто обмякнув, позволяю ему тащить меня к берегу. Пес плывёт рядом, будто страхуя меня и своего хозяина.

Когда мы выбираемся на пляж, я сначала просто падаю плашмя и с радостью ощущаю твердость под собой, сжимая в кулаки песок. Мужчина и собака рядом, но сейчас мне не до моих страхов детства.

Дрожу всем телом то ли от холода, то ли испуга, а может это комбо всех чувств разом пробивает меня насквозь. Наконец набираюсь сил и поднимаю глаза на моего спасителя, а потом и на собаку.

Я их знаю. Это осознание приходит медленно и тягуче. Рыбка. Кличка собаки. А вот как зовут её хозяина-нахала…

Снова смотрю на сидящего рядом мужчину и залипаю в этом кадре: сначала наблюдаю, как капли воды стекают с его тёмных длинных волос, что даже слегка вьются, и потом они падают на его мощную мокрую грудь в расстёгнутой наполовину мокрой белой рубашке, которая заправлена в чёрные брюки. Тоже мокрые. И собака и я … Всё мокрое. И кажется, я застряла в своей голове на этом слове.

Это психоз. Кажется, именно так называл психолог Павлины подобное состояние.

– Ты… кто ты? – сипло выдаю я, едва узнавая родной голос.

Он улыбается мне, но как-то устало, и только тут я подмечаю на его скуле свежую царапину.