Риша Вольная – Маму вызывали?! (страница 3)
Снова холодная улыбка и она развернулась обратно.
- А это и не я выбирал. Моя секретарь.
- Сочувствую втройне.
Нахмурился, никак не в силах найти ещё два пункта её сочувствия, кроме очевидного-плохое платье.
- Может быть поясните? Просто неМария?
- Как пожелаете, Марк Олегович.
- Желаю.
- Во-первых, грустно, что, я так понимаю для дочери, вы не удосужились купить платье самостоятельно. Во-вторых, у вашего секретаря ужасный вкус. В-третьих, малышка наверняка расстроится, но вам скорее всего об этом не скажет.
Вот как! У меня даже очевидный пункт не совпал.
- Она точно не скажет.
- Ну вот! – с ликующей ноткой в голосе отчеканил мой водитель, и мы резко перестроились в крайнюю правую.
- Нет, вы не так меня поняли. Моя дочь… она почти не говорит.
Хмурый взгляд светлых глаз поймал мой через зеркало заднего вида.
- А сколько ей?
- Скоро четыре.
- А в чём причина?
- Ну, вариантов много от психологов, логопеда, неврологов, родственников и прочих сердобольных, но правду знает только она.
- М-да, знает лишь та, что молчит,- грустно подвела итог девушка. – Но вы не переживайте, Марк Олегович. Она ещё совсем малышка и всё наладится. Я уверена. Вангую вам.
И в её, кажется, серо-голубых глазах тёплая поддержка. Искренняя.
- Но платье смените. Обязательно.
Тяжело выдыхаю. Наивная такая… эта дама преклонных лет, что на вид больше двадцать с хвостиком не дашь. Времени то нет…
Расстроенно смотрю в окно, а в салоне тишина словно давит на меня своей недосказанностью. Красивый голос у этой «не Марии».
Вспомнил, что так и не услышал её настоящего имени. Открываю рот для вопроса, но на глаза попадается огромный торговый центр, и потому говорю совсем иное.
- Паркуемся перед торговым центром.
- Марк Олегович, но у меня иной конечный пункт вашего маршрута.
- Значит меняем.
- Я не могу.
- Можете. Так сказать, у нас с вами будет личный договор – вы мне помогаете выбрать платье для дочери, а я обещаю сохранить вашу тайну с подменой.
Перед самим собой я действительно могу оправдать этих девиц, а больше ни перед кем не придётся.
- Ой, Марк Олегович, ну почему всегда всё так сложно с вашим полом.
Она морщит нос, но паркуется. На вопрос не отвечаю, ибо там сплошное утверждение. Да и времени ответить перед ней за весь мужской род у меня просто нет.
Мы быстро дошли до здания. Её пружинки-волосы бешено летали от порывов ветра, успевая даже пару раз хлестнуть по моему лицу.
- Боже, какой ужасный ветер, – негодующе высказалась девушка, но уже через минуту деловито осмотрелась вокруг.
А ещё через минуту её пальчики уверенно подхватили мой локоть и потащили к эскалатору.
- Нам на второй этаж, – сухо и по-деловому пояснила мне, но пальцев не убрала, словно я замышлял как минимум побег.
В царстве юбок, блёсток и бантов я сразу потерялся. Можно и побег.
Я мальчик, точнее мужчина, до корней моих волос. Я умею раздевать женщин, но одевать и тем более трёхлетних малышек … не моя специализация.
- Так…так… ага. Нам сюда.
И снова я несусь за девицей в униформе водителя – тёмно-синий брючный костюм, белая рубашка с синим в полоску галстуком, чёрные туфли и грива кудрей до середины спины.
Перед глазами только мелькали юбки, но я обречённо смирился. Вот почему-то был уверен, что Кудряшка всё сделает на «отлично».
Кудряшка … уже и прозвище дал, не узнав даже имени. Надо бы спросить!
- Так, а какой у вашей дочери рост и размер обуви?
Строгий взгляд выбивает меня из колеи. Да как так? Это я президент компании и это я умею взглядом управлять толпой…
- Марк Олегович? – торопит меня Кудряшка.
- Я не знаю.
Смотрит мне прямо в глаза, и я представляю как там горю на костре святой инквизиции «худший отец года».
- Хорошо. Сейчас решим проблему. Как выглядит ваша дочь, хоть знаете?
- Конечно, – надменно рычу, ибо это уже оскорбление чистой воды. – А вам, неМария, не помешало бы фильтровать вопросы.
- Ну мало ли…– никак не реагируя на мои грозные рычания, девушка выводит меня из детского магазина, снова оглядываясь вокруг. – А описать сможете? Или сравнить?
- Да хоть нарисовать по памяти!
И снова её рука впивается цепкими ногтями в мой локоть, и мы вихрем несёмся через холл в праздничном украшении к детской игровой зоне.
- Вот! Покажите мне, кто из детей похож на вашего, – широким взмахом руки указывает на играющую детвору. – Выбираем девочку.
Этот очередной смелый «подзатыльник» злит неимоверно, но ответить на дерзость мне не дают. Девушка толкает в сторону площадки, а потом выразительно смотрит на воображаемые часы на своём запястье.
Вот же… стервочка.
Это действительно сложно, что хочется материться, так как на вид они все одинаковые. Но я напрягаясь и нахожу парочку девочек примерной комплекции.
- Вот вроде бы…
- ВРОДЕ БЫ, – прозвучало как очередное обвинение в моей родительской непригодности. – Ну, хорошо, что хоть два варианта.
Её бровь строго изогнулась, транслируя в воздух немое возмущение.
- Бедный ваш руководитель, - сетует Кудряшка, пока зачем-то тащит меня прямо на детскую площадку. – Вы же производите ткани, сотрудничаете с модельерами, в общем-то творите красоту, но лично вы, Марк Олегович Пушной, наверное, станки обслуживаете. Хотя нет! Больно костюм у вас дорогой и вид руководящий. На вас технический отдел, ибо гайки крутить тоже нужно иметь талант точных наук. А то вроде бы…, может быть и всё… писец массовому производству.
Барышня явно с не знает с кем и о ком речь ведёт, но и я не спешу её поправить. Это как говорится, независимое экспертное мнение… и оно новое. И хотя это новое явно с негативом, но стало как-то любопытно продолжение… которого не было.
- Ой, девочки, спасите, пожалуйста. Срочно крестнице нужно новое платье и туфельки в подарок. Вот прямо очень.
Кудряшка что-то воркует маме одной из выбранных мною девочек. Я же теряю нить за нежным журчанием женского голоса.
И вот мы уже четверо – я, Кудряшка и мама с ребёнком снова в магазине с платьями.
Полёт юбок, охи, вздохи, повороты, и вот уже в ход пошли туфельки и банты. Кудряшка подлетает ко мне и тихо шепчет на ухо.
- А вы финансово как? Стеснены в средствах?