Риша Старлайт – Во власти Давида (страница 31)
Щелчок, двери открываются и из водительской возникает знакомая фигура.
Как долго я его ждала, и как сильно боялась этой встречи…
Давид! Его мощную накаченную фигуру я узнаю даже периферийным зрением!
Отшатываюсь от него, ноги прирастают к земле, а потом и вовсе подгибаются. Скольжу на льду. Черт, мне нельзя падать! А вдруг это как-то заденет малыша и он пострадает!?
Подхватывает. Успевает. Молоко и хлеб разлетаются из порванного пакета. Молоко быстро заливает замёрзший лед на земле и превращается в белые холодные брызги.
— Нашел… — шепчет, прижимая к себе. Он без куртки. В одной футболке по нашему северному воздуху.
Затапливает все мои рецепторы своим умопомрачительным запахом. Я вдыхаю этот аромат, точно зависимый нечто запрещенное. Как я по нему скучала! Но виду не подам. Ни за что! Невольно прислоняю ухо к его мощной груди. Сердце бьется быстро и гулко.
— Отпусти! — молочу ладошками по его широченной груди, — Отпусти, я кричать буду!
— Куда же делась от меня?! — Давид подавляет всякое мое желание сопротивляться, но аккуратно, чтобы не навредить мне. В итоге нежно скручивает и сажает в автомобиль.
Садится сам за руль, тут же блокирует двери и окна, чтобы я не открыла и не звала на помощь.
— Отпусти! Я видеть тебя не хочу! Знать не желаю!
— Тая, милая, послушай меня!
— Не буду я тебя слушать, понял?! Немедленно верни меня домой! Ты и так достаточно испортил мне жизнь, чтобы теперь продолжать это делать снова и снова!
— Тая, тебе грозит опасность. При всем желании я не смогу тебя отпустить. Да и желания такого нет!
— Я буду орать на каждом посту ДПС, да у тебя денег дохрена, но на всех не хватит! И знаешь, что?! Я убью тебя ночью, когда ты заснешь!
Говорю, а самой же страшно от моих слов. Я не знаю Давида хорошо, сейчас он как взбесится, и мне несдобровать…
— Ты не сделаешь этого, Тая! — хмыкает Давид.
— Почему это?
— Потому что любишь меня, так же сильно любишь меня, как и я тебя!
В точку говорит, засранец! А у самого руки так уверенно крутят руль по заснеженным скользким дорогам нашего городка. Самоуверенный выродок!
— Никита за тобой охотится, дурная! Это просто чудо, что я успел приехать за тобой раньше него! Ты бы попала к нему в лапы, и один Бог знает, что он сделал бы с тобой…
— После того, что со мной сделал ты… — плачу вспоминая все, что пережила, — мне уже ничего не страшно!
— Тая, да что я с тобой такого сделал, что ты теперь простить мне не можешь?! — этот засранец еще искренне недоумевает… нет, вы только взгляните на него!
— Что ты со мной сделал?! — расстегиваю свой пуховик и разматываю шарф с шеи. — Глянь! Эта красота теперь со мной на всю жизнь!
— Ты про шрам? — глаза Давида потухают. — Но это не я, клянусь тебе! Неужели ты не помнишь, что это Хряк ударил тебя в шею? А я наоборот, зажимал тебе артерию, чтобы не истекла кровью до приезда скорой помощи!
Бессильно валюсь на заднее сиденье автомобиля. Неужели? Ну и кому из них верить? Влад говорил мне одно, а Давид, сейчас, совершенно другое… Кто прав из них, а кто врет? И потом, Давид мстил мне кровной местью. Ему было бы логичнее расправиться со мной, нежели чем Владу, ведь с Хряковым, по сути, нас ничего не связывало…
— Я не режу женщин, Тая. — примирительно говорит Давид. — Да, я жаждал мести. Я отомстил Ванессе. Ей, не тебе! Про тебя я вообще даже предположить не мог! Но и ее, Ванессу, я не хотел убивать! А Хряк сделал это, потому что ему показалась моя месть слишком уж легкой. Я стрелял в него из-за этого. Наказал по полной! Тая, я себя уже урыл всеми этими переживаниями! Совесть гложет меня из-за всего, что я натворил, из-за всего, что пришлось пережить тебе! Ты можешь меня ненавидеть, но я отец твоего ребенка! И я не уйду не из его жизни, не из твоей, и тебе придется примириться с этим!
Ненавижу, когда на меня давят. Мне становится физически плохо. Развязываю шарф окончательно, расстегиваю куртку.
— Что с тобой? — Давид внимательно наблюдает за мной в зеркало заднего вида.
— Меня тошнит от тебя! Я домой хочу, к тете! К сестрам!
— Теперь твой дом в Москве, Тая, хочешь ты того, или нет!
Глава 48
Таисия
— Я хочу с тетей попрощаться. И с сестрами! — прошу я, немного угомонившись. — Я должна им объяснить, а не снова пропадать на неопределенное время…
Дава кивает.
— Хорошо, Тая, только без глупостей. Не заставляй меня применять силу на глазах твоих родственников!
— А ты только и можешь, что силу применять! — шиплю я, — А чего лаской взять или уговорами — то за пределами твоего понимания.
Спина Давида напрягается. Он шумно дышит через нос.
— Ты заблуждаешься Тая. Ты глубоко заблуждаешься. После того вечера я тебя хоть раз взял силой? Хоть раз, хоть как-то навредил тебе?
— Вот и свалил бы с моей жизни, оставил бы меня в покое!
— Этого не будет, Тая. На это даже не рассчитывай…
— Ненавижу! — шиплю я.
Дава лишь пожимает могучими плечами с бугрящимися мышцами под футболкой.
— Здравс….ствуйте! — отступает на шаг Даша, натыкаясь на огромного двухметрового Давида, едва помещающегося в наших скромных хлипких дверях.
— Привет, Даш, не пугайся, это — Дава…
— Я Таин жених. — просто заявляет Давид о своих правах на меня.
— Жених?! — лезут на лоб глаза сестры. — Эм…
Мы проходим в квартиру, причем, Дава идет первым.
— Какой ты мне к черту жених?! — шиплю, подталкивая его в спину.
Он только ухмыляется поглаживая свою бороду.
Заходим в зал. Тетя испуганно вскакивает с Дивана. Прижимает руки к груди. Еще не дай бог инфаркт ее схватит из-за этого дебила…
— Теть, не бойся пожалуйста… Давид… он мой…
— Жених! — все так же уверенно заявляет Дава.
— Жених? Тая, нам ничего о женихах своих не рассказывала…
— Тая — скромная, хорошая девушка. Сразу видно от кого она получила воспитание. — этот засранец знает, как подкатить к любой пожилой женщине.
— Теть, я должна поехать с Давидом…
— Ты только что приехала, Тая… ты же на работе хотела восстановиться…
— У меня много денег! — заявляет Давид. — Тае больше никогда не нужно будет работать!
На басистый голос Давида, в зал выходит заспанная Полина.
— Ой… — ойкает Поля, пятясь назад.
Сестры во все глаза рассматривают моего «жениха», и, хотя в гробу я видала такого «жениха», но все равно испытываю странное неприятное чувство. Хочется закрыть Даву собой от этих восхищенных женских взглядов.
— Не бойся, Поль, это Таин жених, — поясняет ей Даша. — И они вместе уезжают в Москву.
— Тетя, Даша, Полина, не обижайтесь, — говорю я как можно убедительнее. — Мне и правда в Москву надо, ведь ребеночку нужна полноценная семья…
Говорю, а у самой сердце кровью обливается, ведь понимаю, что никакой, а уж тем более полноценной семьи у нас с этим извергом не получится.
— Ребеночку? — глухо переспрашивает тетя.