Ринат Валиуллин – Где валяются поцелуи. Париж (страница 2)

– Что я тупой, бесперспективный, нет у меня ни капли воображения, а в голове сплошная жажда наживы, – стал на ходу сочинять математик. – Все было подано под таким ядреным хреном… Раньше мне казалось, что надо совершить какое-нибудь зло, чтобы оказаться в аду.

– Она заплатила за проезд? – стерла стволом невидимую каплю со своего лба девушка.

Стёкла машины начали покрываться испариной, будто ей самой уже надоел этот странный спектакль из двух действующих лиц в душном зале. Туман застилал глаза, оставляя их теперь один на один.

– Щас. Я готов был заплатить ей, лишь бы она вышла, – приоткрыл окно машины таксист. Сквозь эту брешь в салон сразу начали сыпаться куски дождя. – Уберите, это необязательно, – кивнула его голова в зеркале. Я все равно никуда не поеду.

– У вас нет шенгена?

– Есть.

– А что вам тогда мешает?

– Пистолет.

– Это? – повертела она дулом возле его уха. Я могу убрать, – откинула клапан сумки и сунула туда ствол. – А вы выключите радио, раз уж взялись жалеть мои уши.

– Вот еще, – прибавил громкости математик. Он спиной чувствовал, что кризис миновал – даму отпустило, и можно переходить в наступление…

– Я часто думаю, что могло бы случиться сегодня, начни я день не с кофе, а с шампанского.

– Весна наступила бы, не иначе, – ответил пронзительному женскому голосу мужской.

– Как на картинах Саврасова?

– Ага! Грачи! Прилетели.

– Судя по глаголу «грачи», ты давно один? – засмеялся в радио третий.

— Нет, с тех пор, как узнал, что Ава замужем. А ты?

– Уже нет, вчера такую девушку встретил.

– Какую?

– Порядочную.

– Не то что я, – засмеялась Ава.

– Я серьезно. Как ты думаешь, куда мне билеты взять, чтобы наверняка: в театр или на концерт?

– На море, – рассмеялась Ава. – На море бери ей билеты, Планшет.

— Едем? – нетерпеливо взялась она за переднее кресло, будто разговаривала с ним, а не с водителем.

– На море? – улыбнулся водитель.

– Ну, что еще? Пистолет я убрала. Другого оружия у меня нет. Или вы про обаяние? – попыталась пошутить девушка.

– Я не хочу.

– А мне кажется, что хотите. Только не можете себе в этом признаться. Боитесь.

– «Париж, Париж, сколько лет ты из-за него не спишь», – ухмыльнулся еле слышно таксист.

– Что вы там опять про себя бормочете?

– Страшная вы женщина. Откуда вы знаете, куда мне надо?

– Вы только что почти улыбнулись.

– Не может быть.

– Снимите маску. Без нее так легко улыбаться, – провела ладонью по своему лицу девушка, словно давала мастер-класс на личном примере.

– Скажите еще, с улыбкой можно больше продать.

– Ну, по крайней мере обаять.

– Вы знаете, что такое мужское обаяние?

«Он еще ничего не сказал, а я уже на все согласилась», – ответила она сама себе.

– Я знаю, – задумалась девушка, не зная, озвучивать свою мысль или нет. Вновь в разговор вмешалось радио:

– Ты сегодня на чем на работу ехала, на метро?

– Пешком шла.

– Я смотрю, какая-то придорожная грусть. Не изменяй своей улыбке с миной. Взрывоопасно.

– Не доводи меня, Селфи, я сегодня еще и токсична.

– Я понял. Тебя никто не любит… кроме меня, – запрыгал резиновый смех в динамике радио.

– Меня никто не любит? Смотри. Вот какую эсэмэску я получила сегодня.

– Читай вслух.

– Читаю. Ты была ко мне так добра, а я не очень. Вот и сейчас я изменяю тебе с чашкой кофе. Оставил тебя одну в постели. Я знаю, просыпаться одной для женщины – катастрофа. Постараюсь вернуться с работы пораньше.

P.S. Что тебе привезти?

– Кто это?

– Муж.

– Ты замужем? Значит, все это время ты изменяла мне с ним.

– Да, представь себе.

– Как трагично.

– Что трагичного?

– Хотел сделать тебе предложение, а ты уже там. Ну, и как там?

– Хотела выйти из себя, а там муж.

– Жизнь удалась, если вовремя отдалась, — влез в эфир Планшет.

– Охарактеризуй мне его.

– Муж – это человек, который может многое, если захочет, и может всё, если захочет его жена.

– Ну и что ты ему ответила?

– Нежности захвати.

– Какие нежности? Я даже не знаю, что это такое.

– Что такое нежность? Когда он не забывает, что она женщина.

– Как тебе так удается всегда одной фразой – раз, и готов полноценный ответ.

– Бедный. Страдаешь, наверное. Зачем я тебе это сказала?

– Да… теперь мне тоже хочется нежности.