Ринат Таштабанов – Нейронафт. Часть 2 (страница 27)
— Следуй за мной! — говорю я Пауку и сам делаю шаг по туннелю, в полную неизвестность.
— Стоп! — я едва не забыл про свой клинок. — Найди мой меч! — приказываю я биомеху.
Паук бросается на поиски, а я, пока, прикидываю, что мне делать дальше.
«Обратной дороги нет, — думаю я, — я могу продвигаться только вперёд, чтобы найти выход из этой клоаки. Ещё надо восполнить запасы питательной жижи. Я слишком сильно потратился. Нужно накормить Червя и симбионта, и Паука тоже. А для этого нужна свежая плоть. На падали много не наработаешь. Как ни крути, мне придётся найти и убить очередного монстра. Круговорот дерьма в природе. Чтобы выполнить свою миссию, мне нужно постоянно себя улучшать, по мере повышения сложности уровней, которые я прохожу, а чтобы себя совершенствовать, мне нужно убивать. Чем дальше, тем больше. И уже, очень скоро, через пару другую апгрейдов, я уже совсем не смогу обходиться без убийств. Пусть даже и монстров. Но, так, я и сам стану монстром! Если уже не стал. Часть Лабиринта, часть Сотканного мира. Я сам себе закрыл шанс выйти отсюда. Запечатал здесь себя навсегда. Туда мне и дорога!»
В этот момент ко мне подбегает Паук и протягивает в своём щупальце мой потерянный клинок.
Я закрепляю его на спине. Уже хочу двинуться дальше, как осматриваюсь, словно я здесь, что-то забыл. Ещё не выжал из этого места всё до конца.
Мои глаза цепляются за багровую биомассу, костяки и останки тварей, которые сожрала тварь, которая чуть не сожрала меня. Та — с нитями. И перебегающие по ним пламенные всполохи.
Я хитро улыбаюсь. Перевожу взгляд на Паука и говорю ему:
— А сделай-ка мне огнемёт! Будем с тобой зажигать и…
Я обрываюсь по полуслове. Поворачиваю голову и прислушиваюсь к звенящей тишине, которая воцарилась в туннеле.
И, в этой тишине, я слышу зов. Такой тихий, почти неразличимый для уха, как шепот смерти, которая приближается ко мне извне…
Эпизод 13. Зов сквозь время
Я продолжаю прислушиваться. Уверен, что мне это не показалось. Я действительно услышал зов. В нём не было слов, призыва или приказа. Это — вообще не было речью в привычном для нас понимании.
Зов словно раздался у меня в голове, как слуховая галлюцинация.
Повторяющееся эхо у меня в мозгу. Вот такое:
«Ты… Ты… Ты…»
Словно со мной разговаривал призрак.
Я обращаюсь вслух. Стараюсь даже не дышать. Тишину нарушает только размеренное движение Паука. Биомех, едва я ему сказал, чтобы он сделал мне огнемёт, послушно убежал в туннель и теперь роется в останках, которые лежат в жиже, как бомж на помойке. Доставая из грязи кости, шмотки обгоревшей плоти, ещё, какие-то непонятные предметы из проржавевшего металла.
Одним словом, Паук принялся за работу. Уж не знаю, как он соберёт огнемёт из этого дерьма. Но, с него станется! Одним словом — биопринтер. У меня теперь есть свой собственный биомех. Круто!
Я стою на месте и, не шевелюсь, будто опасаюсь спугнуть зов. Уверен, что он был реален, и я не сошел с ума. Пока ещё не сошел.
Меня точно позвал город Древних. Интересно, что я услышал зов после того, как разобрался с призраками Сотканного мира, вытащив этих тварей в свою реальность и, как следует, их прожарив.
Будто я должен был пройти через это испытание. Доказать городу, что я достоин, чтобы найти и войти в него. Если это только не западня. Посмотрим, я и не из такой хрени выпутывался!
Пока я об этом размышлял, ко мне уже вернулся Паук, нагруженный всякой всячиной, по самое не балуйся.
Помимо костей он притащил обгоревшую биомассу, то, что осталось от твари с нитями. Какие-то железяки, хрен знает, где он их нашел и ещё, что-то по мелочи. В виде полусгнивших мышц, сухожилий и плоти, как после мумии.
Биомех всё это держит в своих щупальцах, а затем начинает создавать из этой фигни огнемёт.
Его щупальца так и мелькают в воздухе. Из одного из них тянется тонкая нить, в виде слизи, которая скрепляет все детали, расплавляя их, а другие лепят и кроят из остального моё новое оружие.
Я смотрю на это действо, но не вижу его. Чисто машинально. Мой взгляд скользит сквозь, а я же продолжаю думать, копаться в себе, и снова пытаюсь услышать зов, раздавшийся в моём разуме.
Попутно я прикидываю, как мне вести себя дальше.
Довериться карте и навигатору? Попытаться отыскать на ней город Древних? Мне кажется, что это — пустое занятие. Это место так просто не найти. Оно нигде не обозначено. И, вообще, оно — может быть нереально. Точнее — быть плодом, чьего-то больного воображения. Так сказать — проекцией сознания того сумасшедшего в капсуле. Такой расклад тоже нельзя сбрасывать со счетов. И, поэтому, я решаю пойти на это зов. Довериться своему шестому чувству, а оно меня уже выведет, куда надо. Там и посмотрим, что реально, а что нет, в этой аномальной зоне с артефактом Древних.
Пока я снова погрузился в себя, Паук уже закончил создавать огнемёт. В принципе, я ожидал увидеть, что-то такое — биомеханическое, чуждое, чужое, инопланетное, с основой из костей, металла, и плоти.
Смотрите сами. Огнемёт похож на уродливое ружье, которое может присниться только в кошмарном сне, с изогнутым костяным прикладом, рукояткой из отрубленной конечности, какой-то твари, со спусковым крючком из фаланги пальца с длинным когтем, и парой ржавых стволов, расположенных друг над другом, и обтянутых кожистой лентой грязно-коричневого цвета.
Как я понимаю, первый — верхний, нужен для выброса горючей смеси, а нижний, напоминающий гофрированную трубу с шипами и торчащим вверх металлическим разрядником на конце, для её поджигания.
Ещё у огнемёта есть ёмкость в нижней части. Под стволами, которая идёт до самой рукоятки.
Что-то вроде полупрозрачной кишки, как у гусеницы, наполненной едва заметно светящейся субстанцией, похожей на ту, которую распылил Паук, перед тем, как тут бахнуло, и тварь, которая хотела меня поглотить, превратилась в кашу.
Эта кишка прикреплена снизу
Итак, ёмкость примотана к
Ближе к прикладу я замечаю некий биомеханический механизм — небольшой моторчик, похожий на странное двухкамерное сердце с клапанами, которое будет прокачивать горючую жижу по трубкам в виде вен.
Вся эта конструкция покрыта тонким слоем плоти, что-то вроде оболочки, а из самой рукоятки, как пистолетный магазин увеличенной ёмкости, торчит часть щупальца Паука, которое он отрезал у себя и соединил с огнемётом. Это — генератор разряда — биоэлектричества.
Неплохо получилось! Если бы у насекомых были автоматы и пистолеты, созданные в их стиле, то моё новое оружие идеально вписалось бы в их арсенал.
Я беру огнемёт из щупалец Паука.
Кручу его и так, и эдак. Сжимаю рукоятку, которая коннектится со мной через биоразъём в ладони. И, через него, в огнемет впрыскивается жижа из симбионта — топливо для питания этого механизма.
Я вскидываю огнемёт. Прижимаю приклад к плечу. Целюсь во тьму.
Чувствую, как по оружию бежит волна, которая переходит в едва заметную вибрацию с размеренными ударами.
Это забилось сердце огнемёта, повышая давление в системе выброса горючей смеси.
Огнемёт, как живой! Он точно, сам собой, подстраивается под мои пропорции: длину рук, пальцев, и хват.
Я кручусь, имитирую пальбу из этой приблуды. В принципе, всё понятно. Биомеханический огнемёт, по принципу действия, мало чем отличается от своих собратьев из мира, откуда я сюда и пришел.
Есть ёмкость для горючей смеси. Ёмкость можно снова заправить, и оружие опять готово к действию. Смесь выбрасывается под давлением, которое создаёт сердце, созданное биомехом. Эдакая некромеханика в действии. Струя вылетает на несколько метров и поджигается с помощью биоэлектричества — того самого щупальца, которое мне подогнал Паук, оторвав его от себя. Ничего сложного.
— А оно у тебя отрастёт заново? — спрашиваю я у биомеха. — Как хвост у ящерицы?
Паук молчит, что, неудивительно. Я поворачиваю голову и вижу, что обрубок щупальца у биомеха уже начинает восстанавливаться.
Из него показывается отросток. Он удлиняется, увеличивается в размерах. Нарастает, нарастает, пока снова не становится привычной частью биомеха и, по нему, снова проносятся электрические всполохи.
«Значит, — думаю я, — не зря я напоил тебя своей кровью с частичкой Червя. Теперь ты можешь тоже регенерировать. Полезная функция для существа, которое должно быть моим верным оруженосцем».
Мне не терпится испытать огнемёт в действии. Прям, руки чешутся!
Я отвожу ствол в сторону, прицеливаюсь, и жму на спуск.
Бах!
Сердце оружия резко, как помпа, даже судорожно, сокращается. Из верхнего ствола выбрасывается вязкая жижа. Она летит метров на пять-семь, и её тут же поджигает электрический разряд, сгенерированный частью щупальца Паука, которое вставлено в рукоятку. Типа — такой биохимической батареи, которая вырабатывает электрический ток.
Маслянистая и вязкая жидкость воспламеняется, и окатывает плотным, я бы даже сказал жирным огнём стенку туннеля.
Зеленоватое пламя врубается в препятствие. Упирается в него и, затем, нехотя, стекает вниз, цепляясь за малейшие неровности поверхности, оставляя за собой шлейф из вонючего чёрного дыма и обгоревшего мяса.