Ринат Таштабанов – Апгрейд (страница 46)
Через 30 секунд будут отключены все электронные системы!
Повторное включение не ранее чем, через 10 минут!
В следующую секунду, что-то невидимое лупит меня по голове. На мгновение я отключаюсь. В глаза брызжет темнота. Она сменяется светом и снова темнотой. Когда я прихожу в себя, то замечаю, что система прицеливания сдохла. Карта не работает и, я снова вижу свои руки.
«Блять! — ору я про себя. — Они вырубили всю электронику! Видящий! — кричу я. — Что мне теперь делать?!».
В ответ — тишина. Тут мне становится по настоящему страшно. Я понимаю, что остаюсь один, против толпы штурмовиков…
***
За 5 минут до выключения стелс-брони Глеба.
— Когда выйдешь на цель, у тебя будет не больше минуты на сборку морфа, — наставляет штурмовика, который разговаривал с Нестором, высокий и широкоплечий боец. — Перед атакой, мы вырубим ему всю электронику, но импульс действует недолго. Вскоре она восстановится. Примерно, через десять-пятнадцать минут. Итого, у тебя есть три минуты на рывок в экзе с ускорителем, две минуты на сборку и активацию морфа, и семь — восемь минут на операцию. Справишься?
— Должен, — неуверенно отвечает штурмовик, глядя на контейнер размером с небольшой чемодан.
— Ты же не в первый раз будешь управлять тварью?
— Нет.
— Сборка нестабильная, но убойная! Не позволяй ему диктовать тебе условия схватки. Сохраняй дистанцию и контроль над морфом. Если не затупишь, он сделает всё за тебя.
— Понял.
Штурмовик облачается в массивный экзоскелет с подпружиненными платформами для ног. Нажимает на красную кнопку на гашетке, встроенной в левую перчатку. За спиной начинает работать роторный движок. На грудь он вешает контейнер, а через плечо перебрасывает АКМ.
— Бежишь… вон… до того укрытия, — боец вытягивает руку, показывая на ржавый остов комбайна, который находится метрах в ста от холма с мусором. — Там он тебя не возьмёт из пулемёта. Ныкаешься и, оттуда, управляешь морфом. Мы прикрываем. Главное — не дай ему убить этого гандона! Нам с ребятами, есть о чём с ним потолковать!
Штурмовик кивает.
— Тогда, — рослый боец прицеливается в сторону холма из электромагнитного пульсара — оружия, напоминающего подзорную трубу, закреплённую на ложе с откидным прикладом и аккумулятором вместо магазина. Нажимает на спусковой крючок, — пошёл!
Штурмовик срывается с места. Быстро разгоняется по утоптанной дорожке. Затем мощно отталкивается и прыгает метра на три вперёд. Приземляется на правую ногу, по колено увязнув в снегу. Отталкивается и снова приземляется, уже на левую ногу. Экза смягчает удар.
Со стороны штурмовик напоминает какое-то диковинное насекомое, только вооружённое и готовое убивать…
***
В свете полной луны, я вижу, как по полю скачет… другого слова просто не приходит в голову… человек-кузнечик. Скорость передвижения штурмовика просто невероятна. Прыжки по два — три метра. При этом он умудряется маневрировать и закладывать зигзаги. Классная на нём экипа. Такую обычно используют спортсмены на соревнованиях по прыжкам или беге в экзоскелетах.
«Ну, что… блять, — думаю я, — Мук-скороход. Пиздец тебе!»
Навожу на него ствол пулемёта и открываю огонь. Приклад «Печенега» долбит в плечо. Стреляю короткими очередями. Затем перехожу на длинные. Гильзы и отстрелянные звенья пулемётной ленты выбрасывает из окошек ствольной коробки. Не могу в него попасть! Тварь всё время уходит из-под свинцового дождя.
Штурмовик выписывает немыслимые виражи. Петляет, как заяц. Наконец, он прячется за ржавым остовом комбайна.
«Ну, что, вояка, — говорю я сам себе, — дострелялся? И, чего ты стоишь без цифры, а?!»
Я поднимаю забрало шлема и смачно сплёвываю в снег. До штурмовика метров сто, но, отсюда, мне его не достать. Палить в груду металла, только зря переводить патроны.
Не могу понять, какой у него план. Сидеть там и ждать? Не смертник же он. Если он попытается выпрыгнуть из-за комбайна и пробежать еще метров пятьдесят, то, ему точно крышка.
С такого расстояния и на открытой местности, я его наверняка завалю. По крайней мере, мне хочется так думать. Целюсь в комбайн и мысленно молю про себя, чтобы тварь показала голову или, у него, что-нибудь там заклинило в приводах.
Перевожу взгляд вдаль. На поле никого. Даже если бы они активировали свои стелсы и пошли в атаку, я бы засёк их по следам на снегу. Значит, остальные бандиты явно чего-то ждут. Хотел бы я знать, что у них на уме…
***
Через минуту после того, как штурмовик заныкался за комбайном.
Боец сидит на коленях, спрятавшись за двигателем сельхозтехники. Роторный движок экзы едва слышно урчит за его спиной. Автомат прислонён к диску колеса. На снегу лежит снятый с груди контейнер с надписью красным маркером на чёрной крышке.
Внимание!
Опасность!
Сборка морфа от 3-го декабря 2047 года.
Если не использовано — отключить топливную ячейку до 31 декабря 2047 года!
Штурмовик откидывает пластиковую крышку. В контейнере лежит, что-то похожее на туловище человека. Только уменьшенное и высушенное, будто из него выкачали всю жидкость и извлекли внутренности.
Рук, головы и ног нет. Грудина и живот вскрыты от горла до паха и грубо зашиты пластиковой нитью. Из шеи, плеч и тазобедренных суставов торчат шип-замки, для установки кибер-протезов.
Эти приводы стоят копейки. Расходный материал. Их печатают на 3D принтерах, а вот с туловищем, сложнее. Это — бронированная база биоморфа. К ней цепляют различные конечности. Всё зависит от боевой задачи — штурм, проникновение, минирование, захват.
С тех пор, как в 2035 году китайцы завалили рынок дешевыми ксеноботами-апгрейдерами, по миру прокатилась массовая волна увлечения по созданию различных существ из мёртвых тканей и кибер-механизмов — сборок.
Люди лепили конструктов, создавая биомехов, из разных частей тел животных и механических устройств. По закону, запрещено создавать сборки на основе людей, но, кому какое дело, когда дело дошло до боевого применения биомехов?
Кстати, с тех пор, пошло гулять выражение: «Чтоб ты сборкой стал!», вместо: «Чтоб ты сдох!». Как вам идея получить вторую, но недолгую жизнь в качестве морфа, а? Самое интересное, что находились фанатики, которые завещали свои тела для экспериментов, если с ними произошел несчастный случай или авария. Тела пожилых людей для сборок уже не годились. Не тот состав тканей. Нужен молодой организм, сильный и, желательно, умерший недавно. Так проще запустить апгрейдеров и сделать качественного морфа с увеличенным циклом жизни.
Ведь оказалось, что морфы — отличная замена человека, там, где опасно действовать людям. А сборка из мёртвых тел обходится дешевле, чем полноценный робот. Основа — туловище уже есть. Надо только прицепить к нему конечности, подключиться через оператора к искусственной нервной системе и, пошел!
Базу делают так — в ход идут останки людей, из которых извлекли органы. Из тела выкачивают влагу. Ткани заполняют консервирующим составом, он замедляет разложение, а вместо внутренностей ставят турбо-бустер с инвертором, топливную ячейку и блок для имитации нервной активности.
Что в тело «Франкенштейна» закладывают ещё, штурмовик предпочитает не знать. Его задача — быстро собрать морфа. Активировать систему питания, слиться с тварью через блок связи и навести её на цель. А потом управлять, контролируя действия биомеха, как радиоуправляемой игрушкой.
Штурмовик «заряжает» морфа. Всё просто, как частичная сборка и разборка автомата Калашникова. Руки сами собой выполняют действия, доведённые до автоматизма.
Нужно вставить на место головы морфа камеру с двумя глазами-линзами. Надеть на тело биомеха пуленепробиваемый жилет с жидкой бронёй. Присоединить к обрубкам конечностей импланты. Они напоминают шипастые лапки насекомых с тонкими нитями искусственных сухожилий-приводов. Включить питание и установить связь с тварью.
Штурмовик активирует систему удалённого доступа. АРовские линзы вспыхивают синим цветом. Перед глазами, прямо в воздухе, появляются сообщения:
Внимание!
Хост, назовите свой код доступа.
— AR9000Z67, — отвечает штурмовик.
Соединяю.
Связь со сборкой 37-45-92 установлена.
Питание включено.
Моторика активна.
Время действия сборки 15 минут.
Заряд топливной ячейки 95 %.
Уровень боевых рецепторов 9 из 10.
Приём сигнала стабильный.
Запустить сборку?
Да (нажмите 1) Нет (нажмите 2)
Штурмовик нажимает клавишу «Один» на виртуальной панели управления морфом. Тварь оживает. Его конечности дёргаются. Линзы камеры фокусируются на лице человека. Теперь оператор — полноправный хозяин морфа. Он видит его глазами. Чувствует каждое движение сверхскоростной твари, которая голодна и хочет жрать…
***
Я слежу за остовом комбайна. Чувствую, что там, что-то происходит. Палец придавливает спусковой крючок «Печенега». Я стараюсь дышать ровно и спокойно. Вспоминаю всё, чему меня научил Видящий.
Внезапно, из-за комбайна вырывается тень. Нечто несётся по полю в облаке снега с немыслимой скоростью. Открываю огонь, стараясь поймать существо на упреждение. «Печенег» молотит, как отбойный молоток. Существо смещается левее. Рывком уходит из зоны огня.