Ринат Тактарин – Рунный Страж 4 (страница 10)

Ну да, он у нас любитель крупных женщин.

Селяне, охотники распевали песенку про пьяного бога и его похождения в мире смертных.

— О-о, Антуан⁈ — Грегос окинул меня нетрезвым взглядом. — Ты куда-то уходил? — я усмехнулся.

Никто не заметил моего исчезновения, что, в принципе, неплохо, я с этими людьми временно.

— Познакомься, Антуан, это Сильва… Она проходила мимо и решила присоединиться… Сильва, это Антуан, он южанин и просто хороший человек!

— Здравствуй, Антуан, — поприветствовала Сильва приятным грудным голосом. — Я проходила мимо…

Я перестал вслушиваться. Как говорит мой отец, пьяный трезвому не товарищ, на разных волнах мы находимся.

— Пойду я комнату займу, — мне просто махнули вслед.

Гулять по ночному селению, так себе затея, народ здесь разномастный, можно на кого угодно нарваться. Да и ни к чему это, шарахаться по ночам, завтра днём достопримечательности можно оценить.

Я заметил проход со ступенями вверх ещё во время прогулки по залу, потому и направился туда быстрым шагом. На лестнице столкнулся со стражей, бравые бородачи осмотрели меня придирчивыми взглядами, но, видимо, прицепиться было не к чему, прошли мимо.

Распорядитель, сухонький старичок с острой бородкой, сидел за своей конторкой, перебирая, считая камушки. Оказавшись ближе, я разглядел серые эфирки.

— Молодой господин желает комнату? — на меня уставились серые, водянистые глаза.

— Да, на одного и без клопов, — старичок хохотнул.

— У молодого господина есть чувство юмора, это очень хорошо. К счастью, мы живём не в Горном Королевстве, насекомых в кровать подкидывать некому, — его взгляд сделался насмешливым. — Но кровать в одноместном номере большая, будет одиноко, могу подкинуть пташку, всего за пятьдесят золотых, на любой вкус, стройная как молодое деревце, или мягкая словно перина, можно и…

— Достаточно. Только комнату, — пресёк я.

— Как скажете, молодой господин. Одноместная комната стоит золотой в день! На сколько будете брать?

— Пока на день, а там видно будет, — я положил монету на стол.

— Хорошо, уборная в конце коридора, — старичок протянул мне ключ, хорошо знакомая звёздочка, примерно таким же открывался сейф в бабушкином сарае, к нему прилагался деревянный брелок на тонком шнурке, какие-то буквы на нём. — Двести двадцать два, молодой господин, — старичок указал направление и потерял ко мне интерес, опять взялся за серые камушки.

Я присмотрелся к незнакомым буквам, точнее, цифрам и направился в нужную сторону, замелькали двери.

Здесь тоже магия замешана, расширение пространства, помню, как тому сейфу удивлялся, здесь куда больший масштаб, — размышляя, я, наконец, добрался до двери с нужными обозначениями и вставил ключ в замочную скважину.

Комната оказалась простой донельзя, слева кровать, большая, как и обещалось, справа деревянный стол и стул. Под ногами половик до стены, вместо окна картина с изображением какого-то дворца.

Дёшево, зато чисто, — я ожидал куда худшего варианта.

Первым делом, я сходил в уборную, там тоже было почти чисто. Плюс магического мира, не нужно тратиться на чистящие средства — кинул пару рун, и никакого мусора с соответствующими ароматами.

Вернувшись в комнату, я запер дверь на ключ, никакого засова предусмотрено не было. Я не придумал ничего лучше, как приставить стул, уперев его в дверную ручку. Заградительную руну ставить показалось тупо, я не в лесу с хищниками. Если кто-то решит ко мне заглянуть или вломиться, будет какое-то время на подготовку, по-любому проснусь. Скинув обувку, завалился в постель прямо в куртке, мне не привыкать спать в одежде, укрываться не требовалось, в комнате было достаточно тепло.

Отдыхаем, завтра тяжёлый день, — с этой мыслью я и задремал.

Меня разбудил тихий стук с еле слышным металлическим лязгом. Вспомнив, где нахожусь, я открыл глаза, секунда фокусировку, ночным зрением я озаботился перед сном, так что видел всё прекрасно. Ключ, что я оставил в скважине, теперь валялся на полу, а дверь еле заметно шевельнулась. Подпёртый мною стул встал в позу, казалось бы, всё, дальше он не сдвинется, но нет, волшебным образом покатился дальше.

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить худосочное тело, я наблюдал за действиями, лёжа оставив маленькую щёлку для зрения. Ночной посетитель окинул взглядом комнату, придирчиво осмотрел меня, лица я рассмотреть не мог только длинный нос. А вор видел спящего деревенщину. Удовлетворившись картиной, он вошёл в комнату полностью и направился ко мне крадущейся походкой.

— Стой, если хочешь жить!

Моё предупреждение не остановило вора, он, наоборот, ускорился, я успел заметить раскрытый рот под длинным носом, морозящая руна влетела меж зубов. Что-то ударило мне в грудь, а неудачник-вор с хрипом полетел на пол. Впрочем, долго он не хрипел, подёргался немного и затих. К этому моменту я уже сидел на кровати, глядя на неудачника и упавший на пол нож, что так и не воткнулся мне в грудь.

Кровь била в виски, заставляя моё тело подрагивать, я ждал следующего клиента. Но никто не спешил заходить.

Поспать нормально не дают, уроды! Вот что за люди, а? Неужели нельзя по-человечески на жизнь зарабатывать⁈ Пошёл бы на чёрное болото, прибил несколько тварей, вот тебе и золотишко в кармане.

Я не терял времени даром, обыскивал труп, пришлось его перевернуть. Худой, длинноносый, с виду лет сорока, глаза навыкате, должно быть, от боли. На левом предплечье красовалось три круга, последний почти полный. Нашёлся кошель, я тут же убрал его под покрывало. Собственно, больше ничего и не было, нож и кошель, ни единого артефакта, набор отмычек меня не заинтересовал, положил обратно в карман.

Я задумался, как мне теперь поступить?

Вызвать стражу? И как я буду доказывать, что не убил доброго человека с целью завладеть его имуществом? — к сожалению, я многого не знал о правопорядках в этом мире, а подсказать некому.

Тогда я принял решение оттащить труп подальше от своей комнаты. Обулся, закинул неудачника на плечо, благо весил он не тяжелее рюкзака с камнями. Вышел в коридор и прислушался, где-то в дальнем конце шумели пьяные голоса, в моём крыле было тихо. Заперев дверь, я поспешил до уборной.

На Этернисе не было канализации в привычном для цивилизованного человека смысле слова. Просто выгребная яма, прикрытая сверху досками и дырами, чтобы в них срать. Удостоверившись, что свидетелей нет, я скинул труп в одну из дыр, тот упал вниз издав неприятный для слуха хлюп.

Ну вот, жил как дерьмо и теперь попал в родную среду, — я направился на выход, в дверях столкнулся с полноватым бородачом, тот был до невменяемости пьян, пробурчал, что-то обдав ядрёным перегаром, и заковылял к дырам в полу.

Вернувшись в комнату, я запер дверь по старой проверенной схеме, улёгся в кровать. Вспомнив про кошель, взялся за трофеи, медь, серебро, не одного золотого, с десяток серых эфирных камней и три белых.

В этот раз улов был небогат, нож тоже невысокого качества, всё ушло в суму, я улёгся на спину, собираясь поспать ещё несколько часов. Пока пытался заснуть, принялся размышлять на злободневную тему.

Убийство человека стало для меня обыденностью, если с первым самолично убитым я испытывал тошноту и что-то вроде угрызения совести. То сейчас даже не почесался, легко скинул труп в выгребную яму. В кого я превращаюсь? В местного, наверное. На Этернисе насильственная смерть — рядовое событие. Подумаешь, кого-то прибили, ну и что? Значит, сам виноват! Жизнь-то продолжается!

Я только начал погружаться в сон, как опять послышалась возня в замке, ключ полетел на пол. Последовало недолгое затишье, затем дверь тронулась и упёрлась в стул.

— Если хочешь жить, не входи! — вновь затишье, теперь уже надолго, дверь осталось приоткрытой.

Поднявшись с кровати, я отодвинул стул, открыв дверь, выглянул в коридор, как и ожидалось, там было пусто.

Мог бы дверь закрыть, говнюк! — вновь заперся и лёг.

До утра меня больше никто не побеспокоил, но отдохнувшим я себя не чувствовал, так, чуток поспал немного, прибил усталость. Радовало, что ко мне стражники не заявились, возможно, ночное происшествие осталось незамеченным.

Покинув комнату, я оставил ключи на конторке. Старичок обозначил приветствие коротким кивком, ответил ему тем же и спустился на первый этаж.

Похоже, я не вовремя встал, на этаже таверны происходило нечто интересное. Часть столов сдвинута, свободное пространство занято людьми. Не все из них стояли или ходили, часть лежала в рядочек с различными повреждениями тела. У кого-то дыра вместо глаза, у другого на груди здоровенная окровавленная рана. Хватало и других повреждений, понятно, что они мёртвые.

Другая компания находилась чуть в сторонке, эти были вполне себе живыми, имелись какие-то мелкие повреждения, подбитая бровь, отрубленное ухо, потерянные конечности, пятеро из шести отличались воровато-криминальными повадками. Удивил последний, это был один из тех стражников, которого я вчера встретил на лестнице. Бывший, судя по всему, служитель закона, выглядел не очень, помимо разбитой морды он потерял правую кисть и имел очень удручённый вид.

Погоди-ка, так это же ночные разбойники! А этот стражник, значит, с ними?

— Чего это здесь случилось, Антуан? — я узнал голос, это был Никлас, так что даже не стал оборачиваться. Да он и сам поравнялся со мной, давая рассмотреть заспано-помятый вид.