Ринат Тактарин – Кощей (страница 12)

Отлично! — раскрыв ладонь, я увидел интересную картину.

Поломанный собачий сухарик увеличился в размерах и позеленел, став похожим на подсохшее испражнение неизвестного зверька. Меня это не особо волновало, смотреть с осуждением некому, а жрать что-то надо. К тому же неприглядная с виду пища добавляла единичку выносливости.

Продолжим!

Второе блюдо получилось полным повторением первого. Я озадачился книгой рецептов и уже всерьёз задумался о писанине на стене. А затем заглянул в интерфейс, немного покопался и, к своей радости, нашёл записную книжку.

Эх, жаль, что название трав не показывает, сейчас бы каждую подробно описал. А так придётся на глаз… «похожа на укроп, листики чуть толще, цвет более насыщенный, ближе к зелёнке, в сочетании с половинкой собачьего сухарика, даёт единицу выносливости…» Каким же дерьмом я занимаюсь! На вкус этот сухарь тоже как дерьмо.

Я задумался, говорят, иногда полезно.

Если я попал во что-то типа игры, звучит, конечно, бредово, то название трав, я видеть должен… Помнится, играл за друида в Перфект Макс, так там название каждой травинки и букашки показывало. Надо было просто в руку взять, — я поднёс к глазам травку, похожую на клевер, но ничего не произошло. Единственное, захотелось чихнуть, пришлось усиленно тереть переносицу, пока не отпустило.

Может, уровень не позволяет? Или навык какой нужен? А что если…

По играм я прекрасно помнил, что у каждой функции есть дополнительные. Да даже у моих недоблюд может выпасть дополнительная характеристика, а в этой глобальной игре, в которую я вляпался, должно быть всё намного сложней и многосторонней.

Поэтому я углубился в изучение блокнота и нашёл очень полезную функцию, даже не поверил сначала, опробовал и едва не крикнул в голос. Я мог фотографировать и не только, имелось даже видео.

Теперь я сам себе репортёр с собственной камерой. Правда, показать свои шедевры никому не смогу. Хотя, может, и такой функционал имеется, надо будет копнуть глубже и вообще исследовать интерфейс от и до.

Удалив ненужные кадры, я занялся делом.

Фотографируешь травку, описываешь процесс подготовки. В будущем я буду работать и с другими ингредиентами: мясо, овощи, фрукты и злаки, в варёном, пареном и даже жареном виде. Я же повар, мать вашу! Сглотнул слюну от картинок с блюдами, которые мелькали в голове.

Это сейчас у меня нет возможности полноценно готовить, а потом, как развернусь, как построю ресторан, вкусного и здорового питания. Главное, выжить, продержаться до тех пор, пока не стану сильнее. Или набью этот злосчастный миллионный штраф. Есть надежда, что после его погашения, мне предложат покинуть этот негостеприимный мир и, возможно, перенесут в нормальны, да хоть с эльфами и гномами, мне всё равно.

Я съел кусок сухаря с восстановлением Т. М. и дело пошло чуть быстрее. Половинка сухарика, укропчик или клевер, дал им привычные названия. Результат получался разным, клевер давал единичку к ловкости. Крафтил, записывал, до тех пор, пока на улице не начало темнеть. Твари давно разошлись, пожрав самых слабых, так что в окрестностях стояла относительная тишина.

Решив закончить на сегодня с крафтом, я посмотрел на свою жидкую подстилку.

Как не хочется выходить наружу, а придётся, спать на холодном бетонном полу, не только неприятно, но ещё и вредно для здоровья. В последнем я уже начал сомневаться, после ледяного купания и сидения на бетоне не то, что ничего не болело, я даже не чихнул ни разу.

Освободив личное хранилище от бутылки с водой, закинул в него несколько камней, так, чтобы добить по весу. У меня была своя теория расширения, согласно которой, нужно забивать хранилище по максимуму, и тогда оно будет потихоньку растягиваться. Слышал про такое в одной из игр.

За те несколько часов, оно даже на миллиграмм не выросло, но я не терял надежды. К тому же камни я подбирал под руку, чтобы можно было кинуть в чью-нибудь наглую зубастую морду. Разумеется, я так поступлю, только если не будет другого выхода, сомневаюсь, что рана станет смертельной, но озадачить я точно сумею.

Подготовился не хуже первобытного человека, только на современный манер, арматура и куски бетона. Выбрался наружу, неспешно вышел в коридор и остановился. Несмотря на то что снаружи начало темнеть, я заметил одну деталь, которой раньше точно не было. Обглоданный череп твари, казалось, тёмные провалы глазниц смотрят на меня с упрёком.

Точно помню, эта деталь интерьера раньше лежала на первом этаже. Я ещё рассматривал череп на предмет полезности в хозяйстве и аккуратное, вроде как пулевое отверстие во лбу, рассмотрел хорошо.

Кто-то гулял по коридорам? Надеюсь, это не человек, а просто тварь захватила с собой черепок, а потом выбросила за ненадобностью.

Чуть выждав, я всё же пересилил страх и двинулся к лестничной площадке. Я не ошибся, черепа не хватало, опять пришлось брать себя в руки.

Да что ж я за трус такой? — разозлившись на себя, спустился в самый вниз обходя при этом провал в подвал здания, выглянул наружу.

Дикая лесопосадка перед зданием, встретила меня тишиной, относительной, конечно. Что-то шуршало, от лёгкого ветерка скрипели ветви деревьев, главное, что тварей не было, по крайней мере, я никого не замечал. Существовала вероятность встречи с одарёнными особями, здесь уже моя игроманская практика подсуетилась, так и рисовала в воображении, гигантских пауков, сидящих меж деревьев под отводом глаз. Смотрят и радуются, еда сама к ним пришла.

Стряхнув наваждение, я спустился по ступеням, проскочил невеликое открытое пространство и оказался под прикрытием деревьев. Немного полегчало, я присел под деревом, чтобы не сильно отсвечивать, и принялся осматривать окрестности.

Всегда бы так. Тишь, благодать, — порадовался я, избавляясь от содержимого личного хранилища.

Много времени это не заняло, я тут же принялся набивать туда сухую листву. Уже почти закончил, когда послышался странный шум, идущий сверху. Я замер, представляя себе работу кузнечных мехов, именно таким был звук, словно великан втягивает и выпускает воздух.

Над головой промелькнула огромная тень, я только и успел вжаться в дерево.

— РА-А-А…

Тварь успела развернуться и ближайшие деревья, включая то, под которым прятался я, тряхнуло от звукового удара. Посыпалась листва и сухие ветки, я отлип от дерева, распластавшись по земле, меня мигом засыпало, видимость упала до нуля.

— РА-А-А…

К счастью, летун кричал не в мою сторону, раздался грохот мощного пулемёта. Я буквально почувствовал, как тварь сделала надо мной круг, а затем уже заорала совсем другим голосом. Возможно, ранили. К пулемёту добавилось бухающий грохот.

ДУН-ДУН-ДУН

Пушка не пушка, я лишь сильнее вжимался в прелую листву. Новый вскрик, полный страданий, послышался треск деревьев и глухой удар.

Возникшую тишину, нарушил топот мощных лап, тварь пробежала совсем рядом, может, какие-то пятьдесят, шестьдесят шагов, и, похоже, не одна. Я расслышал смех и обрывок разговора, люди не боялись говорить громко.

…– Печень птариса моя…

— Не разевай роток на чужой пирог, всё давно попилено…

— Мне Леший обещал…

По мере удаления людей я перестал слышать слова, зато твари очухались. Рыки, рёв, я даже смех гиены расслышал, или что-то похожее, главное, что доносились они со всех сторон. А я был под прикрытием небольшого слоя листьев с ветками, пробежит кто-нибудь рядом, унюхает и мне конец.

Молясь всем богам, а заодно проклиная создателей кровавой игрушки, я лежал, не шевелясь. Вновь застрочил пулемёт, к нему добавилась какофония стрельбы из разных видов оружия. Слышались и совсем уж непонятные звуки: шипенье, сухой треск, можно подумать, гроза, только без характерного грохота. Тварь пробежала рядом всего раз, причём очень близко, но той, похоже, было не до меня, концерт пулемёта с оркестром, привлекал больше.

Вопреки моим упадническим мыслям, бойня закончилась относительно быстро, не больше десяти минут. Я досчитал до трёхсот с лишним, затем плюнул на это дело, просто лежал и слушал. Люди, скорее всего, обитатели той базы, на которую заманивали томным голоском, провозились после не больше часа. Изредка я слышал громкий смех, и какие-то отдельные слова.

Затем они опять протопали мимо. Пещерные вараны, скорее всего, эти твари были транспортным средством, громко фыркали, таща своих седоков. Я пролежал, прислушиваясь ещё с полчаса, и, наконец, решился подняться, на улице совсем уже стемнело.

Как они в темноте ориентируются? Здесь уличных фонарей нет, даже с окон свет не падает, — поёжившись от ночной прохлады, я решил оставить этот вопрос на потом.

Добил листвы в хранилище, снял с себя куртку и принялся нагребать и в неё. Быстро с этим покончив, заспешил к себе в нору. Ближайшие окрестности от тварей зачищены, потому я сбегал ещё пару раз, прихватил побольше веток. В четвёртый раз решил не ходить, да и хватало уже на шикарную лежанку.

Покончив со всеми делами, я схомячил три мясных сухаря и с удовольствием улёгся на мягкое ложе. Всё, конечно, относительно, любой тонкий матрас, будет в разы лучше, но мне было хорошо, спине тепло, пахло лесом, так и провалился в сон без сновидений.

Говорят, утро добрым не бывает, я этим людям не верю, наверное, потому, что оптимист по натуре. А ещё говорят, если ты проснулся и ничего не болит, то ты мёртвый. Но ведь я живой! И верь после этого разным болтунам.