Ринат Назипов – Попал – не пропал. Книга 5 (страница 8)

— Ну это да, в городе-то всяко лучше и веселей, чем у нас на выселках… А за сколь дом-то продавать станешь?

— Ну, сотни по полторы-две за десятину, ну и полтыщи за сам дом. Развалюха, конечно, но подвал добрый, каменный и по весне не топит.

— Дороговато, не продашь, это ведь почитай две с половиной — три тысячи рублей.

— Да куда дешевле-то⁈

— И то верно…

Мужики ещё о чём-то там говорили, сменив тему, а меня словно током пробило — вот оно, купить дом и чёрт с ним, что развалюха — восстановлю, зато и на земле, я уже даже представил, как под виноградом, в кресле-качалке сижу, да персики с абрикосами лопаю и считай в крупном промышленном центре, где заводов и фабрик под три сотни, с работай вообще проблем нет. Опять же, Дон вот он, рукой подать, да и море рядом, не даром же в будущем Ростов назовут «перекрёстком пяти морей». Приняв решение, я торопливо обошёл стенд.

— Товарищи, извините, но я стал невольным свидетелем вашего разговора… Вы правда дом с землёй продаёте?

— Продаю, хлопец, продаю. — ответил мне мужчина лет пятидесяти, у которого вместо левой ноги был протез. — А ты что, никак купить хочешь? Откель ты взялся-то?

— С Сибири, отец, приехал. Сам я детдомовский, всю жизнь о своём доме мечтал и чтобы сад был…

— Эх, паря, дом-то сначала ещё восстановить надо, да и потом он скучать не даст, постоянно что-то да надо делать, да и за садом уход нужен похлеще чем за девкой. — ответил мне второй мужик, примерно ровесник первого.

— Ничего, отцы, руки есть и, вроде как, из правильного места растут, сил тоже достаточно — справлюсь. Так что на счёт дома-то?

— А что на счёт дама… поехали, глянешь. Цену слышал… потянешь?

— Потяну, я после детдома два года в тайге проработал, кой-чего заработал, вот и приехал «на юга». Поехали. — и мы направились… нет не к остановке, а на вокзал, как оказалось, тут уже и пригородный поезд ходит и даже по расписанию. Ну оно и понятно, сейчас частный сектор у всех больших городов просто огромный и людям на работу как-то добираться надо, вот и запустили, первым делом, пригородный поезд.

Дом, точнее подвал под домом мне понравился — большой, видать под всем домом был, просторный, высокий. А вот сам дом… когда хозяин говорил, что осталось полторы стены, то он немного… преувеличил — не полторы стены, а полторы полуразрушенных стены, а сам хозяин, как оказалось, в том самом подвале и жил. Вот и я, пока не отстроюсь, там же поживу. В общем, ударили по рукам, сошлись на двух тысячах и семистах рублях, а заодно я на себя и налог за этот год беру, со всеми долгами. Первым делом пошли в райотдел милиции, там я написал заявление на прописку, затем в райсовет — оформлять куплю-продажу дома, без земли, потому как вся земля в СССР принадлежит или государству, или колхозам, а дом, считается, что находится в городе, так что земля, на которой он стоит не колхозная.

Через три дня Степан Андреич съехал, переселился в комнату в коммуналке, а я въехал. Ещё через неделю получил в собесе документы на дом и стал его полновластным хозяином. Так что, теперь я домовладелец и вопрос восстановления дома встал пер мной в полный рост и… вот тут-то я и присел — восстановить дом нет никакой возможности. Это вам не двадцать первый век, когда и цемент, и кирпич, и дерево на каждом шагу продают. Нет ничего этого в СССР сорок восьмого года в свободной продаже — всё идёт на восстановление народного хозяйства, а частникам… ну, гвозди есть, скобы, можно паклю купить, если повезёт, то стекло, а остальное… на стройках не хватает, о каких частниках может идти речь.

Вот я и призадумался. Нет, перезимовать и в подвале можно и не только перезимовать, можно и год прожить, и два, но ведь хочется-то дом, настоящий, а не его суррогат. Ну, раз советская промышленность обеспечить меня стройматериалами не может, значит будем извращаться. Пришлось напрягать нейросеть и ИскИн — два часа они что-то там в своих мозгах кумекали, а потом как выдали. Пластобетон — основной строительный материал Содружества. Из него строят всё, начиная от собачьих будок и заканчивая космодромами и сортов его больше сотни. Мне был предложен самый дешёвый и простой — пластобетон марки М-1, подходящий для жилого домостроения, не более… двадцати этажей и без больших продольных нагрузок, то есть на один квадратный миллиметр нагрузка должна быть не более пятидесяти тонн. Но, это в условиях Содружества, когда здания просто отливают, то есть получают монолитную постройку. У меня такой возможности, отлить себе дом, нет. Придётся изготавливать кирпичи, ну или небольшие панели. Смогу? Смогу! По факту, что такое пластобетон? Это сплошная химия, правда, абсолютно безопасная. Основу пластобетона составляет самый обыкновенный камень, причём любой — гравий, щебень, галька, да хоть гранит, хоть мрамор. А секрет его заключатся в двух химических веществах с зубодробительной формулой. Одно вещество, это пластификатор, которое, буквально, превращает камень во что-то, по своей консистенции, близкое к сметане, а второе, это затвердитель. И хотя формулы у обоих веществ очень сложные, в производстве они простые, да и ничего дефицитного, даже здесь и сейчас, в их производстве нет.

Неделю я бегал по всем магазинам, рынкам, заводам и фабрикам — клянчил необходимые химикаты. Где-то добыл мешок мела, где-то десяток килограмм серы, где-то кусок калия, где-то что-то ещё, но, как бы то ни было, через неделю я всё достал в количестве необходимом для изготовления пары сотен литров каждого вещества и только после того, как всё приготовил, развернул в дальнем углу подвала химическую лабораторию. А потом ещё три дня «химичил» — грел, охлаждал, перегонял и разводил и разливал по старым, видать винным, бочкам, что обнаружились здесь же — в подвале. Когда и пластификатор, и затвердитель были готовы, отправился на базу вторсырья. Мне нужны были доски, не важно какие, пусть кривые, косые, дырявые, а ещё нужно было найти пару центнеров макулатуры. Причём здесь доски и база вторичного сырья? А всё очень просто. После боёв сорок третьего года, в городе и его окрестностях осталось очень много побитой техники, как нашей, так и фрицевской и это не только танки и иже с ними, но и автомобили. Так вот, мне нужны были доски, а сейчас кузова делают из дерева, точнее обшивают досками металлические рамы. Те автомобили, что можно было восстановить, уже давно восстановили и они бегают по дорогам, а разбитые в хлам, горевшие и тому подобное, стащили на эту базу для переплавки. Вот я и надеялся, что смогу там найти с десяток более-менее целых досок для форм, в которых буду делать блоки из пластобетона.

Мой «поход за покупками» удался на все сто процентов и даже больше. Пусть работники базы и смотрели на меня как на сумасшедшего, но, помимо, пары десятков досок, пусть и треснувших, местами так вообще расщеплённых, с дырами от пулевых попаданий, да такие только на дрова и пускать, я разжился десятком повреждённых автомобильных генераторов и полураздавленным немецким мотоциклом, видать под танк, бедолага, угодил, плюс к этому, мне ещё выделили и целую кучу упакованных немецких листовок. Вот ума не приложу, на кой хрен они их хранили столько лет. Само-собой, что листовки те не один десяток раз побывали под дождём, пожелтели и покоробились, но это была целлюлоза и не в виде опилок, с которыми я бы намучился, а почти чистая. Всё это добро мне закинули в попутную машину и приглашали заходить ещё, пообещали, если будет у меня на желание, подогнать мне не до конца сгоревший грузовой мерседес, правда полтинник с меня стрясли, ну да я не в обиде. Ладно, пусть шутят и смеются, они же не знают, что у меня есть Магия и технические дроиды. А я, если не был счастлив, то очень близко к тому. С чего это? Да сам не знаю, но мне, неожиданно, понравилось работать своими руками. А мерседес я заберу, в хозяйстве пригодится. Через полтора часа я всё это сгрузил у себя во дворе. Ну, как во дворе, возле дома, потому как ни о каком заборе, само-собой, речи не идёт.

На следующий день в подвале началось священнодействие. Я, с помощью Магии, «лечил» доски — заращивал дыры, сращивал трещины, удалял обгоревшие куски. Убил на это время до обеда, но в результате получил пятнадцать четырёхметровых досок и с пару десятков коротких, сантиметров по тридцать, обрезков, прекрасно вписывающихся в мои планы. А потом, до самого вечера, пока не стемнело, занимался немецкими листовками, превращая их в очень мелкое конфетти. Всё, в принципе, я был готов начать изготовление пластобетонных блоков, дело осталось за малым — раздобыть мелкий щебень, или гравий, да что угодно, лишь бы камень. Ну, с этим проблем нет, если выписал и заплатил, то привезут сколько надо — развалины всё ещё разбирают, целые кирпичи откладывают и даже иногда продают частникам, а весь лом идёт в дробилку, потом этим дробом засыпают воронки и отсыпают дороги. Решение, конечно, так себе, но местным виднее.

И хотя я заказал щебень уже на следующий день, который на это и убил, привезли мне его только через четыре дня, аж целых четыре машины, почти три с половиной тонны. Да и привезли, признаться, щебень, но вперемешку с мелкой речной галькой, но я не в обиде. Вс ё это время, пока ждал, занимался садом. Да, бывший хозяин был прав, сад старый, очень старый и, по-хорошему, его надо корчевать и высаживать новый — молодой, но… Магия Жизни и Магия Природы творят чудеса. За эти четыре дня я смог омолодить деревья раза в два и теперь это был не старый сад, а сад в самом рассвете сил. А вот по осени вырвусь в лес или поле, наберу трав, да изготовлю для растений подкормку, так они сами до оптимального возраста и омолодятся, да и урожай с каждого дерева будет такой, что все соседи сбегутся посмотреть и позавидовать.